дворфы несли в руках горсти мелких шаров, третьи – черепашьи панцири, или что-то похожее на это, а четвёртые – шары, похожие на клубки шерстяной пряжи. Мама как-то говорила, что в мире существует множество ценных магических зверей. Возможно, здесь запечатлено как раз одно из знаковых событий в жизни города – удачная охота, или что-то близкое к этому
Вторая каменная картина была поделена на две части. Притом правая половина, в свою очередь, тоже поделена пополам. В итоге на гобелене было три части: две небольших и одна крупная.
На первой маленькой части дворфы из клубков пряжи сплетали себе одежду; на второй они делали доспехи из черепашьих панцирей. Всё сходилось на теорию с охотой. Если бы не третья часть, самая крупная. На ней один из дворф взял шарик из кучи других, лежащих на ритуальном пьедестале, и обрабатывал его как драгоценный камень. Вот он стучит по нему маленьким молоточком, вот трёт его о большой круглый камень, вот наматывает на него какую-то проволоку. Ещё один дворф делает из шарика кольцо, другой серёжки, третий – диадему, четвёртый – какое-то непонятное украшение. А в стороне стоит дворф в доспехах и словно ждёт, когда ремесленники закончат работу.
Дальше гобелены не уцелели и нельзя понять, чем закончилась история и зачем тому дворфу были нужны украшения, одежда и доспехи. Пришлось перейти к третьему полотну.
Странные ветки, которые несли дворфы на первом гобелене, теперь перетирались на огромных жерновах в труху. Получившийся порошок с особыми почестями высыпали в пещеру, где что-то росло. Оно чем-то напоминало грибы.
Слишком непонятное действо было запечатлено на гобеленах. Сестре же очень нравилось рассматривать эти рисунки, но, как и я, она ничего не понимала. Зато она понимала, что мама знает, что здесь изображено. Правда, Калиса умолчала, что небольшой карманный справочник “Мама”, содержащий ответ на любой вопрос – сейчас не с нами. Так что пришлось оставить вопросы на будущее и направиться в правую часть зала к двум другим полотнам.
Стоило мне взглянуть на два оставшихся гобелена, как я сразу понял, что надо делать. Лог.
Навыки: …
▪ Драконья картография: 1 → 10
▪ Чувство магии: 10
▪ Полёт: 0 (общий показатель составного навыка)
▪ ▪ Крепкость крыльев: 0
▪ ▪ Устойчивый взмах: 0
▪ ▪ Направление полёта: 0
▪ Свободных очков навыков: 10 → 1 + 1 → 2
Мне плевать, что я могу ещё раз сюда прилететь. Плевать, что эти свободные очки я собирался вложить в навыки полёта. Плевать на несчастного мистера Красавчика, что неожиданно словил пулю головой и прилёг рядом с братом.
Я стоял перед гобеленом, на котором изображалось начало истории целого народа. И не мифическое появление из ниоткуда, а нормальное, связанное с эволюцией и обычным развитием видов живых существ. Без всяких магических финтифлюшек и другой подобной антинаучной фигни.
На правой и левой части гобелена обезьяны сидели на ветках деревьев и уступах скал. Половина из них была напугана, а другая воодушевлена и даже радовалась. Но все без исключения обезьяны смотрели в центр полотна, где огромные пауки поедали живьём других обезьян. Других обезьян, внешне и физически других.
Крайние обезьяны были короткими, толстыми и с небольшими бородками. А обезьяны в центре имели длинные острые уши, короткие острые уши, короткие круглые уши и обычные плечи, короткие круглые уши и широкие плечи. Гоминиды дворфов, обезьяны, бывшие предками современных дворфов, радовались, что пауки ели живьём предков эльфов, людей, орков.
Что за херня изображена на полотне? Какой, мне под хвост, орк в виде обезьяны?! Мама же говорила, что они появились после катаклизма?! А исходя из её рассказов – все расы в тот момент уже обрабатывали металл. Кто врёт: полотно или мама? Я говорю, что врёт полотно! Но на всякий случай постараюсь его записать. Даже если сейчас не получится – то освоюсь с навыком, прилечу и запишу.
– Братик, смотри, – сестра стояла рядом со вторым полотном. – Разве их лапы непохожи на то, что несли дворфы?
– Что? – я чуть не закричал, когда подошёл к сестре.
На втором полотне по центру были изображены огромные пауки. Они мирно стояли и смотрели, как современно выглядящие дворфы в набедренных повязках поклонялись им. Как богам. Сидя на коленях, они возносили руки к небу и опускали их до земли. Лапы пауков были похожи на ветки, что несли в корзинах дворфы. И те обрабатываемые шарики до ужаса похожи на глаза пауков.
То есть, в начале истории дворфы поклонялись паукам как богам, а после распиливали их на запчасти? Я не припоминаю, чтобы хоть какой-то народ использовал тело бога подобно ресурсу для изготовления одежды и удобрений в моём прошлом мире. Убить посланника бога – всегда пожалуйста, но выпотрошить – это что-то новенькое.
Может быть, всё проще: кто-то из пауков умер и дворфы получили тело бога, когда душа его вернулась в… великий галактический паучий кокон. Вполне правдоподобная теория. И даже полностью соответствует предположению об охоте. Только была не охота, а церемония получения божьего дара. Те дворфы в странных одеждах – это жрецы. И только жрецы могли обрабатывать части тела бога. А уже потом передавали полученные предметы остальным.
– Что думаешь? – от внезапно раздавшегося голоса сестры я чуть не подскочил с перепугу.
– Что думаю?
– Похожи их лапы…
– Я понял. Не только лапы, но и глаза.
– Глаза? – удивлённо спросила сестра и уставилась на гобелен. Потом резко сорвалась и побежала к группе из трёх. – Сиал, они похожи!
– Значит, я не псих, – облегчённо вздохнув, я принялся вновь обдумывать увиденное.
