для того, чтобы усмирять строптивых пациентов, а не чтобы ставить градусники.
Потому что, если я все правильно понял, сюда привозят тех, кому нужен мозгоправ, но кого, по понятной причине, не хотят помещать в официальную дурку.
Надеюсь, Нике будет здесь «хорошо».
Глава сороковая: Меркурий
Глава сороковая: Меркурий
Следующие после встречи с Олегом дни я провожу в каком-то полугипнотическом состоянии. Почти совершенно не сплю – и не потому, что не хочу, а потому что просто не могу. Банально не получается уснуть, так как стоит отодвинуть в сторону работу, как в голову тут же лезут мысли о Вере. И это тягучие давящие мысли, от которых в буквальном смысле зудят кости черепа – там, где стороннему наблюдателю ничего не видно, но под волосами остались шрамы после трепанации.
Наверное, каждому знакомо ощущение, когда каждую свободную минуту сосредоточен лишь на одной мысли, на одной проблеме. И эта проблема заполняет собой весь мир, занимает все твое время, давит и размазывает до состояния ссаной тряпки. Постоянные сомнения и предположения, а как бы все повернулось, сделай я так и эдак? Если бы тогда задержался в гостинице, если бы решил ехать в порт сам, если бы мы вообще застряли в дороге и вернулись в город только к вечеру, если бы перед взрывом успел отправить Вере хотя бы короткое сообщение? Сотня «если бы», из которых тянутся бесконечные варианты развития событий. И все они переплетаются и множатся, сливаясь в какой-то бесконечный белый шум.
При этом усталость никуда не девается – и потратить все освободившееся ото сна время на ту же работу идея хорошая, но малореализуемая. По крайней мере, для меня. Ловил себя на том, что тупо сижу и читаю какое-нибудь описание или предложение, а потом понимаю, что в голове нет ни слова из прочитанного.
Спасает разве что кофе. Много-много кофе, что хотя бы отчасти поддерживает остатки работоспособности.
Но сегодня утром поиски нового места жительства матери Венеры увенчался успехом, как ни крути, а связи и специалисты в нашем цифровизированном мире значат очень много. Координаты мне сбросили прямо на телефон, где я сразу «увидел» их дом на карте. И немного подохренел. Это престижный поселок сразу за городом. Даже, по сути, еще в черте города. Стоимость земли там астрономическая. Семье Веры никогда в жизни не потянут недвижимость в подобном месте. Если только им кто-то не помог…
Долго сижу и пялюсь в уже черный экран телефона, раздумывая, ехать ли. У меня настолько поганое ощущение от всего происходящего, что разум банально отказывается верить в его реальность.
Но если не узнаю сейчас, если не расставлю все точки над «i», потому точно не прощу себе этой слабости. В конце концов, это же всего лишь разговор с матерью моей любимой женщины. Что в этом может быть страшного?
Я вызываю такси, потому что самостоятельно за руль все еще не сажусь.
Всю дорогу до поселка молча пялюсь в окно. Пару раз таксист пытается завязать разговор, но мне настолько не хочется ему отвечать, что ограничиваюсь совсем уж короткими фразами, после которых он все же понимает, что пассажир у него не из говорливых, и отстает. Лишь интересуется, не буду ли я против, если он включит музыку – отмахиваюсь, мол, мне все равно.
Когда подъезжаем к нужному дому, на всякий случай еще раз сверяюсь с картой и даже переспрашиваю водителя – ничего ли он не напутал. Нет, все так.
Насколько понимаю, поселок отстроен совсем недавно, еще не все дома построены и заселены, но на въезде уже установлен шлагбаум, который пока не работает. Но точно вскоре заработает – и попасть сюда так просто снова я уже не смогу.
Прошу таксиста пока подождать и выхожу из машины.
Передо мной высоченный каменный забор с пущенным поверху кованным растительным орнаментом. Стальная калитка с камерой видеофона и рядом роллетные ворота гаража.
Парой слов: дорого и богато. Даже снаружи.
Вот реально, я вообще не удивлюсь, если сейчас позвоню в звонок, а из калитки выйдет Олег. Если вообще кто-то выйдет.
А если действительно выйдет, что мне ему сказать?
И дело вовсе не в нем, не в его реакции. Дело во мне, в том, что продолжаю биться в закрытую дверь, когда оттуда ясно дали понять, что я на хуй не нужен.
На чистом автомате сплевываю себе под ноги. Вкус собственной слюны кажется отвратно горьким. Нет! Олег мог сказать все, что угодно, теперь я знаю, что каждое его слово, даже самое убедительное, может быть стопроцентной ложью. Мне нужна информация с другой стороны.
Протягиваю руку и нажимаю на кнопку звонка. Тишина, даже вдалеке не слышно какого-либо звука, но кнопка загорается зеленым.
Ждать приходится недолго.
— Да, - слышу немного электронное непонятно откуда.
— Здравствуйте. Меня зовут Максим. Я… - и вот как мне представиться? Идиот, больше часа в дороге, а я даже не придумал, что буду говорить. – Я знакомый Веры, - выдавливаю наиболее нейтральное, но такое труднопроизносимое. - Прошу прощения, она, случайно, не здесь? Или ее мама? Или кто-то из ее сестер? Возможно, вы ничего обо мне не знаете, но я Веру знаю очень хорошо, - ложь, я ее даже «хорошо» не знаю, но не скажешь же, что мы вместе спали. – Могу я поговорить… с кем-то из ее родственников?
Писец!
Чувствую себя мальчишкой, который пытается позвать на свидание понравившуюся девочку, а ее строгие родители против. Аж взмок весь.
— Подождите минуту…
Тихонько выдыхаю. По крайней мере, меня не послали сразу. Значит, по всей видимости, местом я все же не ошибся. Уже хорошо.
Когда калитка открывается, хотя больше она походит на бронированную дверь в сейфе, вижу перед собой невысокую пожилую женщину. Мне даже не нужно спрашивать, кто она, потому что сходство с Верой очевидное и сразу бросается в глаза.
Какое-то время просто молча смотрим друг на друга.
— Прошу прощение за беспокойство, - все же начинаю я, поняв, что впускать внутрь меня не собираются. – Вера здесь?
— Нет.
Отрывистое, безапелляционное и без намека на эмоции.
— С ней все хорошо? - все-таки настаиваю на своем. - Где она? Меня долго не было, не по моей вине, я попал в больницу, вынужден был…
— С ней все хорошо, - резко обрывает меня женщина. Окидывает взглядом с ног до головы. - Она
