Чейзом о Шанти. На тренировке не было времени на разговоры, а то драгоценное, что имелось, не хотелось тратить попусту.
Оказавшись на первом этаже, я рухнула на диван в холле. Решив перевести дух, я мысленно репетировала разговор о Шанти. Будучи в Клане Топоры и Шпоры, Чейз обещал мне, что возьмет с собой Шанти, если я умру, но я–то жива, и вот тут возникает вопрос, наш договор в силе или нам нужно заключить новый? И я хочу уже рассказать напарнице, что скоро мы слиняем с Ристалища и, возможно, даже будем счастливы.
Отдышавшись, я отправилась в ванную, умылась и пошла на второй этаж. Надеюсь, что Чейз в кабинете, искать его по всему Клану не входило в мои планы на перерыв, который обычно заканчивается быстрее, чем я того бы пожелала.
Останавливаюсь перед дверью и стучу. Пару мгновений тишины давят на перепонки, а потом я слышу резкий ответ:
– Минуту.
Косо смотрю на дверь, спустя минуту меня никто не приглашает. Хмурюсь. Прислоняюсь ухом к прохладной поверхности, слух улавливает тихое копошение. Да что там происходит? Отклоняюсь от двери и сосредоточенным взглядом просверливаю дыру в центре темного полотна, но это не приносит желаемого результата – дверь по–прежнему непроницаема.
– Чейз?
– Минуту!
Да сколько я должна тут ждать? Мой перерыв не резиновый, да, и что греха таить, мне ужас как интересно, что он там делает. Пока не отговорила сама себя, поворачиваю ручку и толкаю дверь, на удивление она поддается, и я моментально жалею о содеянном. Неведение – сила, знание – боль.
Чейз сидит на диване, рубашки на нем нет, голова откинута назад, а пальцы с силой сжимают кожаную обивку мебели. На коленях перед его расставленными в стороны ногами сидит Вивиан и… что она делает? Ублажает Чейза? Серьезно? Вот как он проводит свой перерыв?
В груди что–то сжимается, становится больно и противно. Желудок превращается в ежа и протыкает меня изнутри. Мне неприятно и погано.
Чейз замечает меня.
– Я же попросил минуту.
Открываю рот и тут же закрываю его. А собственно говоря, что вообще происходит? Что я могу сказать ему в свое оправдание? В мое оправдание? Рэйвен, ты чокнулась! Чейз не спускает с меня тяжелого взгляда, а я вижу, как его пальцы еще сильнее сжимают кожу на обивке. Вивиан даже не оборачивается. Занята, трудится.
Чейз протяжно выдыхает, а я стараюсь не смотреть, что у них там происходит, иначе меня вырвет. Перехожу ближе к делу и желаю слинять из кабинета, как можно быстрее. Хочу спарринг или на стрельбище. Нужно выпустить пар и злость. И охреневание от ситуации.
– Я пришла сказать тебе, что сегодня все расскажу Шанти.
В ответ тишина, кошусь в их сторону. Одуванчик склонилась еще ниже, а Чейз внимательно смотрит вниз. И кажется, не слушает меня, а потом говорит:
– Спасибо.
Адресовано это было не мне.
– Спасибо? – переспрашиваю почему–то я.
Вивиан оборачивается и зло смотрит на меня. И только когда она поднимается на ноги, я вижу, что она делала. Обрабатывала шов на животе Чейза. В небольшой тарелке у дивана замечаю кровавые нитки, ножницы и бинты. Вивиан уходит, а я так и смотрю на тарелку с нитками. Есть вероятность, что у меня слишком бурное воображение. Но это не факт.
– Приведи ее сюда, я сам все расскажу, – сказал Чейз.
– Что?
Чейз натягивает футболку, и я вижу отметину ранения, из–за которого мы якобы немного сбились с плана Ханта. Я ведь и позабыла, что он был ранен. Что это говорит обо мне, как о человеке, который… Да ничего хорошего это обо мне не говорит. Сама себе постоянно мысленно жалуюсь на одиночество, но ведь в этом нет ничего удивительного. Мой мир крутится только вокруг меня и моих проблем, так с чего бы кто–то пожелал входить в него? Никто не хочет оказаться на обочине жизни, когда я заняла всю дорогу целиком.
– Пригласи Шанти вечером, я с ней поговорю, – повторяет Чейз и накидывает на плечи куртку. – Мне нужно ехать, задание от Ханта.
– Хорошо.
Разворачиваюсь и выхожу из кабинета, щеки горят от стыда и додумок. Сбегая из дома, я искренне надеялась, что Чейз никогда не узнает о том, что именно мне показалось, и что я по этому поводу испытала.
Вторая часть тренировки проходила без Чейза. Я пыталась оказаться не слишком далеко позади остальных, но проклятый канат тормозил меня настолько, что было стыдно оторвать взгляд от пола, но я отрывала, да еще и смотрела всем в глаза.
В этот вечер Чейз рассказал Шанти о побеге за закрытыми дверями кабинета. Я ходила из стороны в сторону и гадала, с каким настроением Шанти выйдет из–за двери, которую несколько часов назад я пыталась испепелить взглядом. Время шло, нервы натягивались. Когда дверь открылась, Шанти чуть не сбила меня с ног, а потом схватила за руку и потянула в мою комнату. Оказавшись внутри, она захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.
– Мне ведь это не снится? – спросила она. – У нас есть шанс свалить?
Я кивнула, Шанти осела у двери, примерно минуту ее взгляд метался по комнате, но я сомневалась, что она видела то, что ее окружало.
– Об этом нельзя говорить, – произнесла я и села рядом с подругой.
– Конечно. Я могила. Просто я очень шокированная могила.
Улыбаюсь ее словам, а Шанти продолжает шепотом:
– Кто бы подумал, что твое попадание в плен настолько нам поможет.
Воспоминания не заставляют себя ждать, но из всего плена я вспоминаю только Чейза, словно остального и не было.
– Осталось немного и мы будем свободными. Возможно, – говорю я.
– Даже не знаю, что делать с этой свободой.
– Придумаем.
– Кстати, Чейз сказал, что через пару дней меня переведут в ваш отряд, это для того, чтобы я не ходила за пределы Клана и не подвергала себя лишней опасности.
– Щедро с его стороны.
– Умно. Вы ведь не ходите сейчас на задания, все на тренировках к Играм.
Даже от разговора про тренировки мышцы начинают ныть и стонать.
Шанти ушла только через час, а я продолжила сидеть на полу и смотреть на руку. В нужное время там снова появился порядковый номер 98. Сегодня не повезло, подожду еще.
