— Мы приехали навестить Парис, — сухо сообщила она. — А вы что здесь делаете? Собираетесь конфисковать фарфор и серебро?
Пол посмотрел поверх ее головы, увидел Дугласа, который как раз выбирался из машины, и в его голове появилась еще неясная, но заманчивая идея.
— Мне бы хотелось поговорить с вами обоими, прежде чем вы увидите Парис, — заявил он, шагнув вперед, так что Кортни невольно попятилась. Немного подумав, он захлопнул за собой дверь, чтобы они не смогли проскользнуть мимо него. Кортни негодующе запыхтела, Дуглас уничтожил его взглядом, но Пол, твердо решив держаться до конца, честно признался:
— Я очень виноват не только перед вами, но и перед Слоан. Мой поступок непростителен, и я хотел бы загладить его, если, конечно, вы согласитесь мне помочь.
— Почему бы вам не помахать у нас перед носом жестянкой с названием вашей поганой конторы и не зачитать наши права? Разве это не ваша волшебная палочка, с помощью которой вы и решаете все проблемы? Раз — и все гнут на вас спину!
Но Пол мужественно вынес все уколы пущенных в него стрел и обратился к Дугласу:
— Поверьте, Слоан ни о чем не знала. И понятия не имела, что меня интересует Ной. Я сказал ей только, что подозреваю Картера Рейнолдса в нелегальных операциях, и приказал согласиться на его приглашение приехать. Вы, разумеется, прочли, что он во всем сознался. И что Дишлер арестован за убийство. Уж этот-то раскололся через полчаса и все выложил. А знал он немало.
Пол замолчал, пытаясь определить, какое впечатление произвел на своих недоброжелателей, но, не дождавшись ответа, добавил:
— Видите ли, я оказался прав насчет Картера и зря подозревал Ноя. Но не это сейчас главное. Вы не ошиблись в Слоан. Она именно такая, какой вам представлялась. И вы ей небезразличны. Недаром она рисковала жизнью, чтобы спасти Парис. Слоан доверяла мне. А я предал это доверие, но лишь из чувства долга и еще потому, что считал, будто она не права насчет Ноя.
Он снова осекся, и Дуглас посмотрел на Кортни, словно желая знать, что думает дочь.
— Кортни, — прошептал Пол, — она все время говорит о вас с матерью и Парис. Слоан тоскует по вас.
— Откуда нам знать, что вы не врете? — упрямо буркнула Кортни.
Пол раздраженно сунул руки в карманы.
— А зачем мне это, спрашивается?
— Потому что вы жлоб и подонок? — предположила Кортни вкрадчиво, но без особой убежденности.
— Кажется, я зря трачу время на уговоры, — резко бросил Пол, потянувшись к дверной ручке. — Всем вам наплевать на Слоан. Забудьте о том, что я наговорил. Надоело расшаркиваться перед людьми, которые так и норовят повернуться к тебе задом.
Он уже хотел войти в дом, но Кортни вцепилась в его рукав:
— Это правда? Слоан здорово скучает?
— Невыносимо. А ваш брат? Он хотя бы вспоминает ее? Девочка опустила голову: преданность брату явно боролась в ней с чувством справедливости.
— Настолько, что сегодня отправляется на Сен-Мартен , который он терпеть не может. Потусоваться в компании людей, которых не переваривает. А потом вернется в Сан-Франциско.
— Устройте так, чтобы мы могли поговорить, и я постараюсь, чтобы он меня выслушал.
— Он вышвырнет вас из дома, — с восторгом предсказала Кортни. — В вас Ной уж точно не влюблен. Пусть лучше Слоан поедет к нему, причем в такое место, откуда он не сможет ее выставить.
Они переглянулись и, очевидно, придя к единому заключению, вошли в дом.
— Всем привет! — весело окликнула Кортни. Слоан, тихо охнув, обернулась. — Мы ненадолго, — продолжала девочка, целуя Парис в щеку. — Ну как ты?
Слоан обернулась к Дугласу. Тот улыбнулся и раскинул руки.
— Кортни отвезет вас и Пола к Ною, — прошептал он, обнимая се. — Поезжайте с ней. Если промедлите еще немного, Ной уплывет. Через несколько часов его и след простынет.
Дуглас отпустил Слоан, отстранился и, рассеянно глянув поверх ее плеча, онемел, — Кто… кто это? — выдавил он наконец. Слоан пристально всмотрелась в Кимберли, прежде чем ответить.
— Моя мать. Хотите познакомиться?
— Дорогая, — расплылся в улыбке Дуглас, — не то слово. Больше всего на свете!
Глава 54
Ной сунул в портфель последнюю стопку документов и отнес в холл, где уже стояли чемоданы.
Он в последний раз оглядел багаж, припоминая, не забыл ли чего. Жаль покидать дом. Он сам проектировал его, любил каждую комнату, каждый уголок, высокие потолки и открывающуюся из окон панораму. Но пожалуй, нужно поскорее убраться отсюда: слишком многое напоминает здесь о Слоан и его идиотской одержимости этой женщиной. Призраки постыдного прошлого преследовали его, гнались по коридорам и галереям.
Звуки шагов Ноя эхом отдавались в пустых комнатах. Он остановился на пороге кухни и вновь увидел Слоан, стряпавшую омлет.
— Кто не работает, тот не ест…
— Готов выполнить самое сложное задание… истинно мужскую работу…
Она вручила ему нож… попросила почистить луковицу… Ной вышел на террасу, оперся о перила. Внизу под зонтиком все еще стоял столик, за которым она впервые завтракала с семейством Мейтлендов, Кортни допытывалась, как ей удалось подбить на лету Ноя, а Слоан заливалась заразительным смехом.
— Я совсем не умею флиртовать… будь у меня под рукой телефон, непременно бы позвонила своей подруге Саре и спросила, что ответить…
Ной оторвал взгляд от столика и посмотрел прямо перед собой. Она прибежала в ночь после бала сюда, на газон, совсем как босоногий ангел…
— У меня не слишком много опыта подобного рода… собственно говоря, я всего лишь дважды встречалась с мужчинами…
— Какая жалость! Смею ли я предположить, что обе встречи оказались очень короткими и крайне неудовлетворительными?
— О да! Очень короткими и крайне неудовлетворительными…
Они провели в шезлонге едва ли не всю ночь, обнимаясь, как школьники. А он… он совершенно поглупел.
Ной устремил взор в сторону пляжа. Они встретились там в ночь гибели Эдит: он примчался из Майами, потому что больше не мог без нее. И проводил ее домой после позднего ужина.
— Я без ума от тебя…
Он хотел сказать, что любит… но, слава Богу, не решился. Не совершил еще одной, уж совершенно непростительной глупости.
Ной решительно отвернулся и ушел в дом. Что за идиотская шутка судьбы, что за умопомешательство, мгновенное безумие заставило его без памяти влюбиться в эту… эту…
Теперь он и сам не понимал, как удалось ей так его одурачить. Наивный пустоголовый олух! Готов был поставить все до последнего цента, что и она воспылала к нему теми же чувствами! Собственно говоря, он и так потерял целое состояние! Газетные статьи, телерепортажи, вовсю расписывавшие подвиги ФБР, сильно подпортили его репутацию, и хотя дело закончилось ничем, самый факт обыска вызвал немало подозрений. У людей долгая память, и ему еще долго придется расхлебывать последствия своего головокружительного романа!
