быту, соседям, окружению. Впрочем, всё было не так страшно. Тосковала, конечно, по друзьям и родным, но он умел сюрпризом отправить меня на недельку в лоно семьи, когда хандра становилась заметной. Мы притирались, как и все, со ссорами и примирениями, разговорами, компромиссами. Потому что разные. Очень. Но стали незаменимы друг другу.
Мой мужчина, при взгляде на которого до сих пор дух захватывало. И вечный червячок сомнений ковырялся внутри, хотя повода он никогда не давал. Но женские масляные взоры, сопровождающие его везде, дико раздражали и не давали этому червячку покоиться с миром.
Мой мужчина, который с завидным усердием выполнял обещание сделать меня счастливой. Каждый день. Шепот. Ласка. Признание. Страсть. Нежность. Даже находясь на другом конце земного шара, Дима умудрялся заставить меня смутиться от подробностей того, что и как будет сделано со мной, когда вернется.
Я до сих пор не могу поверить, что такое бывает. И случилось со мной.
Старушки во дворе и многие женщины, с которыми я общалась или просто здоровалась, пока дети играли на площадке, восхищенно вздыхали, не уставая твердить, какая мы замечательная пара, и какая же крепкая у нас любовь…
Они, конечно, не подозревали, что эта самая любовь взросла на почве мести, принесшей много боли. Что была такая девочка Соня, своим уходом воссоединившая нас с её братом. Что некоторые потери восполняются огромными приобретениями…
Мы встретились губами прямо напротив двери нашего подъезда, не обращая внимания на барьер в виде коляски. Просто потянулись друг к другу и слились, наслаждаясь.
– Ты же говорил, прилетишь к обеду.
– Да? Перепутал! – лукавит, обдавая теплом своей улыбки.
– Евгений Дмитриевич скучал, – указываю взглядом вниз на прикрытый козырек.
– Только он? А Дмитриевны? А Алмаст Гариковна?
Не люблю, когда он называет меня по отчеству. Сразу вспоминаю об отце и о несостоявшемся горе-любовнике. Оба они давно выбыли из моей повседневности. Кстати, Дима так и не признался, чем отвадил Аванесова в тот вечер. Слава Богу, у полковника Спандаряна всё хорошо. Но мы не контактируем. Со всеми остальными – да, связь налажена. Я вижусь с ними, когда приезжаю в гости. Или они прилетают по делу. Чаще – Диану с мужем или Размика в одиночестве.
– Мне некогда по тебе скучать, – причитаю, – наш средний ребенок со вчерашнего вечера занимает мои мысли единолично. Пожалуйста, больше никогда не бери нам билеты в первых рядах, чтобы не смущать хотя бы артистов. Этот Новогодний спектакль они запомнят надолго…
– Это же здорово. Профилактика Альцгеймера.
Продолжая посмеиваться, придерживает дверь, чтобы я вошла. В лифте самозабвенно целуемся до шестого этажа. Несчастные пятнадцать секунд уединения, которые тут же превращаются в гвалт, стоит только войти в квартиру.
Миюше досталась очередная модель самолета в коллекцию. Она действительно в этом плане пошла в папу – уже в данном возрасте уверенно заявляла вслух, что мечтает стать пилотом. А эту коллекцию некуда девать. Квартира маленькая, места катастрофически не хватает. Муж в последнее время всё чаще заговаривает о расширении жилплощади, но хочет именно в самом доме найти что-то попросторнее. Потому что нам обоим нравится здесь. К сожалению, мой единственный вклад в семейный бюджет – деньги от сдачи квартиры, которую он не дает продать. А поработать я так и не успела, плотно засев в декрет.
Алюша увлекалась конструированием, поэтому новая коробка «Лего» вызвала радостный визг. После чего она с пугающим остервенением распотрошила упаковку и разместилась на ковре, углубившись в свое занятие. Потом довольный Дима взял на руки сына и уставился на него с умилением. А я наблюдала за ними и закутывалась в умиротворение всё сильнее и сильнее.
Мои подарки будут ждать в спальне. Он обязательно расскажет, что и зачем купил. Какую-нибудь безбожно дорогую брошь. Антиквариатный гребень. Набор кремов или что-то подобное от люксовых компаний. Устала ругаться, что это всё мне совсем не нужно. Ещё год назад мы могли свободно сорваться в ночь после мелкой ссоры и кататься по городу. Любовью к которому муж меня давно успел заразить. Показывал свою Москву, возил любоваться невероятными видами. И внедрил в меня этот энтузиазм. Видимо, правду говорят, муж и жена – одна сатана. Но с появлением два месяца назад нашего Жени этот ритуал приходится обходить.
А нам и так хорошо. Вдвоем. В редкой тишине.
Может, Дима и не идеал, но для меня давно стал совершенством.
И как он однажды сказал, это просто безобразие. Форменное.
Ибо я глубоко и бесстыдно счастлива.
Конец.
Примечания
1
По армянским традициям жених входит в комнату невесты, приподнимает фату, вручая ей букет. Целует в лоб или щеку (этот момент иногда не соблюдается по желанию), звучит музыка, они выходят к гостям, принимают короткие поздравления и направляются в дом жениха. На пороге брат девушки обязан преградить им путь, требуя выкуп за горячо любимую сестру, и здесь в игру вступает кавор – своеобразный крестный отец, он же авторитетный многоуважаемый человек, к мнению которого должны прислушиваться.
2
Крупнейший авиационно-испытательный комплекс в России.
3
Здравствуй! Бог в помощь! (узбекское обращение при встрече, чаще – при встрече с работающими).
4
Спасибо (узб.).
5
Общероссийский классификатор видов экономической деятельности.
6
Существует поверье, что при гадании на игральных картах, чтобы те не врали, на колоде должна посидеть попой нецелованная девочка.
7
Песня Ларисы Черниковой «Влюбленный самолет».
