капюшон ниже на лицо и уйдя по коридору достаточно далеко от палаты, Кагами остановилась у окна и, схватившись за поручень, напряженно выдохнула. Хорошо, что Мэй ее не видит такой.
Как бы хотела девушка обвинить во всех несчастьях других людей: комитет безопасности, Кохэя, общественность. Но Уширомия прав, это был только ее выбор, и ни чей другой. Из-за нее умер Куросаки, никто не заставлял убивать журналиста, да и Таками, если подумать, делал все возможное, чтобы поддержать ее. Когда Даби показал кадры, на которых сражался с Ястребом, Кагами подумала, что потеряла все. У нее ничего не осталось. Поэтому броситься под удар Все-за-Одного, защищая суда комитета, не казалось чем-то страшным.
Но она и тут выжила.
— Нао…
Хотелось бы раствориться, стать невидимкой, рассыпаться черной дымкой, да только повсюду царил свет. Ни единого укромного уголочка для тени. Девушке пришлось набраться смелость, чтобы хоть украдкой посмотреть на Таками. Перебинтованный, как мумия, в кислородной маске… что же Даби с ним сделал. От одного взгляда на парня становилось больно, что вызывало не только страх, но и злость.
— Спрашивай, я отвечу, — согнувшись в три погибели, прошептала Кагами, упрямо рассматривая толпу людей за окном.
— Нао, посмотри на меня. Пожалуйста.
Зажмурившись, девушка тихо засмеялась, но по факту хотела плакать. Она просто боялась взглянуть на Таками, увидеть вновь его опешивший злой взгляд. Полагала, что при встрече с парнем почувствует себя хозяйкой положения, мол «думали, это вы тут всех переиграли? Как бы ни так». Как бы ни так…
— Что ты хочешь увидеть, Кейго? Вину в моем взгляде? Страх? Злость?
— Я хочу знать, почему ты так поступила. Ты… Нао, я мог убить тебя. Всерьез мог убить тебя. Почему вы мне ничего не сказали?!
— Потому что я попросила.
— Но… зачем?
Да тут в двух словах и не рассказать. Крепко сжав металлический поручень, Кагами мысленно сосчитала до пяти, прежде чем ухватиться за определенную мысль.
— У меня выхода не было, — зашептала девушка, нервно поглядывая на медсестер, общающихся у стойки дежурного по этажу. — То, что сказал Даби о журналисте — правда.
— Что? — откровение собеседницы искренне удивило Таками, он интуитивно подошел ближе и понизил голос до шепота. — Но… подожди, как? Когда?
— Вечером того дня, когда умерла моя мама.
Молчание в ответ Кагами и не пыталась оспорить. Не только потому, что парня удивил ее поступок, но и по простой мысли, которая терзала их долгие месяцы — если бы он тогда пошел с ней, все могло бы быть иначе.
— Сначала я утаила это от вас всех, но… я не смогла хранить это в тайне, меня сводило с ума то, что я сделала. Я пришла к председателю… рассказала ей все, как есть. Понимала, что за это меня могут посадить, и… репутации комитета тоже бы не поздоровилось. Поэтому я предложила этот план с устранением. Что… только убедившись, что я не нужна комитету, Тень поверит в мое желание отомстить, работать на Все-за-Одного.
— Ты… ты… ты идиотка что ли?! — не сдержавшись, Таками схватил девушку за плечи и, развернув к себе, хорошенько тряхнул, заставив ее немного испугаться. — Я мог тебя убить! Убить, Нао, ты понимаешь?! Я должен был…
— Но не смог, — завершила девушка, — Лэн тоже сомневалась, что сможешь. Помнишь, я повторяла тебе последние месяцы: я не верю твоим словам, но верю тебе. Так вот… я верила, что не убьешь меня.
— Но… ты же не могла знать… и, блин, конечно, я не смог бы убить тебя! — заметив, что он привлек внимание, Таками через силу заставил себя понизить голос. — Но ты могла умереть… когда упала, когда тебя уволокло потоком…
— Да, именно поэтому Лэн согласилась. Поэтому я знала, что она согласится с таким выбором. Кейго… мне светила либо тюрьма, либо сделка с совестью. Либо убьет Ястреб, либо умру от ран… либо меня все же спасет Тень. Кохэй не просто так ходил за мной по пятам, на тот момент я думала, что ему просто нужна моя причуда для чего-то… но не думала, что для преемственности.
— Ты чокнутая…
— Прости, это было слишком жестоко, знаю. Но я с лихвой отыгралась, мучая тебя потом, так что…
— Но зачем?.. Почему ты была готова умереть? Ты же сильная, упорная, и да, то, что ты сделала… преступление, но, Нао, это не повод так рисковать собой.
— Знаешь, ты говорил, что я не понимаю мир, в которой ступаю. Ты был неправ, я не понимала. Но ошибка была в другом, — потупив взгляд, Кагами даже не знала, стоило ли ей говорить об этом. Но ведь никому другому она и не могла сказать. — Это правда, что я схватилась за эту работу из-за денег. Из-за славы, красивой жизни… Но, знаешь, да, мне это нравилось, только… Я не была счастлива. Я поняла это недавно, наверное, четкое осознание пришло, когда я увидела в новостях информацию о том, что ты сражался с Даби и… тебе серьезно досталось.
Аккуратно высвободившись из рук парня, девушка вновь прильнула к окну, поразившись настырности людей, скандирующих гневные лозунги.
— Моя мама всегда работала, болела, она очень любила меня, но не могла проводить со мной много времени. Отец просто сбежал из семьи, оставил нас. Я была одна, никому не доверяла, кроме Куросаки. Мечта стать героем… я смотрела на этих героев по ТВ, как их обожали люди, выкрикивали имена, общались с ними. Дарили внимание. Наверное, я надеялась заполнить фанатской любовью пустоту в душе. И это помогало… но потеряло всякий смысл, когда умер Куросаки, а затем мама. Я понимала, что ты не простой человек, что у тебя что-то случилось в детстве, и ты не мог выражать свои эмоции прямым образом… Хоть понимала, но это злило, и я боялась, что попросту начала раздражать тебя тем, что плачу, кричу и злюсь без повода.
— Нао…
— Я лишилась всего, — прервала его Кагами, — и я боялась еще и лишиться тебя, что ты разочаруешься во мне. Даже не как в девушке, а как в человеке. Мне… очень не доставало любви и внимания всю жизнь, теперь я это осознала. Поэтому я предпочла злиться, ненавидеть, оправдываться, причинить тебе боль, но только не увидеть разочарование в твоем взгляде. То, как ты смотрел на меня с чувством вины, это… это помогало мне держаться за надежду, что я тебе нужна, что ты можешь подарить мне хоть крупицу внимания. Это… очень жестоко с моей стороны. Пожалуйста, прости меня… Я… я не знаю, что еще могу сказать, Кейго…
