уже после выдвинемся назад.
Я осмотрелся вокруг. После сигнала Новика стали подтягиваться все, кто ранее скрывался в лесу. Буслай, к сожалению, тоже смог пройти на второй этап.
Но нас стало в два раза меньше. Я насчитал лишь тридцать человек.
И большая часть из них смотрели на меня, не скрывая удивления. Конечно, никто не ожидал, что четырнадцатилетний парень сможет оторваться от Скитальца в самый последний момент. На глазах у участников, которые еле-еле продержались до конца испытания.
— Мастер Новик, это как-то несправедливо, — крикнул Скитальцу Буслай. — Мы, значит, старались. А этот пацан сжульничал.
Буслай указал в нашу сторону. Я пока ещё не понял, на кого он указывает. Но этот засранец явно катит бочку на меня, Радко или Третьяка.
— А чего тебя смущает? — бросил Новик.
— На штаны его посмотрите, — усмехнулся Буслай. — Там синяя соль. Он выходил за границу круга.
Глава 27
Я мигом опустил взгляд на свои ноги. Бегло осмотрел штаны и не обнаружил никаких следов синей соли.
У Третьяка тоже ничего не было. Зато на левой штанине Радко в области бедра откуда-то взялись вкрапления синего порошка.
— Я же говорил! — продолжил доказывать Буслай. — Рыжий уже выбыл. Он не должен быть здесь — с нами. Вы только не подумайте, что я специально хочу подставить кого-то из участников, мастер Новик. Как раз наоборот. Я за честное соревнование. Именно поэтому мне и хотелось бы, чтобы вы разобрались с этой ситуацией.
Да откуда вообще этот урод взялся? А ведь Радко говорил, что Буслай нескольких людей вытолкнул за пределы границы испытания. Готов поклясться, что Новик должен знать об этом.
Но если Скиталец знает, что Буслай жульничал, то почему он позволяет ему продолжать участвовать?
Стоп. Нет. И снова я мыслю не в том направлении. Новик не запрещал выталкивать других участников. Условий поражения всего два.
Одни выбывают, если попадают под удар Новика, другие — если покидают территорию вступительного испытания.
Значит, Скитальцы подразумевали, что некоторые участники будут мешать друг другу? Но какой в этом смысл? Если тот же Буслай дойдёт до самого конца и вступит в гильдию, то… Какой от него будет толк? Он ведь вовсю показывает, что ему ни в коем случае нельзя доверять.
Либо Скитальцы не продумали свои же испытания, либо во всём этом кроется какая-то загвоздка. Возможно, всё куда сложнее, чем я думаю.
— Я… Я не пересекал линию! — начал оправдываться Радко. — Клянусь, мастер Новик. Не было такого!
— Как же не было⁈ — крикнул кто-то из толпы прошедших участников. — Нам ведь чётко сказали, если найдут следы синей соли, значит пора выходить из соревнования. Провалил экзамен, рыжий! Наберись смелости это признать!
— Всем тихо! — рявкнул Новик, а затем обратился к Радко: — Покрутись. Сейчас будет решаться твоя судьба.
Мой друг тяжело вздохнул, расставил руки, медленно повернулся. Показал Новику всю свою одежду. Но соль была только на штанине.
Хм… Причём в очень странном месте. Интересно, обратит ли на это Новик внимание? Если нет — я всё же попытаюсь оспорить его решение. Здесь что-то не так. Радко явно хотят подставить. Но спускать с рук это нельзя. Сначала из соревнований выкинут его, потом других честных участников или меня самого.
Нужно поставить Буслая на место.
— Как тебя, говоришь, зовут? Радко? — уточнил Новик.
— Да, всё верно.
— Ты выбываешь из вступительного экзамена до выяснения обстоятельств, — заключил Новик. — Правила едины для всех.
Ну, тут уж я удержаться никак не могу.
— Синяя соль находится на внутренней части бедра, мастер Новик, — вмешался я.
— Эй, не лезь к судье, мелочь! — прикрикнул Буслай.
— Кажется, тебя я попросил помолчать, — Новик грозно взглянул на Буслая. — А ты, Лад, к чему это говоришь? Что это меняет?
— Мы знаем, что синяя соль въедается в одежду. Стереть её он никак не мог, — продолжил объяснять я. — Но каким же образом он должен был пересечь линию так, чтобы следы остались только на бедре? На шпагат, что ли, сел?
Несколько человек в толпе участников рассмеялись.
— И ботинки у него чистые, — добавил я. — Радко не пересекал линию.
Рыжий показал Новику подошвы.
— Именно поэтому я и сказал, что он исключается из испытаний до выяснения обстоятельств. Так что прекращай спорить со мной, Лад, — повысил голос Новик. — До выяснения обстоятельств, ясно? А выясним мы их очень скоро. Ещё до того, как вы приступите ко второму этапу. Кстати, насчёт него… — Скиталец окинул взглядом толпу, а затем воскликнул: — Чего встали⁈ Ноги в руки — и шагаем назад! Во двор раньше времени не заходите. Ждите около ворот. Мы со Стояном дадим вам знать, когда начнётся следующее испытание. До ночи вы сегодня точно управитесь.
Мы выдвинулись назад. Радко выглядел совсем уж поникшим. Мы с Третьяком поравнялись с ним, чтобы не позволить Буслаю или другим участникам сделать какую-нибудь глупость.
Я уже понял, что Буслай не столько хотел потопить Радко, сколько хотел показать мне, на что он способен. Такое впечатление, что у него есть какие-то скрытые мотивы. Одних участников он убирает просто так, чтобы повысить свои шансы на победу.
Но ко мне у него особое отношение. Будто ему неприятен сам факт того, что я нахожусь на испытаниях. Либо же он мстит за что-то. Но за что? Я бы ещё понял, если бы на его месте оказался Микула. Но этому болвану я чем не угодил?
— Да чего ты так расклеился? — Третьяк похлопал Радко по плечу. — Резан вообще вылетел из-за собаки! Представляешь, как ему сейчас обидно?
— Спасибо, что поддерживаете, — поджал губы Радко. — Но я и в самом деле не пересекал эту чёртову линию. Я не знаю, откуда взялись эти следы…
Я услышал скрип колёс и цокот копыт. Из деревни в сторону леса ехали две пустые телеги. Лишь в одной из них за извозчиком сидел мой отец Добромир.
Он внимательно рассматривал толпу прошедших участников. Затем нашёл взглядом меня, и его губы растянулись в улыбке. Он не сказал ни слова, чтобы не привлекать внимания других участников. Лишь сжал кулак и торжественно помахал мне им.
Показал, как радуется моей первой победе.
Догадываюсь, куда его везут. Его там ждут по меньшей мере два с половиной десятка избитых людей. Новик не мелочился, кости ломал только так! Видимо, Скитальцы заплатили отцу, чтобы он занялся выбывшими.
Правда, боюсь, двух телег не хватит, чтобы всех оттуда перевезти. Придётся сделать две или три ходки. Хотел бы я ему помочь, но в ближайшие два дня мне
