«Анна, дочь моя, наверное, ты не очень понимаешь, о чём говоришь. Это слишком серьёзное обвинение. Не исключено, что это очередная провокация».
«Именно поэтому я говорю с тобой на эту тему. Если всё попадёт в западную прессу, они будут поливать грязью страну в очередной раз, а значит и дядю».
«Анна, кто-то из вас намерен передать материал западной прессе?», - её голос обрёл угрожающе пронзительную интонацию.
«Нет, совсем наоборот. Я хочу вручить его дяде лично, чтобы даже его ближайшее окружение не знало об этом».
Мать молчала, слышалось лишь его отрывистое дыхание, Анна же устыдилась на секунду собственной дерзости.
«И чтобы спасти репутацию дяди, а главное, репутацию страны, ты затеяла этот побег?» - снова раздался сдержанный, язвительный, и мало снисходительный голос.
«Не только поэтому. Скорее не столько… Я сбежала, чтобы не ощущать себя птичкой в золотой клетке. Есть и другие причины, но они очень личные, чтобы их объяснять», - ровным уверенным тоном высказалась Анна, хотя только она знала какие эмоции бурлят внутри.
Не влюблённым, или даже тем, кто когда-то был на их месте, но позабыл это ощущение, можно лишь покровительственно взирать на неискушённые страсти, но не понять.
«Хорошо то, что хорошо кончается. При всём уважении к твоим чувствам, твой поступок рискован и неразумен», - с сожалением произнесла сестра жены президента.
Анна, не потерявшая чуткости ребёнка, но осознавшая свою независимость, улавливала в её словах больше лицемерия, чем искренности, заботу о своей репутации и собственного спокойствия.
«Я настаиваю, чтобы он ознакомился с материалами», - не уступала Анна, избегая ультимативного тона.
«Хорошо. Ты меня заинтриговала, - покровительственно согласилась она. - Только вернись к своей охране».
«Но это не всё. Я хочу, чтобы мой друг, Александр Визант, получил гарантию безопасности».
Панина старшая какое то время молчала.
«Боюсь, что такой гарантии ему никто не даст. Если я не ошибаюсь, его обвиняют в разглашении служебной тайны, и ещё в убийстве. Но это полбеды. Он задел таких лиц, на кого даже я не могу косо взглянуть. Он сам начал играть с огнём, да ещё и тебя впутал. И теперь спасает свою шкуру».
Этот грубый выпад мог разрушить едва было найденный компромисс.
«Не ты же в него влюблена. К тому же это была моя инициатива, исчезнуть, чтобы обратить внимание президента на важные доказательства, которые до него так могут и не дойти. Он, прежде всего, рисковал, а побег я сама организовала, с помощью своих подруг. Кстати, ещё я и настаиваю, чтобы от них тоже отстали», - преодолев раздражение, Анна теперь ощутила власть над матерью.
«Анна, ты не понимаешь во что ввязываешься. Решила потешить своё тщеславие? Ты, можешь стать главной зацепкой, чтобы низвести семью. Охотников до этого уйма, и среди своих, и среди чужих», - негодуя, произнесла она.
«Пусть ему сделают надёжные документы и перестанут преследовать. Разве я многого прошу?», - не отступала Анна.
«Хорошо, изволь, ему сделают документы. А ты немедленно возвращайся к охране».
«Мы не договорились как мне передать ему информацию».
«Тебе пришлют курьера из посольства».
Они распрощались на доброжелательной ноте и Анна отключила телефон, откинув голову на подголовник, будто сбросив с себя тяжкий груз.
Визант же, хладнокровно выслушав разговор, явно не лестный для него, придвинул к себе компьютер, наблюдая по дисплею за помещением, где он установил микрокамеры. Пока ничего не происходило, хотя времени прошло более чем достаточно, чтобы запеленговать сигнал. Если за ними охотились, то с минуты на минуту должна была нагрянуть группа захвата.
Во время этого звонка Визант почувствовал будто через него прошёл электрический разряд, после чего он посмотрел на отношения с Анной ещё более отрезвлённым взглядом. Она была далека от него, и её доступность действительно была продиктована мотивами тщеславия, жаждой острых ощущений. Это отчуждение замечалось сейчас и в том, как она задумчиво смотрела перед собой, не удостоив его вниманием после такого серьёзного разговора, от которого зависела его судьба.
Он чувствовал себя жертвой и мерзавцем одновременно.
Его отвлёк треск из монитора, изображение на котором мгновенно затуманилось от дыма. Бросили газовую гранату.
- А вот и долгожданные гости, - изрёк он.
В долю секунды шум разросся в грохочущую какофонию выбитых дверей и топота. Из газа выныривали вооружённые фигуры в чёрном камуфляже и противогазах. Спустя пару минут они поняли, что их обвели, и с любопытством стали осматривать дом, а когда газ рассеялся, все сняли маски, некоторые расслабленно закурили. Визант отключил компьютер.
- Судя по тому, как они быстро сработали, все спецслужбы объединились против нас.
Его замечание Анну не очень то и напугало.
- Этим способом мы уже не сможем их обвести. Они будут улавливать все сигналы, - объяснил Александр.
- И как же мне теперь позвонить, если возникнет необходимость?
-По телефону автомату, где-нибудь в людном месте, около метро, чтобы можно было мгновенно скрыться. У тебя будет не больше минуты.
- Тогда не будем терять времени. Я хочу отметить наше удачное мероприятие, - она одарила его лукавым мягким взглядом.
***
Ивлев поразился тому, как новоявленные соучастники подготовились к предстоящей и долгожданной для них операции: у них были не только снимки, но и видео записи Анны Паниной на частных вечеринках. Похоже, у них имелось досье на тех, кто находился в их чёрном списке, что с содроганием убеждало Ивлева в серьёзности плана этих людей. В качестве контролёра они прислали чеченца из числа сепаратистов, “отмороженного” ненавистника русских.
Их представитель с напарником Ивлева отправились к месту прибытия на частном самолёте. В эти часы, или даже минуты, он не находил себе места. Все его конспиративные меры могут оказаться липой перед самыми могущественными разведками мира, которые рано или поздно достанут его хоть из-под земли.
Денежное вознаграждение, обагрённое кровью известной жертвы, совсем не казалось утешением. Он уже имел несколько билетов на рейсы в третьи страны на ближайшие часы. Оставшуюся, если повезёт, свободную жизнь, он посвятит замаливанию греха и возможных искупительных откровений перед обществом. Ведь он станет обладателем тайны века.
***
Тем временем, группа воителей аллаха тоже вылетела частным самолётом, едва получила звонок от своего человека, который узнал на записи голос жертвы, хотя точное место нахождения ему пока не указали.
