Но тут, все звуки сразу смолкли. Все его услышали. Его голос, который просто крушил барабанные перепонки.
— Вы храбро сражались, — говорил этот голос. — Лорд Волан-де-Морт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжелые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Лорд Волан-де-Морт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном Лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнется снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей, всех, кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час.
Тишина опустилась на Хогвартс и его окрестности…
Глава 23. Валгалла
03.00–04.00. Джинни стоит перед входом в Большой зал. Надо найти в себе силы. Надо найти в себе силы и переступить этот порог. Войти. Там, внутри, стоны, боль и смерть. Хотя и там, где она стоит, в полуразрушенном холле, весь пол которого не только засыпан обломками камня, металла и дерева, но и залит кровью. Лежат трупы и корчатся тяжелораненые. Их поднимают те, кто ещё может держаться на ногах. Раненым вкалывают обезболивающее зелье из шприцов-тюбиков. Наведя волшебные палочки, шепчут какие-то мантры, от чего те мигом затихают, впадая в умиротворяющее забытьё.
Смерть на поле боя. Нет в ней поэзии. Нет красоты. Грязь, кровь и боль. Не дай вам бог или Мерлин почувствовать, как пахнет человек с распоротым животом и вывороченным кишечником! Не дай господь! Не дай вам бог заглянуть в глаза, того, кто уходит, тому, кому вы уже не в силах ничем помочь. Только немного облегчить страдания…
Она смотрит прямо перед собой. Её слегка мутит. Джинни хочет вырваться на улицу, на свежий воздух. Всего один глоток! Но там стелется едкий дым от пожарищ, смешавшийся с запахом горелой плоти. Кто-то берёт её за плечи, спрашивает — Вам дурно? Вам нужна помощь? — Нет, ей помощь не нужна.
К ней подходит Кингсли, он весь в крови, мантия и форма разорваны, лицо в ожогах. Их ясно видно даже на лице представителя африканской расы. Он смотрит на неё, в её глаза, явно осуждает…
— Вы не выполнили приказ! Вы оставили свой пост!
— Я…
Кто Я? Что Я? Где Я? Рассказать ему, им, о том, что Поттеру потребовалось срочно войти в Выручай-комнату в варианте старого склада со всяким ненужным, забытым за тысячу лет хламом? Лучше буду молчать. Она отворачивается в сторону.
Кингсли наводит свою волшебную палочку на неё и произносит заклинание Тергио. Кровь с её лица, волос, одежды, с её спортивной мантии игрока в квиддич начинает исчезать. Так намного лучше. Приведя её внешний вид в относительный порядок, он произносит:
— Королева… Валькирия. Джинни, нам надо войти…
Он поворачивается кругом и, слегка прихрамывая на правую ногу, идёт в Большой зал. Она следует за ним, стараясь не смотреть по сторонам, на лежащих на столах и корчащихся от боли людей. Над ними суетятся медики, что-то делают. Колдуют своими волшебными палочками и работают инструментами. Пытаются установить разовые системы для переливания компонентов крови и кровезаменителей. Рядом с некоторыми тяжело пострадавшими лежат легкораненые. Идёт прямое переливание крови от них, тем, кому ещё можно помочь. Стоны. Вопли. Боль. Кровь. Грязь. Отчаяние…
Джинни увидела её. Со спины. Это мама. Она сидит на скамье, почти у самого конца длинного стола факультета, перед преподавательским столом. Её руки обхватили голову. Плечи поникли. На носилках кто-то лежит. Кто-то из Уизли…
Она увидела, как мама внезапно бросилась на грудь лежащего на носилках воина. Её сотрясали рыдания. Папа опустился рядом с ней на колени. Он гладил её по голове, по его щекам катились слёзы. Рядом с ними стоял на коленях Джордж у изголовья… Фреда. Только Джинни, только она одна в семье Уизли могла различать близнецов с детства. Она сразу поняла, кто этот павший воин…
Джинни обогнав Кингсли, бросилась к своим родным. Подбежав, упала на колени, обняв маму. Она долго не могла открыть глаза. Её сотрясали рыдания. Джиневра сорвала с головы шлем, и он с грохотом покатился по полу. И тут она увидела. Увидела его лицо. Спокойное, уже навсегда умиротворённое лицо Фреда. Глаза были закрыты. Она никогда больше не увидит удивлённое выражение его глаз, застывшее навсегда…
Она не помнила потом, сколько прошло времени. Сколько минут или часов она простояла на коленях, обнимая маму. Кто-то ещё нежно обнял её, мягко прикоснулся к ней. Джинни очнулась, перевела взгляд с лица Фреда в сторону и увидела заплаканное лицо Гермионы.
Джинни нашла в себе силы встать, сделать шаг назад. Рядом стоял потрясённый Рон и держал в дрожащих руках её шлем. Джинни обнялась с Гермионой и они стояли молча, стояли молча и плакали. Через несколько минут у самого уха Джинни раздался тихий шёпот подруги «Нам осталось добраться до змеи! Только до змеи!» Джинни, очнулась, но, придя в себя, смогла увидеть и тех, кто лежал рядом с Фредом. Это были Римус и Тонкс, бледные, спокойные и умиротворённые, словно спящие под тёмным магическим потолком. Всё снова поплыло у неё перед глазами. Гермионе пришлось подхватить её за плечи, чтобы она не упала…
Спустя некоторое время она взяла себя в руки. Силой воли. Надо собраться. Сражаться дальше. Через один час, уже меньше, их снова атакуют. Атакуют, чтобы попытаться добить. Она услышала тихий разговор Кингсли со старшими офицерами. Тридцать пять убитых обнаружено. Десять тяжелораненых, смертельно раненых. Им уже ничем не помочь, они уходят. Они уходят. Они уже на пути в Валгаллу. Сорок тяжелораненых. Для них ещё есть шанс. Половина личного состава вышла из строя. Судьба двадцати человек ещё неизвестна. Где они? Под завалами или разбросаны по всей тёмной территории замка? Остальные — около сотни бойцов ещё могут сражаться, держать в руках оружие. Но среди них все, так или иначе, пострадали. Легкоранены. Нет ни одного, кто бы ни был так или иначе не задет. Стрекозы. Вертолёты маглов. Да, они сожгли в проёме разрушенной северной стены акромантул и скорпионов, других тварей, рвавшихся внутрь замка. Загнали двух великанов в Запретный Лес. Разогнали всю остальную нечисть и сволочь по полям вокруг замка. Но у них уже нет топлива, и кончились все боеприпасы. Если они их не найдут, будет тяжко. Совсем тяжко. Подкрепление боевых магов из Дурмстранга запаздывает. Фоукс уже здесь. Фестралы и гиппогрифы вот-вот взлетят с рассветом. Ночью они не ориентируются. Пожаров им, что ли мало. Но надо дотянуть до утра. Совсем немного. Дотянуть до рассвета…
