церквам петь молебны за великого князя и за все христолюбивое воинство.
Приехал князь великий с Дона к Коломне сентября в 21 день. Архиепископ же его встретил в городских воротах с живоносными крестами и со святыми иконами и со всем священным собором и крилосом[667] и окропил его святою водою и все его христолюбивое воинство. И начал плакать с рыданием сердечным, и говорил ему епископ: «Радуйся, государь наш, князь, и веселись и твое христолюбивое войско». И князь великий перестал плакать и начал утешаться и хвалить бога. И говорил князь великий епископу: «Я ведь, отче, ему добро делал, смирился, собрал много золота и послал ему, а он еще больше разъярился на христианскую веру, к своей погибели, подученный дьяволом». Так случилось в Кесарии при великом Василии, когда первый отступник веры христовы, Юлиан царь, законопреступник, шел из Персии на великого Василия, на Кесарию, желая разорить град. Василий же помолился господу богу со всеми христианами, собрал много золота и послал к нему. Безбожный же еще больше разъярился. И послал господь на него воина своего Меркурия-мученика, и убил Меркурий божьею силою его со всеми воинами его, и убил 900 000 войска кованой рати. Не только сам Меркурий, но и ангелы божии пришли к нему на помощь. И сказал епископ: «Это потому, господин, что господь бог смиренному дает благодать, а гордым противится».
Князь же великий был на Коломне четыре дня и вышел из града в пятый день сентября[668]. Архиепископ же проводил его с крестами и со святыми иконами и со всем священным собором. И проводили его до реки до Северы, и тут став, у реки, благословил его архиепископ живоносным крестом и окропил его святою водою и все христолюбивое воинство и отпустил его.
Князь же великий Дмитрий разлучился с братом своим, с князем Владимиром, и отпустил его на Котел дорогою, а сам пошел с литовскими князьями дорогою на Брашеву реку. И послал гонцов к Москве, к митрополиту Киприану, и ко всему священному собору, и к великой княгине Евдокии, что князь великий здоров и идет в свою отчину.
Княгиня же великая Евдокия возрадовалась. Митрополит же повелел воду святить и сам молебен пел и литургию служил за великого князя и за христолюбивое воинство. Князь же великий пришел в Коломенское село[669] и тут начал ждать брата своего, князя Владимира; из-за того разлучился он с братом своим, что нельзя было поместиться на одной дороге из-за множества людей. И князь Владимир быстро пришел в Коломенское село. Князь же великий раньше отпустил все свое войско к Москве и велел разместиться всему войску по обе стороны Яузы. И пришло все войско и стало на месте том по повелению великого князя. А сам князь великий пришел к Москве в самый праздник покрова святой богородицы[670], после заутрени.
И митрополит Киприан встретил великого князя в Андроникове монастыре[671] с живоносными крестами и со святыми иконами и осенил его крестом. И сказал ему митрополит: «Радуйся, государь наш, князь великий Дмитрий Иванович, победив своих врагов! Ты — новый Александр, второй Ярослав, победитель своих врагов». И окропил его митрополит святою водой и сказал ему: «Сын мой, князь великий, ты царствуешь вовеки, и земля твоя спасется». И сказал ему князь великий: «Я, отче, крепко сражался за святые церкви и за веру православную, и за землю Русскую, и за свою великую обиду, и дал мне господь бог помощь своей крепкою рукою, молитвою святых страстотерпцев Бориса и Глеба и святого (преподобного игумена Сергия, вооружителя нашего, его вооружением и молитвами опасся.
И великий князь захотел в монастыре слушать святую литургию и пошел в церковь, и начал молиться со слезами и сказал: «Образ божий нерукотворенный, не забудь нищих своих до конца и не предай нас врагам нашим в покорение, да не возрадуются и да не скажут в своих сердцах: где есть бог их». И вышел из церкви. И сказал преосвященный митрополит Киприан: «Иди, господин, на благословенное свое место, во град Москву, и сядь, господин, на своем княжении».
Князь великий Дмитрий Иванович пошел с братом своим, с князем Владимиром Андреевичем, и с литовскими князьями в град Москву. Митрополит же велел петь стихи богородичные и мученические. Княгиня же великая Евдокия встретила своего государя, великого князя Дмитрия Ивановича, во Фроловских воротах со своею снохою, с княгинею Марией, и с воеводскими женами и с воинскими. И увидя тут своего государя, великого князя Дмитрия Ивановича, начала плакать от радости великой и сказала: «Ныне я, государь, вижу славного среди людей, тебя, государь, великого князя Дмитрия Ивановича, как солнце восходящее на небо для всей Русской земли».
Иные же княгини и воеводские жены восплакались горько о своих мужьях: «Уже ведь солнце наше закатилось, а зори наши помрачились, уже нам своих государей не видеть».
Князь же великий Дмитрий Иванович, увидев свою княгиню с двумя детьми, с князем Василием и князем Юрием, очень обрадовался и сказал: «Вы царствуете вовеки!» И пошел князь великий со своею княгинею Евдокией и со своими детьми, вошел в церковь святого архангела Михаила, небесного воина, и поклонился святому его образу и сказал: «Заступник наш, всей слабости нашей». И молился у прославленной иконы и потом пошел к образам сродников своих, благоверных князей Бориса и Глеба, и сказал: «Воистину вы — наши пособники и наши молебники к общему нашему владыке Христу. Вашими молитвами спасся я от наших супостатов, безбожных татар». И потом вышел из церкви с братом своим, с князем Владимиром Андреевичем, и с литовскими князьями и пошел в большую, в соборную церковь честного и славного Успения. И став пред святою иконою, прилежно молился со слезами и благодарственно говорил: «Всенепорочная владычица, предстательница и покровительница рода христианского, твоими молитвами избавил нас господь бог от рода татарского, от нечестивых сыроядцев».
Потом пришел к образу пресвятой богородицы, честного и славного сретения чудотворной иконы Владимирской: «Поистине благочестивый евангелист Лука написал эту икону, госпожа, царица, христианская заступница, благодаря тебе познали мы истинного бога нашего Исуса Христа». И пошел к гробу преблаженного великого святителя Петра, митрополита Московского и всея Руси, и, став у гроба, начал молиться со слезами и сказал: «Ты преблаженный Петр, святитель наш и учитель, крепкий в битвах, молитвенник Христу, мы ведь из твоего стада, при твоем посредстве показал нам господь бог свою милость последнему роду нашему, тобою защитил нас
