и Владимир, сделав вид, что по неловкости рассыпал карты, наклонился и повернулся в сторону говорящих.
Двое сидели за столиком, находившимся прямо за спинами у извозчиков. Что именно они делали, видно не было, но обладатель хриплого голоса проговорил:
– Только попробуй меня кинуть, барыга. Сам знаешь, – рука взметнулась вверх, – амба.
– Не пугай, пуганые.
Владимир увидел, как названный барыгой протягивает что-то собеседнику. Вероятно, бумагу с адресом склада.
Покупатель встал, намереваясь покинуть кабак. Владимир взглядом указал на него и вопросительно посмотрел на хозяина. Тот постучал двумя пальцами по столу, показывая, что Владимиру надлежит отправиться следом, и добавил едва слышно:
– Постарайся не выдать себя раньше времени.
Владимир чувствовал, что от покупателя пахнет порохом и оружейной смазкой. Он вооружен, и не только ножом. Значит, надо брать его там, где поменьше народу, чтобы не открыл стрельбу. Что же, пусть выйдет, человека на улице догнать несложно. Покупатель как-то слишком поспешно пробирался к выходу и уже почти достиг его, когда барыга вдруг вскочил, тряся в воздухе пачкой только что отданных ему денег.
– А ну стой! – возмущенно заорал он и посмотрел на кабатчика: – Фальшивые!
Кабатчик мгновенно скрылся за занавеской и тут же возник возле порога, преграждая беглецу путь. В руках его было ружье.
– А ну назад. Тут так не принято.
Покупатель сделал еще шаг, кабатчик не отступил.
– Берем, – тихо скомандовал Меньшов и поднялся, доставая из кармана удостоверение:
– Полиция. Попрошу без глупостей. Мне нужны только эти двое.
Глядя в упор на кабатчика, он рукой указал на барыгу и его покупателя-фальшивомонетчика.
Кабатчик пожал плечами и отставил ружье в сторону. Связываться с полицией он явно не собирался. Развернувшись, он собрался вернуться к себе за стойку, но в этот момент покупатель выхватил пистолет и приставил к его голове.
– Не подходить, ясно? – заорал он и ткнул кабатчика кулаком в бок. – Пошли к черному ходу, быстро!
Черный ход вел не на улицу, а в подворотни, где гораздо легче скрыться среди домов. Или можно просто нырнуть в сквозной проход и выйти на улицу через парадную одного из соседних зданий.
Владимир слегка приподнял руку, показывая хозяину, что разберется, и, проводив взглядом преступника, скрывшегося со своей жертвой в подсобке, неторопливо встал.
Покупатель не пах страхом или волнением, поэтому маловероятно, что он убьет заложника. Скорее всего, отпустит, как только почувствует себя в безопасности. Но от дива ему не уйти даже дворами.
Владимир не ошибся.
Выбравшись из узкого коридора, забитого бутылками и бочонками, он увидел сидящего прямо на земле кабатчика. Тот глядел в сторону темной арки и приглушенно матерился под нос.
Див прошел мимо него, скользнул в темноту и сменил облик на собачий. И тут же запахи ударили в нос. Далеко покупатель не ушел.
Владимир нагнал преступника, когда тот намеревался шмыгнуть в какую-то обшарпанную дверь. Возможно, он изначально продумал путь к отступлению. Громко залаяв, Владимир заставил беглеца обернуться, а когда поймал на себе удивленный взгляд, принял человеческую форму и проговорил:
– Полиция. Вы арестованы. Бросайте оружие.
– Ага, щас… – прошипел человек и, выхватив револьвер, выстрелил.
Владимир слегка сдвинул голову, уворачиваясь от пули, и высвободил демоническую форму. Через секунду все было кончено.
Когда он вернулся ко входу в кабак, двое городовых уже запихивали барыгу в полицейский фургон. Вероятно, Меньшов, не сомневаясь в успехе операции, заранее велел подогнать машину поближе. Колдун смерил взглядом подошедшего дива и нахмурился.
– Сожрал? – полувопросительно проговорил он.
– Да.
– Ясно. Идем домой. Документами займемся завтра. – Меньшов проводил взглядом удаляющуюся машину и махнул рукой, приказывая следовать за ним.
Даже связи не требовалось, чтобы ощутить, что хозяин недоволен. Что послужило причиной, Владимир не знал. Может, расстроился, что пришлось раскрыть конспирацию, а может, разозлился, что из-за сожранного преступника потребуется дополнительно заполнять гору бумаг.
Впрочем, неважно, что именно вызвало недовольство хозяина. Он скажет сам, если сочтет нужным. Если нет – что же, этот вопрос не слишком сильно интересовал Владимира.
Всю дорогу хозяин не проронил ни слова. Но как только закрылась дверь квартиры, повернулся и глянул так, что див отступил на шаг. И с твердой уверенностью осознал, что именно он виновен в плохом настроении колдуна. Владимир оценил обстановку и, убрав руки за спину, опустил голову и вперил взгляд в пол. Дерзить Меньшову совершенно не хотелось. Этот колдун, несмотря на небольшой срок совместной службы, вызывал все больший интерес и, как ни странно… не уважение даже, а какое-то почтение. Владимир и сам не понимал, в чем причина. И особо над этим не задумывался. Однако сейчас, еще не зная, в чем провинился, он решил, что готов принять наказание. А дальше смотреть по обстоятельствам.
– Подними голову, – глухо проговорил хозяин.
Владимир выполнил приказ и уставился колдуну на подбородок.
– Твое смирение означает, что ты понял, чем вызвал мой гнев? Или… у тебя не было другого выхода?
Значит, дело в сожранном преступнике.
– Я сам заполню необходимые документы, ваше благородие. Не первый раз…
– Молчать! Что ты тычешь в бумажки? Ты убил человека, Владимир. Еще раз спрашиваю, у тебя была для этого веская причина?
– Конечно, – спокойно произнес див, – у преступника было оружие, он открыл из него стрельбу в городе. К тому же он в розыске как особо опасный. Анархист, бомбист. Взрывчатка ему была нужна для организации террористического акта – подрыва склада купца Елисеева.
– Ты определил его личность уже после того, как сожрал?
– Да.
– Вокруг были еще люди?
– Нет.
– Значит, ты мог задержать его, не убивая, без всякого труда?
– Да.
– Тогда почему ты убил человека, Владимир?
– У него было оружие. Он выстрелил из него. Перед этим захватил заложника. Я действовал четко по инструкции. Если вас волнует, имел ли я право его сожрать, то согласно пункту…
– Владимир! – хозяин повысил голос. – Меня интересуют не инструкции, а то, почему ты считаешь, что имел право казнить человека по своему разумению. Ты, что же, вообразил себя судьей? Определил степень его вины и вынес вердикт? И сам же привел его в исполнение?
Владимир поднял взгляд выше и исподлобья посмотрел хозяину прямо в глаза. Именно этот взгляд Меньшов недавно счел очень дерзким. Но смысла в брошенных ему обвинениях он не видел. Хозяин вел себя так, будто Владимир сожрал безобидного мальчишку-карманника, а то и вовсе добропорядочного гражданина. Не сердился, но чувство, которое Владимир ощущал через связь, вызывало тревогу.
– Я действовал в рамках закона и инструкций, – еще раз повторил див, – и казнил опасного преступника.
Хозяин сделал еще шаг и отшвырнул Владимира щитом, отчего тот пролетел небольшую прихожую и оказался в гостиной. Зайдя следом, Меньшов призвал свой
