Слова Деникена о «никем не разгаданной технологии», как явствует из контекста, не самокритика, а выражение безнадежности: мол, нам (людям нашего века, и особенно египтологам и историкам строительства) не удалось и, наверное, не удастся раскрыть тайну строительства пирамид. Мы, конечно, многого еще не знаем и многое неточно, но все же знаем гораздо больше, чем кажется Деникену. Об этом и о людях, посвятивших этим вопросам годы жизни, мы уже говорили в главах VII и IX. И потому ограничимся лишь замечанием по поводу наиболее важной технико-организационной проблемы, за решение которой Деникен великодушно сулит целое царство. Он полностью исключает возможность получения древесины для катков, необходимых при доставке блоков, из той «горстки деревьев, в основном пальм, которые растут в Египте», и потому, с его точки зрения, оставался единственный вариант — импорт из-за границы, что «потребовало бы большого флота, а после выгрузки древесины в Александрии дальнейшей транспортировки против течения до Каира». Во-первых, количество необходимых для ее доставки судов он явно преувеличивает; во-вторых, египтяне могли переправлять древесину и без флота, т. е. по суше, как они доставляли, например, воинскую добычу и иноземные товары; в-третьих, доставка против течения Нила вовсе не исключена, и парусные суда, подгоняемые ветром (который здесь нередко дует как раз против течения) и влекомые людьми, были и поныне остаются в Египте обычными транспортными средствами; в-четвертых, если египтяне доставляли по Нилу блоки и обелиски весом в несколько тонн, то без затруднений доставили бы и древесину. И, в-пятых, но это уже только для сведения: когда строились пирамиды, в Александрии ничего выгружать не могли, равно как ничего оттуда не транспортировали. Ведь, как известно, она была основана Александром Великим только в 332 году до н. э.
Помимо этих проблем и загадок вокруг Великой пирамиды Деникен приводит еще множество иных, в большинстве случаев — по Смиту или по Тинкеру Макса Эйта. Выберем из них лишь «несколько фактов, над которыми стоит немного призадуматься», — как говорит он сам. «Простая ли это случайность, что высота пирамиды Хеопса, помноженная на миллиард, весьма приблизительно соответствует расстоянию между Землей и Солнцем, т. е. 147 504 000 километров?» Если хоть немного поразмыслить — это действительно случайность, так как древние египтяне вообще не знали расстояния от Земли до Солнца и при тогдашних астрономических представлениях производить такие измерения им и в голову не приходило. Между прочим, подобных случайностей немало: высота Великой пирамиды, помноженная на тысячу, весьма приблизительно соответствует воздушной трассе Каир — Мекка, т. е. 1490 километрам; длина стороны этой пирамиды в метрах, помноженная на тысячу, также весьма приблизительно равняется расстоянию от Гизе до Тимбукту в английских мерах, т е. 2340 милям и т. п. «Случайность ли, что меридиан, проходящий через пирамиду, делит сушу и океаны на две совершенно равные половины?» Это случайность, ибо египтяне не имели представления о форме Земли и расположении на ней суши и океанов; они даже не знали, что Земля круглая. Однако надо заметить, что две половины лишь приблизительно равны. Кроме того, сушу и океаны также приблизительно делит пополам и меридиан, на котором император Диоклетиан основал свою столицу в Никомедии и на котором Петр Великий заложил Петербург «Случайно ли, что основание пирамиды, деленное на удвоенную высоту, составляет известное лудольфово число 3,1416?» — спрашивает далее Деникен, хотя известно, что точный расчет дает не лудольфово число, а 3,1684. «Случайно ли, что, исходя из размеров пирамиды, можно подсчитать вес Земли и что скальное основание, на котором она стоит, было с максимальной точностью нивелировано?» — так звучит последний из этих опросов. О нивелировке основания мы уже говорили в главе VII, а также об обрядах, которые при этом совершались; эта нивелировка была результатом точною измерения я нелегкого труда, а вовсе не случайности. Что же касается вычисления «веса Земли», необходимо лишь повторить, что из размеров любой пирамиды можно вычислить все что угодно, вплоть до уже упомянутого среднего веса золотой рыбки. Нужно только пользоваться методом, описанным полстолетия назад Уилером.
