вроде хлыста в руке, третий держал меч, големы парили над землей и имели человекообразные фигуры.
Вместе с големами появились люди в балахонах — я почувствовал магию, исходящую от них, это явно были маги. Всего вместе с големами, вокруг меня собралось с десяток противников. Они заняли позиции готовности к магическому поединку и выжидающе смотрели на меня. Они не атаковали, но могли начать бой в любой момент.
Наступила тишина, и в ней раздались лёгкие шаги по каменному полу, а затем прозвучал мягкий смешок.
— Анлуинн, друг мой, — услышал я знакомый голос. — Наконец-то ты появился.
Из-за одной из полуразрушенных колонн вышел Айустин.
— Я ждал тебя, — сказал он с хитрой улыбкой.
Белый просторный капюшон скрывал почти всё его лицо, оставляя видимым только подбородок и губы.
— Я всё думал, ты ли это или не ты был в прошлый раз. Уж не померещилось ли мне! Ты так быстро тогда исчез, мы даже не успели обменяться парой слов. Я решил задержаться здесь подольше и подождать тебя. И вот — ты появился.
— Почему ты подстроил мне ловушку? — спросил я.
Я был рад тому, что в этом сне имел свою истинную внешность. Хорошо, что Айустин не знает о моём другом облике — облике Андаля.
— Это лишь для того, чтобы ты не убежал так быстро, как в прошлый раз, — с усмешкой ответил Айустин.
Я кивнул в сторону кристалла.
— Это Осколок Сущности?
— Верно, — ответил Айустин.
— Почему ты до сих пор не извлёк его и не доставил Владыке?
Айустин вздохнул и, как мне показалось, поморщился, хотя я не мог видеть выражения его лица под просторным капюшоном.
— Извлечь его не так-то просто. Придётся провозиться тут ещё около недели.
— Понятно. Ну, ты и Натанар — эксперты в этом вопросе, я в природе Осколков и мест их захоронений не разбираюсь.
— Ты явился сюда ради Осколка, Анлуинн?
— Да. Мне нужно прикоснуться к нему. Всего пару секунд — много времени это не займёт. Дай мне до него дотронуться, и я покину тебя.
— Куда ты так спешишь? — с улыбкой сказал Айустин.
— Есть кое-какие дела, о которых мне нужно позаботиться.
— А что там с Shaendwyna, Анлуинн? Тебе удалось захватить её?
— Да, удалось. Я как раз работаю над уничтожением Пророчества. Кстати, откуда появился этот сон, дружище Айустин? Не ты ли его создал?!
Айустин улыбнулся, ничего не ответив.
— А если ты… то зачем ты его создал? Может быть, ты хотел завлечь меня в сети этого сна?!
Айустин снова ничего не ответил.
— Ну что, вы снимете с меня эту сеть? — спросил я, стоя посреди залы, накрытый просторной магической сетью.
Все молчали.
— Или мне сделать это самому?
После этих слов я превратился в чёрный дым, сеть упала на пол, и через мгновение я вновь вернулся к своему облику, оказавшись снаружи сети.
Когда я превратился в дым, маги Айустина и големы забеспокоились, засуетились, големы вскинули оружие, приготовившись к бою, а маги начали активировать заклинания.
— Не стоит так нервничать, — сказал я, заметив их движения. — Нет никаких причин волноваться, друзья.
Маги обрушили на меня заклинания, а големы ринулись в бой, выставив вперёд оружие.
Я сосредоточился на Внутреннем Пространстве, на моём сродстве со Стихией Камня, и каменный пол в зале дрогнул. Маги повалились на пол, куски каменных плит взлетели в воздух и врезались в големов, с потолка посыпались булыжники и каменная крошка. Я покрутил головой, осматривая стонущих и валяющихся на полу магов.
— Я запомнил все ваши лица, друзья-маги. Вы все будете принесены в жертву Tolgan Draiokh. Я лично отрежу голову каждому из вас. Надеюсь, вы накрепко запомнили эти слова.
Несколько магов что-то крикнули, а потом атаковали меня заклинаниями. Я превратился в стаю воронов, они разлетелись в разные стороны, и заклинания прошли мимо. Птицы ринулись к Осколку Сущности.
— Не стоит спешить, — мягко сказал Айустин.
С потолка снова упала сеть, такая же как предыдущая, и вороны попались в неё, сеть прижала птиц к земле. Вороны принялись трансформироваться в чёрный дым, который собирался в одном месте, принимая облик человека, но вдруг Айустин мгновенно переместился к сети, схватил одного из воронов, и, магически воздействуя на него, вмешался в заклинание превращения.
Ворон бился в агонии и громко каркал в руках Айустина, тело ворона то превращалось в дым, то мгновенно возвращалось в плотное состояние, и птица переживала ужасные страдания и боль. Сгусток дыма, собранный из оставшихся птиц, тоже не мог превратиться в меня, и лишь оставался дымом, клубящейся бесформенной массой.
Айустин довольно улыбнулся, и из его пальца ударила молния. Это был маленький и быстрый разряд, который угодил в ворона в его руках. Однако через мгновение разряды появились в клубящемся силуэте, молнии заходили по клубам дыма, и то, что должно было стать мной, испытало ужасную боль.
Дым просочился сквозь ячейки сети, распался на стаю воронов, и они заметались по зале, бросились врассыпную. Айустин хмыкнул, и в воздухе вдруг возникли нити, протянутые от стены к стене, от потолка к полу. Эти нити врезались в тела воронов и рассекли птиц на куски. Полетели оторванные крылья, головы, лапы, некоторые нити прошли прямо сквозь тела, и вороны оказались словно насаженные на вертел мясные тушки. Других воронов атаковали големы, машущие мечами, копьями, в них посылали заклинания маги.
Пока большинством воронов занимались Айустин и подручные, одна из птиц, незамеченная никем, спешила к Осколку Сущности.
— Тц! — сердито цокнул Айустин, когда, наконец, приметил птицу.
Было уже поздно, ворон долетел до кристалла и ударился о него лапами.
Кристалл вспыхнул. Мгновенно установилась связь.
Я почувствовал Владыку. Он почувствовал меня. Наши сознания слились.
Владыка в чёрных доспехах, одиноко бредущий в потоке синего огня. Вечно бредущий и вечно заточённый в своей гробнице в пирамиде…
Слияние сознания помогало взаимодействовать напрямую, не было нужды в словах — достаточно передавать друг другу чувства, эмоции, мыслеобразы, и другая сторона всё поймёт.
Я успел передать лишь: «срочно», «я-в-опасность», «важно», а затем передал образ мага из столицы — Джайкоба Ичидора, и добавил: «информация-его-голова».
После этого связь разорвалась, ворона оттолкнуло от кристалла.
Я не успел бы передать целый пакет зашифрованной информации или рассказать о чём-то подробнее, это было всё, на что у меня хватило времени.
— Какая забавная и странная штука, — прозвучал весёлый голос Айустина. — Сны. Сны, сплетённые магией Iestykh Ubuanu.
После этих слов произошло нечто невероятное. Зала перевернулась.
Пол полетел вверх, потолок устремился вниз, всех воронов в помещении расшвыряло в разные стороны,
