проникались трепетом перед ним. Когда процесс закончился, мы ещё раз внимательно осмотрели каждого живого и повстречались только лишь с неподдельным ужасом в их сердцах. Среди них не было саткара – только лишь люди. Но тиразаил наблюдал и высматривал желания. Сейчас люди не были заражены им, а страх мешал зародиться каким бы то ни было мыслям, не говоря уже о мечтах. Устиладонис переместился в другой оплот.
Появившись в самой середине этого неумолкающего общества, он привлёк внимание только лишь троих валирдалов, которые выказывали непередаваемый ужас оттого, что они испытали не себе лёгкое прикосновение нематериализации, ведь бессмертный тирф источал это поле. А, когда они взглянули на него, то поддались ещё большему страху, ведь и внешность его была ужасающая. Тиразаил не торопился действовать в соответствии со своим названием. Он всматривался и пытался понять, где находится источник всех этих желаний. Сомневаться не приходилось: таким образом действует Терваигон. Именно он, получив безграничную силу от своих господ, мог воздействовать на всех людей так, чтобы взывать к их желаниям, усиливать их, а после выборочно исполнять их. Несмотря на то, что исполнилась только лишь одна из загаданных грёз, это не конец. И благодаря Устиладонису мы это знали. Нужно отыскать саткара быстрее, нежели он напитается чужими желаниями. Однако распутать этот клубок человеческих грёз было не так уж и просто. Не было среди этих потоков мыслей каких-то скверных, потому что все, кто поддерживали такие мысли, уже погибли. Остались только те, кто придерживались относительной чистоты. И Устиладонис помнил, что у тирфов нет власти диктовать другие желания. Саткары не могут заставить людей мечтать о том, что выгодно им. Они лишь способны взращивать грёзы, которые уже есть в существе. И то, что исполнилась мечта об убийстве, как раз таки показывало это. Терваигон, по всей видимости, настолько усилил мечту молодого человека о девушке, что это переросло в нечто большее и совсем неблагородное – зависть, эгоизм, ненависть. Исполнив эту мечту, Терваигон получил силы как от самой мечты, так и от поглощённой души. Либо он копил эти силы для себя, либо для своих владык.
Пока тиразаил пытался через людские мечты отыскать тирфа, в другом человеческом оплоте исполнилось ещё одно желание. Маленький мальчик пожелал, чтобы из мёртвых вернулись его родители. И он их получил. Двое одержимых полуразложившихся мертвецов явились перед ним и зверски растерзали, а после попытались напасть на других людей, которые были настолько сосредоточены на своих желаниях, что не видели этой угрозы. Но двое бессмертных схватили этих двоих с помощью своей жуткой силы и стали удерживать. Тут же явился Устиладонис и принялся отыскивать источник силы, который пробудил их таким образом. След привёл его в другое человеческое поселение. Однако там он и оборвался. Саткар хитёр и ловок. Умело прячется и берёт то, что ему потребно. Тиразаил вновь сосредоточился на том, чтобы вести поиски, изучая желания людей в этом оплоте. Мы все также принялись рассматривать то, о чём мечтают и какие желания загадывают все, кто нас окружали. Валирдалы не ощущали на себе чего-то подобного, а потому они молча следили за тем, что происходит. Мы пытались отыскивать грёзы, которые переходят границы здравомыслия или склонялись к какому-нибудь неблагородному делу. Сначала было принято решение, что Устиладонис будет самостоятельно исследовать каждого такого человека, но после того, как стало понятно, что Терваигона подобным образом не получится выследить, мы стали поступать иначе – чтобы не свершилось неблагородного дела, которое напитает исполнителя желаний, мы станем пресекать такие мысли ужасом. Бессмертный тирф тем временем будет продолжать всматриваться в сплетение желаний, чтобы найти наконец-то самого саткара.
Процесс этот оказался достаточно долгим. Желания постоянно пересекались, путались, уходили в другой человеческий оплот, но потом возвращались и порой приводили в тупик. Количество мечтаний, приближающихся к исполнению, с каждым днём становилось всё больше и больше. Но мы их вовремя подмечали, а после искореняли, так что Терваигону так и не удалось набрать ещё больше сил.
Спустя ещё два дня Устиладонис понял, что у человеческих желаний нет начала и нет конца, но они каким-то невообразимым образом переплетены друг с другом. Да, это было невероятно, однако всё, абсолютно всё человеческое общество так или иначе было связанно. Даже те, кто не могли знать о существовании друг друга. К примеру, один человек в одном оплоте мечтал создать семью с девушкой из другого, который находится на совершенно противоположной стороне планеты. И он при каждом случае загадывал это желание. Или двое, опять же, проживающих на разных концах этого мира, грезят объединить усилия, чтобы организовать одно прибыльное дело. Они отчётливо знают о существовании друг друга, хотя ни первый, ни второй своего собеседника в лицо не видели. Маленькие мальчики из разных точек планеты мечтают стать разными супергероями, но для того, чтобы создать из этих супергероев один отряд. Движение их мыслей и грёз достаточно отчётливо указывало на то, что Терваигон имеет над ними полнейшую власть. Но вот с помощью этого самого отчётливого движения было невозможно определить место положения самого саткара. Тиразаил не оставлял попыток приблизиться к своему бывшему собрату, чтобы пожрать его. Однако пока что получалось только лишь блуждать в лабиринтах его сущности.
Но, помимо этого некоторые оплоты людей подверглись нападению саткаров. Конечно, расправиться с ними труда не составило. Без присутствия предводителя они были достаточно слабы. Да, сомневаться не приходилось, что это всё происки Терваигона, что это именно он направляет проклятых к нам, пытаясь отвлечь внимание, однако пока он не явит себя в своём физическом воплощении, этим краснокожим ни за что не стать для нас хоть какой-нибудь явной помехой. По всей видимости, он таким образом хотел, чтобы сражения с незначительными войсками отвлекли нас, и он смог исполнить ещё одно нечестивое желание. Однако господство первородного ужаса не позволяло как человеческому разуму распаляться грёзами, так и саткарам успешно проникать в человеческие поселения и творить в них всякие нечестивые дела. Устиладонис на такие уловки совсем не вёлся. Он продолжал распутывать нити чужих мечтаний, пытаясь добраться до этого саткара. Он уже сумел выявить закономерность, по которой может определить, куда приведёт та или иная мечта. По тому, как люди впадают во всё большее исступление, высказывая друг другу свои мечты, становилось понятно, что тиразаил подбирается к исполнителю желаний всё ближе. И наступил такой момент, когда Терваигон решил явить себя, потому что было очевидно, что скрываться ему так и не удастся. Но пришёл он отнюдь не воплоти.
Вдруг все
