детей, двух мальчиков и девочку. Я написала хозяину после того, как начала свою жизнь здесь. Я хотела узнать, позволит ли он мне выкупить их свободу. Он написал ответ и сказал, что не только не позволит мне выкупить их свободу, но и планирует продать их далеко на юг, чтобы наказать меня за то, что я сбежала.
Глаза Би были полны боли и утраты.
— Я написала ему в ответ, умоляя его не делать этого, но он не ответил. Я больше ничего не слышала ни о ком из своих детей, пока не появился Лем. Он мой старший сын, ему было шесть, когда я сбежала. Он был очень сообразительным. Я была так рада видеть его, Эстер. Так рада, что не поняла, что он змея, пока не стало слишком поздно.
Би вытерла слезы с глаз.
— Он продолжал говорить мне, что не знал, что случилось с двумя другими моими детьми, сказал, что их продали отдельно после того, как я сбежала, но он лгал.
— Откуда ты знаешь?
— Он сам сказал мне об этом в тот день, когда Эзра Шу пришел навестить меня.
Гален спросил:
— Когда это произошло?
— Примерно за две недели до того, как ты впервые появился у нас в качестве Черного Даниэля.
Гален уставился на нее, удивленный тем, что она все это время знала о его втором «я».
— Да. Я знаю, кто ты такой. В свое время я лечила многих людей, видела их избитые лица, видела их исцеление, и я никогда не забываю лица.
— Так где же другие ваши дети? — спросил Рэймонд.
— Мертвы. Оба мертвы.
Наступила тишина, прежде чем бесстрастный голос Би продолжил:
— Моя дочь умерла при родах, а второй мой сын — от укуса змеи в Техасе.
— Почему Шу навещал вас?
— Он и мой Лем — сводные братья.
Сердце Эстер остановилось.
— Братья.
— Да, у них один отец, мой хозяин. Мать Шу была женой надсмотрщика, и хозяин спал и с ней.
— Боже милостивый, — прошептала Эстер.
— Шу и Лем — наемные похитители рабов. Они сотрудничали с самыми наглыми похитителями в стране: бандой Кляпа, бандой Пэтти Кэннон.
Пэтти Кэннон была хорошо известна тем, кто работал на Дороге. В то время как такие люди, как Эстер и Гален, помогали беглецам с Юга, Лукреция (Пэтти) Кэннон занималась отправкой беглецов обратно в рабство. Она и ее банда похитителей с Восточного побережья нанимали как черных, так и белых проводников, использовали тайные дома в качестве станций и отправляли сообщения с помощью шифра. Говорили, что похищение двадцати детей в окрестностях Филадельфии было делом рук ее банды. Ее боялись и ненавидели одновременно.
Эстер печально покачала головой.
— Почему твой сын стал работать на похитителей?
— Потому что это то, чем он занимается. Он сказал, что для него это простой способ заработать на жизнь.
— Обманывая своих людей?
— Да, обманывая своих людей. Он не первый, кто не проявляет лояльности к представителям расы.
Эстер знала, что Би была права. Черная пресса и журналы, посвященные борьбе с рабством, взяли за правило информировать своих читателей о чернокожих, которые охотились на своих, публикуя описания предателей и их последнее известное местонахождение. Такая бдительность снижала число предателей, равно как и физическое насилие, к которому члены сообщества часто прибегали в отношении таких лиц. В прошлом году в Цинциннати мужчину по имени Роберт Рассел вываляли в дегте и перьях после того, как стало известно, что ему заплатили десять долларов за помощь похитителям в поимке беглеца. В другом инциденте в Цинциннати чернокожий мужчина по имени Джон Броуди был так сильно избит местными жителями за пособничество в похищении, что сам явился в окружную тюрьму, опасаясь за свою жизнь.
Так что, хотя всегда шокирующе узнавать о том, что чернокожий мужчина помогает кому-то вроде Шу, это не было чем-то необычным.
Но то, что такой человек был сыном Би, было душераздирающе.
А Би выглядела так, словно ее сердце было разбито.
— Он и Шу прятались в доме в ту ночь, когда уэслииты спасли Дэниела от другой группы похитителей. После того, как уэслииты передали Дэниела мистеру Вуду, они отправились в Детройт, но остановились у меня перекусить. Они часто так делали, но я знала, что Шу и Лем были в доме, поэтому я выпроводила старика и его сыновей как можно быстрее, но не раньше, чем Уэсли рассказал историю о спасении Черного Дэниела.
— Так вот почему он начал обыскивать все дома.
— Да, и позже той ночью ты послала за мной, Эстер.
— Они знали, куда ты направляешься?
— Нет. Они знали, какая награда назначена за голову Черного Даниэля, поэтому, как только уэслииты уехали, они помчались к дороге в надежде найти Даниэля.
— Они знали, что Гален был здесь, в Уиттакере?
— Нет, Уэсли сказал, что Дэниела отвезут в безопасное место где-то в округе, но он не знал точно, куда именно. Его беспокоило только то, чтобы Дэниел был в безопасности.
Гален прервал ее:
— А как же ловцы рабов, которые пытались убить меня? Как они узнали, что я направляюсь в Детройт?
— Это тоже моих рук дело. И Брэнтона, упокой его душу.
На лице Эстер отразилось замешательство.
— Брэнтона?
— Да. Вы знали, что Брэнтон был членом Ордена?
Глаза Эстер расширились.
— Нет.
Она понятия не имела, что он был членом Тайного общества кондукторов в Детройте.
— Ну, он был, и как член ордена, он знал о приезде Даниэля. Однажды утром он рассказал мне о визите за моим кухонным столом. К сожалению, Лем тоже был там. В то время я все еще верила, что он был беглецом, за которого себя выдавал. Мы с Брэнтоном не видели ничего плохого в том, чтобы говорить о Дэниеле в его присутствии, но теперь я знаю, что наша беспечность едва не стоила тебе жизни, Гален.
— И Лем передал эту информацию Шу?
— Да, Шу был в Монро с Портером Гриром. Именно Грир предупредил других похитителей, но поскольку Брэнтон не знал точной даты прибытия Дэниела, они каждую ночь в течение двух недель патрулировали границу штата Огайо. Тем, кто в конце концов нашел его, просто повезло в ту ночь.
Эстер не знала, что сказать на эту трагическую историю.
— Итак, — спросил Рэймонд. — Где сейчас ваш сын?
— Скорее всего, в Монро, ждет, когда я принесу им еще одного жертвенного ягненка.
Би увидела вопрос в глазах Эстер.
— Я сдала им Блэкбернов, Крейтонов и всех остальных.
— Почему?
— Сначала, чтобы узнать о судьбе моих детей. Такова была первоначальная сделка.
— Ты
