стену. Если даже он испугался всего лишь одного взгляда…
Вот оно! Ашир понял, что нашел то, что так долго искал.
Он нашел своего монстра.
- …по данным медиков ситуация у вас не из лучших, - говорил помощник всё это время. – Еще пара недель, и ваш организм не выдержит. Лечение на такой стадии уже бесполезно. Да и сами понимаете, насколько это дорого.
О да, этот монстр все понимал. Но его это не смущало. Он давно был готов к смерти и не боялся ее. Только сожалел, как всегда, что его путь слишком краток. Законы ограничили в сладкой бойне, природа Верберны поставила крест на интересном выживании. Ведь ему даже нравились местные порядки, где с отдельным садизмом можно было оборвать чью-то жизнь.
Идеальный кандидат.
Заключенный медленно отвел взгляд обратно на помощника и изучающее осмотрел его. Даже с какой-то легкой иронией и сочувствием. Какие мысли гуляли в его голове все это время? Ашир не имел возможности это услышать, но что он знал наверняка – это то, что получит этого убийцу, несмотря на любой ответ.
А потом в нем вспыхнула жажда жизни. Отчетливая и яркая, насыщенная стремлением вцепиться когтями даже в призрачный шанс. Жажда, перекрывающая собой все. Сложности, проблемы, боль, не важно. Монстр в его душе хотел выжить. Вопреки всем планам и условиям, так неудачно вставшим на его пути.
- Я согласен, - ответил он тяжелым тоном, таким, что вздрогнул даже тугодумный помощник. Забавно, что до него только сейчас дошло, как близко он сидит к заключенным. И как мало надо усилий, чтобы при желании броситься на него, даже с наручниками.
Ашир незаметно повел плечами. Сейчас у него не было сомнений, что если бы этот кандидат захотел, он бы придушил его помощника в два счета. Смог бы. Раньше, чем очухалась бы охрана. Просто он не хотел этого.
Под пристальным взглядом заключенного, помощник вспомнил, что нужно дальше делать и повернулся за кресло, чтобы взять заранее приготовленный на мелком столике стакан.
- В таком случае, - стараясь, чтобы его голос не дрогнул, заговорил помощник, - вам необходимо выпить содержимое этого стакана. В нем содержится нейротоксин, который, в целях безопасности, погрузит вас в сон, и сохранит жизнедеятельность организма. Затем вас погрузят в капсулу и доставят в нашу лабораторию. Очнетесь вы уже в новом теле.
Помощник передал заключенному стакан, с едва заметной плавающей медузой. Идеальным организмом для погружения человека в кому.
- Боитесь? – спросил неожиданно убийца, флегматично заглядывая в стакан. – И правильно….
Лишь на миг через его непроницаемые щиты пробилась обреченность. Уверенности в контракте там не было, как и в любые другие обещания. Был лишь выбор как он хочет кончиться. Медленно и мучительно за две недели на рудниках или сейчас.
Заключенный залпом опрокинул в себя содержимое стакана.
Ашир ликовал. И жадно пожирал свое будущее сокровище взглядом. Он наблюдал, как цепенеют его конечности, как быстро стекленеет взгляд и представлял, как в руки попадет эта яркая душа. И он держал его осознание до последнего, обещая, что уж он-то подарит ему долгую жизнь. И даст то, чего отняла местная Федерация. Он даст ему право убивать.
Глубокой ночью, когда были закончены все подготовительные дела, Ашир по обычаю попросил у начальника колонии видеозаписи из личных камер избранных заключенных. Рассевшись в предоставленной ему комнате с планшетом Ашир довольно закинул ноги на соседний стул и принялся вводить номер заинтересовавшего его кандидата. Ладонь приятно грела горячая чашка с чаем, а в мыслях витали идеи по обтачивании своего будущего творения до совершенства.
Вольготно развалившись, Ашир стал дожидаться загрузки данных и видео. Процесс это не быстрый, можно было пока насладиться на удивление нормальным чаем. Хотя с чего ему быть отвратительным, если Ашир заранее озаботился своим постоянным визитом и отстегнул начальнику кучу денег. В том числе и на обеспечение собственного комфорта.
Планшет пиликнул, сообщая о загрузке, и высветил на экран картинку из камеры.
Весь чай, набранный Аширом в рот, фонтаном выплеснулся обратно.
На экране во всей красе отображались процарапанные символы, значки и куча хаотичных линий.
Ашир выругался, отряхнулся от чая и уставился в экран. Своим глазам сейчас он хотел верить меньше всего.
Но несколько раз переключив на разные виды и промотав видео обратно на сутки назад, президент компании все-таки заставил себя убедиться. Мужчина на видео методично процарапывал стену, кусочками острых осколков. Без тени понимания на лице или какого-нибудь узнавания. Но все же!
А вдруг показалось?
Бросив планшет на стол, Ашир связался с работниками колонии. На той стороне мигом ответили.
- Мне нужно лично посетить камеру одного заключенного. Немедленно! – рявкнул Ашир.
И уже через пару минут он в сопровождении трех охранников быстрым шагом направились по коридорам. От нетерпения хотелось бежать, но президент компании до последнего сохранял непроницаемое лицо.
Бесконечные коридоры, решетки и ночная темнота. Охранники остановились перед дверью названой камеры и открыли закодированный замок.
- Ждите здесь, - приказал Ашир тоном, не терпящим возражений, а сам медленно направился в камеру.
С каждым шагом взгляд выхватывал все больше знакомых символов, а ноги непроизвольно начинали подкашиваться от страха и всплеска адреналина.
Чертежи… рунные печати… ужасно искаженные в своем исполнении, но оттого еще более опасные. Как бездарно смешанные химикаты, которые могут рвануть от любого толчка.
