жуткое зрелище.
— Чёрный козёл всё же явился? — хмыкнул Стрэйб. — И что заставило его поменять решение?
— Смерть одной ведьмы и раскаяние другой, — друидка невольно подняла глаза на девушку, которая всё это время стояла неподалёку. — Это Амест, бывшая ведьма, что раскаялась и встала на путь исправления.
— Вот как, — капитан повернулся к девушке и слегка улыбнулся. — Правильное решение, Амест. Я рад, что хоть кто-то смог одуматься.
— Спасибо, — робко ответила бывшая ведьма. — Я давно мечтала избавиться от оков крови, но сестра не давала мне этого.
— Та ведьма, что мы убили первой, была её родственницей, — пояснила для гвардейца друидка.
— Вот как, — понимающе протянула Атон. — Прости нас за её убийство.
— Это я должна вас благодарить, — залепетала девушка. — Пусть она и была мне сестрой по крови, но она была ужасным человеком. Вы сделали всем владениям лучше, отправив её на тот свет.
Заявление несколько ошарашило Стрэйба, но говорить он ничего не стал.
“Дела семейные. Много кто из детей несёт обиду на своих родителей, сестёр или братьев, и лишь единицы мстят по-настоящему. Осуждать таких людей, не зная истории — крайне глупо”.
— А что владыка Бус?
— Ещё слаб, но уже в порядке, — кивнула уже с настоящей улыбкой Авива. — Через пару дней он снова выпустит туман, и жизнь вернётся на круги своя.
— Это замечательно, — слегка кивнул Стрэйб и скривился от боли в шее. — Почему тело так болит?
— Тебе неслабо досталось, — с грустью ответила друидка. — Ты исчерпал все запасы сил, именно поэтому твоему телу так плохо. Я и Амест лечим тебя все эти дни.
— Значит, я чувствую себя ещё не так плохо, — ухмыльнулся гвардеец. — Спасибо вам.
— Благодарности ни к чему, — девушка лучезарно улыбнулась. — А теперь полежи спокойно, мы поможем твоему телу быстрее восстановиться, — Авива подняла глаза на бывшую ведьму. — Принесёшь корзины с цветами?
— Да, — кивнула Амест, — сейчас.
Когда девушка куда-то ушла, друидка посмотрела на своего спутника как-то… странно. В глазах её были и тепло и холод, забота и ненависть, радость и печаль. Только в этих шоколадных глазах Стрэйб мог видеть столько противоречивых чувств одновременно.
— Ты храбро бился, — голос девушки немного осип. — Ниггур рассказал мне, что нашёл тебя почти без сознания, но крепко сжимающего щит. Ты дрался до последнего.
— Я старался как мог, — честно ответил Атон. — Но поспешил и оказался… в таком состоянии.
— Ты молодец, — девушка улыбнулась. — Даже владыка не справился с Дивиной, а ты смог.
— Я даже не поцарапал её.
— Но ты заставил её потерять контроль, потратить силы, благодаря этому чёрный и его младые справились с ней, хоть и не без проблем.
— Малая жертва ради великой цели, — кивнул Стрэйб. — Я рад, что у нас всё получилось.
Вместо ответа девушка склонилась над гвардейцем и нежно коснулась его губ. И тут же отпрянула, залившись краской.
— Не смей меня больше пугать, — спокойно сказала она. — Мне невыносимо видеть тебя в предсмертном состоянии уже третий раз.
— Больше не буду, — немного ошарашенный таким поведением, ответил капитан. — Обещаю.
***
Атону понадобилось еще два полных дня, чтобы восстановиться. С каждым днём благодаря Авиве и Амест боль стихала, а под конец второго дня и вовсе пропала. За все эти дни Стрэйб не видел никого, кроме двух девушек, но этот факт его не слишком огорчал. Пока гвардеец валялся в своём спальнике на какой-то полянке, неподалеку от болот владыки, Авива и Амест рассказывали ему истории. Друидка — о местных обитателях и ворожбе, бывшая ведьма — о старых временах и том, каково ей приходилось быть ворожеёй крови. О последнем Амест сначала рассказывала не очень охотно, но поняв, что никто не будет её осуждать или попрекать, начала “исповедоваться” во всём и сразу, каждый раз уходя от ночлега больного с грустной улыбкой. Атон слушал всё это очень внимательно, всё больше и больше получая знания о мирах, их обитателях и ворожбе. Иногда он смеялся, иногда крепко думал о сказанном, а иногда сочувствовал — чаще всего бывшей ведьме, ведь её истории были очень трагичными.
За всё то время, что он провёл в положении лёжа, лишь изредка вставая, чтобы хоть чуть-чуть размяться, он ни разу не видел ни местного владыку, ни его бывшего стража Ниггура.
— Владыка у себя на поляне, — говорила Авива. — Из него выкачали почти все силы, но он быстро восстанавливается. Думаю, когда ты окрепнешь, он тоже уже достаточно восстановится, чтобы выпустить туман и открыть переход.
Друидка в очередной раз оказалась права. Когда Атон наконец достаточно окреп, чтобы продолжить своё путешествие, друидка с радостной улыбкой рассказала ему, что Бус вновь готов выпустить туман.
— Нужно собираться, — говорила она ему, помогая укладывать вещи. — Мы можем успеть посмотреть на это. Я никогда не видела, как владыки делают столь сильную ворожбу, что охватывает целые владения.
В этот момент сильная и гордая друидка была похожа на ребёнка, но Атон её прекрасно понимал. Ему и самому хотелось посмотреть, как это будет происходить, хоть он и был взрослым мужчиной, прошедшим не одну битву — как с людьми, так и с ведьмами.
Ещё задолго до того, как они вышли на поляну, Стрэйб почувствовал то самое давящие ощущение, которое он испытывал вблизи владык. В этот раз оно было куда слабее — оно и понятно: местный “король” ещё не полностью окреп, но несмотря на это, его мощь уже ощущалась. Когда они наконец пробрались по извилистой тропе, что огибала почти всю топь, и вышли на поляну “отдыха”, Атон наконец воочию увидел местного владыку.
Тот предстал перед людьми в виде оленя, который был всего лишь в полтора раза больше, чем обычные лесные создания. Но на этом его сходство с дикими зверями и заканчивались. Огромные рога, покрытые сине-голубыми узорами с бледно-серыми, едва заметно мерцающими кончиками. “Морда” владыки тоже была в причудливых ярких узорах, которые придавали его блеклым, словно у слепого, глазам выразительности. Всё тело покрывала длинная, волочащаяся по земле, молочная шерсть; лишь на огромном хвосте, который был больше похож на волчий, виднелись синие вкрапления. Лапы владыки были менее шерстистыми, и их, как и морду, покрывали ярко-синие узоры, словно кто-то вручную выводил эти непонятные завитки и линии. Оканчивались они не копытами, а лапами — тоже волчьими, с огромными чёрными когтями.
Бус, что до этого мирно лежал и, кажется, дремал, увидев приближающихся путников, встал и медленно склонил голову.
— Я рад познакомиться с тобой, Атон Стрэйб, — заговорил владыка глубоким голосом.
— Я тоже рад нашему знакомству, владыка Бус, — гвардеец ответил на поклон и слегка улыбнулся.
