стояла за кулисами Большого Зала и с волнением ждала завершения номинации «Гибкий разум», в которой первокурсницы с факультета Когтевран презентовали свою пиар-кампанию будущих порнозвезд.
Эта номинация отличалась от двух других заблаговременной подготовкой к финалу. На протяжении последнего месяца девушки выбирали любого старшекурсника со Слизерина и пытались сделать из него популярную звезду с помощью интернета, газет академии и сплетен.
Гермиону не особо волновала чья-либо известность в академии, поэтому она не интересовалась, как проходил этап «популяризации змей» — так назвала номинацию Пэнси, когда в один из вечеров они сидели в караоке.
Воспоминание о подруге неприятной болью отдалось в груди, вызывая легкое чувство тревоги.
После разговора в больнице они больше не общались. Злилась ли Гермиона на нее? Нет. Хотела ли сделать первый шаг для примирения? Тоже нет. Каждый раз, когда прокрадывалось желание позвонить или написать, она намеренно вспоминала, что Пэнси не смогла поддержать ее, не смогла встать на ее сторону.
И откуда взялись чертовы гордость и обида? Неужели общение с Драко и Тео повлияли на нее?
Она глубоко вдохнула и резко выдохнула, отгоняя мысли. Она обязательно к ним вернется, но чуть позже. Сейчас нужно было сосредоточиться на победе в злосчастном Кубке Первокурсниц и заполучить обещанный титул «Соблазнительница», чтобы попытаться разузнать больше о нападении на Пэнси.
Да, она обижалась на нее, но чувство несправедливости и желание защитить близких пробуждали стремление разобраться во всем и предать виновника правосудию.
— А вот и наша самая умная и ловкая Флер Делакур! Больше, мне нужно больше аплодисментов! — закричал ведущий, вызывая у волнующейся Гермионы мелкие мурашки.
Скоро ее выход. Очень, очень скоро.
Под грудью предательски заныло.
— Расскажи, сложно было распиарить Виктора Крама до двух миллионов подписчиков? — замурлыкал ведущий, ловко подбираясь к победительнице, чтобы обнять.
Флер едва заметно замешкалась, но ответила:
— Совсем нет. Мне повезло, и Ви… то есть Виктор успешно соглашался со всем, что я ему предлагала. Хотя, признаюсь, было нелегко уговорить его на рекламу мастурбаторов. Для этого потребовался особый подход. — На последнем слове она широко улыбнулась, завораживая всех своей красотой.
— Воу! — с азартом воскликнул ведущий. — Думаю, всем интересно — что же это за подход?
Некогда шумный зал затих, ожидая ответа на каверзный вопрос.
— Пришлось на некоторое время примерить на себя роль студентки Слизерина, — игриво ответила Флер и соблазнительно облизнула губы. — Если вы понимаете, о чем я.
Ее ответ явно устроил разгоряченную аудиторию, залившуюся громкими криками и посвистываниями. У Флер точно не было проблем с публичными выступлениями.
Длинные светлые волосы, яркие голубые глаза, ровный нос и величественная осанка, которой позавидовали бы самые древние аристократы и члены королевской семьи. Флер держалась легко и непринужденно, словно она знала о победе, знала о каждом вопросе ведущего и реакции зала.
Она идеально подходила для номинации «Гибкий разум».
— Что ж… — загадочно снизил тон ведущий, поворачиваясь к залу. — Это была Флер Делакур и ее успешная реализация пиар-кампании! Громче, громче, друзья!
Шумные аплодисменты и активные крики эхом множились в ушах.
Скоро на сцену.
К лицу прилила кровь, гул учащенного сердцебиения отдавался в висках, в глазах потемнело.
Стало жарко.
Стараясь справиться с усиливающимся волнением, Гермиона прислонилась спиной к прохладной стене и посмотрела в сторону гримерных.
Несколько номинанток-конкуренток хищными взглядами рассматривали ее и наверняка радовались тому, что видели: волнение, страх, неуверенность в себе. Они были похожи на падальщиков, ожидающих нужного момента, чтобы напасть и съесть добычу.
— Эй, у тебя все хорошо? — окликнул мягкий женский голос.
Гермиона нехотя повернула голову налево, где стояла Дафна. Кажется, в прошлый раз они виделись на отборочном туре.
Сейчас она не была похожа на ангела. Ярко-красная помада, высокий конский хвост, к стандартной слизеринской форме были добавлены галстук и портупея для бедра.
Неуверенность в себе с новой силой захлестнула Гермиону, заставляя вспоминать гадкие словечки, что любил повторять Седрик: посредственность, глупая, недоразумение.
Захотелось слиться со стенкой и пропустить дурацкий конкурс. И плевать, что она готовилась к нему несколько месяцев, плевать, что из-за него она влипла в странные дела между наследниками двух компаний. Плевать.
Мягкая женская ладонь упала на плечо Гермионы и несильно сжала его, возвращая в реальность.
— Перестань. Не давай им повода смотреть на тебя как на добычу, — спокойно проговорила Дафна, приблизившись к уху. — Возьми себя в руки. Вряд ли тот, кто продвинул тебя в финал, хотел бы, чтобы ты провалилась, так и не выйдя на сцену.
Ее слова эхом разнеслись в голове.
— Что ты имеешь в виду? — Гермиона сделала тихий вдох и выпрямилась. Теперь она стояла почти вровень с ней. — Я сама прошла до финала.
— Правда думаешь, что твое фиаско на первых этапах отборочных позволило тебе попасть в десятку? — Дафна хмыкнула, делая шаг назад. — Впрочем, это уже неважно. — Она толкнула Гермиону в бок и кивнула на сцену. — Будет неинтересно, если ты…
Но последние слова Гермиона не услышала. В зале заиграла громкая ритмичная музыка, заглушая посторонний шум.
— О да! Понимаете, что это означает? — начал ведущий, несколько раз прокручиваясь вокруг своей оси. — Да! Да! Вы все верно поняли, мои юные друзья! Десять горяченьких слизеринок сейчас выйдут на сцену, чтобы побороться за титул «Соблазнительница», так давайте же встретим их бурными аплодисментами! — Он повернулся к закулисьям и принялся вызывать номинанток, называя имя и группу.
От слов Дафны сомнения в себе усилились, вынуждая напрячься, чтобы хоть как-то сдвинуться с места.
Она не прошла отборочный тур. Ее протолкнули в финал. Кто? Неужели это сделали Драко или Тео? Может, Седрик стал настолько одержим курсовой и рискнул подкупить судей?
Чем больше она думала, тем больше к горлу подступала тошнота и тело окутывал легкий озноб.
«Что я здесь делаю, если не смогла пройти даже жалкие отборочные? Может, кто-то постарался, чтобы я опозорилась публично?» — панически размышляла Гермиона, стараясь концентрироваться на голосе ведущего.
— Дафна Гринграсс, первокурсница Слизерина с факультета озвучки! Ох, так и не терпится услышать ее стоны! — воодушевленно выкрикнул ведущий, после чего Дафна натянула кокетливую улыбку и направилась на сцену.
Гермиона понимала — как только Дафна дойдет до середины платформы, ведущий назовет ее имя.
«Возьми себя в руки! — мысленно прикрикнула на себя Гермиона, заправляя прядь прямых после утюжка волос. — Ты столько вытерпела не для того, чтобы на финише струсить и поддаться страху. Черт, ты даже согласилась выпрямить волосы под уговорами Диггори. Давай, просто сделай это. Сделай, мать твою!»
— Гермиона Грейнджер! Феромониха, как выразился ее дизайнер Седрик Диггори. Так и хочется узнать, что же скрывается под