Однако вернемся к одному положению Деникена, мимо которого мы прежде прошли без внимания. «Ни один современный архитектор не сумел бы построить пирамиду Хеопса. — читаем мы второй раз, — даже будь у него в руках технические средства всего мира». Это, конечно, преувеличение. Даже в самом Египте возникла постройка более крупная, чем Великая пирамида, т. е. с большим количеством затраченного материала и требующая более совершенной техники, и притом на наших глазах: это высотная Асуанская плотина. Более крупные сооружения построены в Сибири и других районах Советского Союза, а также в Соединенных Штатах; в Западной Европе с этой точки зрения Великую пирамиду превзошли несколько укрепленных районов линии Мажино. Американская фирма, выстроившая «восьмое чудо света» — Empire State Building, берется построить и копию «первого чуда света» — Великой пирамиды — и вручить ее заказчику «вместе с ключами»; и хотя это всего-навсего реклама (начертанная золотыми буквами на стене «Зала восьмого чуда» этого до недавнего времени самого высокого здания Нью-Йорка), однако, без сомнения, фирма выполнила бы свое обещание. Да и другие крупные строительные организации сделали бы то же самое, по крайней мере те, которые предоставили свои расчеты авторам западногерманского «Словаря античности» (1950), в котором говорится, что расходы на постройку пирамиды составили бы примерно 400 миллионов марок. Чехословацкие строительные организации, используя соответствующую технику, сумели бы построить ее с 500 рабочими за 20 (как, по сообщению Геродота, в Древнем Египте) или с тысячью рабочими, ибо слишком большое количество трейлеров и подъемных кранов только бы мешало, примерно за 10 лет. А возможно, и несколько скорее; разумеется, это лишь приблизительные данные.
Наверняка этого уже достаточно: мы остановились на самом интересном, разбираясь в сообщениях религиозных и цифровых мистиков; не будем анализировать и всех рассуждений Деникена. Иначе нам пришлось бы заниматься и вопросами вроде следующих: могли ли в Египте «все, абсолютно все кормиться скромными урожаями сельского хозяйства Нильской дельты» (между прочим, одной из самых плодородных областей нашей планеты); почему в гробницах «ни потолки, ни стены не почернели от сажи и нигде нет признаков, доказывающих, что кто-нибудь эти следы сажи или дыма устранял» (сажа и дым — через четыре с лишним тысячелетия!); как расценивать утверждение, будто «Древний Египет неожиданно и без перехода оказался в центре фантастической цивилизации»? И т. д. Однако зачем же Деникен занимается всем этим в книге под названием «Воспоминания о будущем»?
«Не вызывает никаких сомнений, — говорит он сразу же во введении, — что с нашим прошлым давностью в тысячи и миллионы лет не все в порядке. Оно кишит неведомыми божествами, которые в составе экипажей космических кораблей посещали старую добрую Землю. Мы находим тут тайное оружие, даже оружие массового уничтожения, и свидетельства других поразительных технических знаний, которые частично и по сей день нам еще недоступны». А конкретно о пирамидах он говорит (после рассказа о загадках их строительства, об их размерах, расположении и т. д.): «При наличии такого множества аргументов против прописных школьных истин да будет нам дозволено задать вопрос, не сказали ли тут свое слово „боги“».
Задать такой вопрос не возбраняется, тем более что под этими «богами» Деникен обычно подразумевает высокоинтеллектуальных космонавтов-инопланетян давнего Прошлого. Существование внеземных цивилизаций и их контактов с Землей в достаточной мере правдоподобно: проблема эта уже перешла из царства фантазии в сферу научного изучения. Только пирамиды тут ничего не доказывают: известного о них хватает с лихвой, чтобы мы могли вполне ответственно сказать, что в их строительстве не участвовали ветхозаветные евреи, точно так же как их не приказал строить допотопный царь Сурид (кем бы он ни был), точно так же как и господь-бог не зашифровал в них «судьбу человечества». Это постройки, сооруженные людьми и человеческими средствами, творения древнеегипетских зодчих и рабочих, постройки давней, но все-таки исторической эпохи.
Разумеется, на вопросы, поставленные Деникеном, можно ответить и иным образом; причем ему не откажешь в литературном даровании, живом языке, умении увлечь читателей (чего можно было бы пожелать многим египтологам), богатой фантазии. Но вопреки этим положительным сторонам книги и ее успеху у читателей необходимо сказать, что ничего из того, что в ней написано о пирамидах, нельзя принимать всерьез.
