не думаешь, что я дам этой дряни жить долго и счастливо, – Грациан вновь хватает меня за волосы и пытается тряхнуть. Я изо всех сил сопротивляюсь, пытаясь его оттолкнуть. Он злится и толкает меня на пол. – Из-за нее мои планы были нарушены. Поэтому она отправится на тот свет следом за моим дражайшим отцом.
– Значит, много времени это не займет, – Астра даже не смотрит на меня. Она подходит к кровати и, отдернув балдахин, произносит: – Император уже на последнем издыхании.
С кровати раздается рваное дыхание и всхрип. Вонь становится сильнее.
Грациан обходит меня и, наклонившись, смотрит на мужчину, лежащего на кровати.
– Отец ты еще жив? – злорадно спрашивает Грациан. – Какой ты живучий. Но это даже хорошо, ведь я тебе сейчас расскажу самые свежие новости.
Я вижу, как император с трудом тянет руку к Грациану, но тот отталкивает ее и морщится.
– Нет уж, ты такой грязный и вонючий, не хочу, чтобы ты меня трогал. Знаешь, папочка прямо сейчас второй принц проводит захват власти. Твоя любимица Валерия оказалась в очень сложной ситуации. Думаю, очень скоро ее ждет та же участь, что и тебя.
Император хрипит, он пытается что-то сказать, но видимо, ни сил, ни возможностей у него больше нет. Я же услышав эти новости, ошарашено смотрю на Грациана. Так вот почему вокруг ни души? Во дворце устроили переворот. Только не это! Что с Дамианом и Кастаном? Как это стало возможно?
– Я вижу страх в твоих глазах отец. Ты боишься умереть или боишься, что твоя любимая дочка погибнет? Впрочем, не важно, – Грациан хмыкает, – ведь это все твоя вина. Из-за тебя вся семейка Оберин будет уничтожена. Мне пришлось очень постараться, чтобы все, что ты так любил, было разрушено.
Королева Астра подходит к зашторенным окнам и распахивает их, впуская в спальню скудный утренний свет.
– Смотри-ка уже утро наступило. Значит скоро все закончится, – Грациан переводит взгляд на меня. – Ты тоже должна увидеть моего отца.
Он подходит ко мне, поднимает с пола и заставляет подойти к кровати, на которой лежит император. Увидев Его Величество, я чувствую тошноту подкатившую к горлу. Весь почерневший, перепачканный блевотой и кровью, он вызывает во мне ужас и жалость.
– Ты чудовище, – обращаюсь я к Грациану. – Разве можно относиться так к отцу?
– Отцу? – переспрашивает Грациан, широко раскрыв глаза. – Этот человек никогда не был мне хорошим отцом. Он был тем из-за кого я страдал. И теперь, когда справедливость восторжествовала, он платит по своим счетам.
– Без него ты бы не появился на свет, – я вырываю руку из лап Грациана и тру ноющее запястье. – Даже если он не был тебе хорошим отцом, это не дает тебе права быть ублюдком!
– Глупая девчонка, как ты смеешь так разговаривать с моим сыном? – королева Астра подлетает ко мне и, занеся руку, со всей силой ударяет по щеке. Моя голову отклоняется в сторону, я хватаюсь за щеку и изумленно смотрю на женщину.
– Вы ведь все знали, да? – обращаюсь к ней. – Знали, что я не настоящий Грациан. Поэтому так относились ко мне. А я все думала что вы за ужасная мать такая, которая собственным сыном не интересуется. А вы просто все знали. Да вы ни капли не лучше своего сына. Такой же монстр. Вдвоем решили принести меня в жертву? Кто из вас придумал переселение душ?
Королева Астра горделиво выпрямляется, подходит к кровати императора и с ненавистью смотрит на него.
– Мой род известен сильными волшебниками. Прадед стал хозяином волшебной башни в шестнадцать лет, самый молодой и одаренный из всех... – Астра с печалью смотрит на Грациана, – к сожалению после него, сила искры начала угасать в нашей семье. Во мне осталось чуть больше, а в моих сыновьях она совсем слабая. Возможно это от смешения с императорской кровью, а может просто такова судьба.
Королева гладит сына по плечу. Так она все-таки любит его.
– От прадеда в нашем доме осталось огромное количество книг по магии, в том числе и старых божественных свитков. Ребенком я много читала, – Астра грустно улыбается, но тут же поджимает губы, словно вспоминает что-то плохое, – хотела стать как мой прадед, но… император решил взять меня четвертой женой, я пыталась сопротивляться. Уговаривала отца… молила не отдавать меня в жены. Но отцу ничего не оставалось делать, кроме как последовать воле распутного императора. Я вошла в этот дворец, ненавидя его до глубины души.
Лицо Астры скривилось от воспоминаний.
– Зен родился меньше, чем через год после этого. Он так похож на своего отца. А Грациан появился спустя пару лет, – стоило ей упомянуть сына, как она расцвела. Улыбнулась, даже глаза ее засияли. – И он был не такой, как остальные дети. Грациан особенный. Я почувствовала это сразу. Ведь я мать.
С одной стороны я понимаю мать Грациана, она не хотела выходить замуж за императора, ее заставили, но почему она поддерживает явно сумасшедшего сына? Она и сама безумна?
– Но он, – королева со злостью посмотрела на императора, – не понимал этого! Он судил Грациана, так же как и остальных и мой сын из-за этого страдал.
По мне император может и относился предвзято к Грациану, но вовсе не из-за того, что не понимал какой он особенный. Все здесь считали, что Грациан умом не блещет. Кто ж в этом виноват?
– Из-за него, все в этом дворце пренебрегали моим сыном. Обращались с ним как с отбросом. Но он принц и самый достойный из всех.
– А как же Зен? – спрашиваю ее. Услышав имя старшего сына, она кривится. – Он ведь тоже ваш сын! Или он достоин только того, чтобы его казнили? Казнили из-за интриг вашего любимчика?
– Его судьба так же предрешена, как и судьба императорского рода. Он исчезнет.
– Не слишком ли жестоко по отношению к родному ребенку? – не понимаю эту женщину. Как можно говорить такое о своем сыне?
Королева пожимает плечами.
– Всегда надо чем-то жертвовать.
– Кажется, не тем ребенком вы решили пожертвовать, – шепчу себе под нос, отворачиваясь от королевы.
– Тебе этого не понять. Ты никто. Ты лишь оболочка, которая была нужна моему сыну, чтобы жить свободно.
– А судя по Первой
