там меня фанаты окружат так, что уже будет не вырваться, а сейчас меня защищают судьи и члены оргкомитета.
— Класс! — поделился воспитанник спортивной академии ощущениями, достал телефон и встал рядом со мной, показав камере свою медаль за второе место.
Я, понятное дело, показал ей кубок.
— Спасибо! — поблагодарил пацан, посмотрел на подошедшего к нам здоровяка-телохранителя и решил от греха подальше свалить к своим.
— Вот это кадры! Этот япошка совсем дурной! — радостно прокричал мне в лицо трясущий чехлом с упакованной в него камерой Ли на русском.
— … — изрек в телефон фразу на тайском Личжи, отключился и убрал телефон, заявив подвернувшемуся под руку члену оргкомитета. — Такое поведение недопустимо! Мы надеемся, что вы поможете нам подать официальную жалобу против Японской ассоциации большого тенниса! Ладно бы только ученик, но даже их тренер позволил себе проявить физическую агрессию против Вана!
— Безусловно, уважаемый, — отмахнулся «комитетчик», у которого на лице читалось желание оказаться где угодно, но не здесь.
В этом мы солидарны — мне разборки нафиг не нужны, у меня впереди три коротких дня отдыха, и торчать здесь дольше необходимого вообще не хочется.
— Прошу вас немного подождать там, — указал организатор на подсобку с раздевалками. — Мы уже вызвали полицию, им будут нужны показания Ван Вана. Прошу прощения, но я обязан спросить — кем вы ему приходитесь, уважаемый?
— Меня зовут Хуэй Личжи, я друг его семьи, — не растерялся богач. — Идем, мальчики, — махнул нам с Ли следовать за собой к подсобке. — Вопиющее поведение! На чужой земле, на спортивном турнире! — принялся выражать негодование. — Ладно бы этот малолетний идиот, но тренер! Взрослый! О чем он только думал⁈ Ты мог упасть и сломать себе что-нибудь!
Да ладно, просто под горячую руку попал — тренер просто спасал подопечного от большего погружения самого себя в грязь.
— Он заплатил за это карьерой, — заметил я.
— Кто пойдет учиться к такому несдержанному идиоту? — согласился со мной Личжи. — Ты все заснял? — спросил Ли.
— Конечно! — подтвердил тот.
— Где полиция — там и журналисты, — мудро заметил старший Хуэй. — Нужно поделиться снятым тобой видео с условием, что они подадут их в эфир с указанием твоего авторства.
— Спасибо, пап! — с энтузиазмом поблагодарил Ли.
Обернувшись, старик продемонстрировал довольную улыбку — нравится реакция сына. Добравшись до подсобки, мы захватили небольшой кабинет директора корта — сам он сейчас снаружи, помогает разобраться с кризисом. Телохранителя поставили охранять дверь снаружи, я пошел к кулеру с водой утолять жажду, а Ли, усевшись за стол хозяина кабинета, не откладывая в долгий ящик, принялся копировать видео с камеры на ноутбук, а с него — на флешку. Много оборудования таскает. Старший Хуэй тем временем с комфортом разместился на маленьком диванчике для посетителей и заявил:
— Сейчас я позвоню твоей бабушке.
— Спасибо, господин Личжи. — Воды? — предложил единственное, что мог.
— Нет, спасибо, — отмахнулся он.
— Ли? — перенаправил я предложение.
— А? — похлопал увлекшийся процессом пацан на меня глазами. — Не, не надо, — вернулся к технике.
Напившись, я уселся на стул для посетителей кабинета и от нефиг делать залез в телефон, параллельно слушая как Личжи рассказывает бабушке Кинглинг о случившемся и излагает свои взгляды на то, как лучше «поставить» японцев на бабки.
Может где-то в Сети лежит скрипт, который автоматически принимает заявки в друзья и подтверждает «отметки» меня на фотках и видео? Да у меня раздел уведомлений от количества лагает! О, «Вичат». Ага, юрист пишет — «АНТА» немного подвинулась в условиях, но нужно торговаться дальше. Ничего, после сегодняшней суеты с отсутствующим на моих кроссовках логотипом одумаются.
— Господин Личжи, юрист написал про «АНТУ», — вклинился я в разговор. — Контракт все еще плох, мне написать о случившемся?
— Подождите секунду, уважаемая Кинглинг, — попросил бабушку старший Хуэй и распорядился. — Напиши юристу, чтобы подождал с ответом до завтрашнего утра — после видео и телерепортажа условия станут гораздо лучше.
— Спасибо, — поблагодарил я и, под разговор Личжи с бабушкой, написал юристу что было велено.
«Братец, что у тебя там случилось⁈» — пиликнул «Вичат» сообщением от близняшек.
Эти-то откуда узнали? Кажется догадываюсь. Проверим. Ага, так и есть — хештег «Ван Ван» появился в топ-1000 всей соцсетки и потихоньку крадется вверх. Подумав, только что «пустой» значок уведомлений нарисовал поверх себя страшное «999…».
— Хайп пошел! — наклонившись через стол, показал я список хештегов Ли.
— Постят как не в себя! — оценил он. — На, сам журналистам отдашь, — сунул мне в руки флешку. — Начинаю монтировать тизер, — запустил видеоредактор. — Надо ковать пока горячо! Не сиди как пень — придумай какой-нибудь розыгрыш среди комментариев с твоим хештегом, а то смоет из топа!
Личжи с удовлетворением на лице посмотрел на то, как я киваю в ответ на полученные от его сына инструкции и достаю из сумки прихваченный с собой мяч. Так, маркер со стола директора, роспись, фотаем, постим с просьбой комментировать с хештегом, а теперь добавляем розыгрышу мощности, кинув ссылку на пост близняшкам:
«Потом объясню, помогайте!».
«Репост есть!» — не подвели они.
Выдохнув, я опустился на стул.
— Не расслабляйся — реагируй на комменты, пусть люди видят, что ты следишь! — добавил инструкций лихорадочно возящий беспроводной мышкой по столу Ли.
— Слушаюсь, менеджер! — козырнул я и полез в телефон «реагировать».
«С тебя репост нашего нового видео. Завтра. Пока разрешаем тебе не отвлекаться. А вообще — мог бы догадаться и сам, глупый братец!» — прилетело еще одно сообщение от близняшек.
Стало стыдно — действительно мог бы и сам догадаться. «Виноватый» эмодзи улетел в ответ с обещанием исправиться прямо завтрашним утром и впредь репостить каждое их видео.
Полиция прибыла через десять минут — за это время хештег успел подняться вверх на добрые два десятка позиций, а я едва успевал лайкать нормальные комментарии и удалять спам и ругань. Мне нужен модератор! А лучше — несколько! Так, где тут назначают ими? Дзинь, Донгмэи, я в вас нуждаюсь!
«Помодерируйте немного пж».
«Что бы ты без нас делал, братец!».
Трясет меня что-то — да я на турнире так не напрягался, как сейчас! Ох уж этот интернет, всю душу выпить может. Но сколько
