пристроил на ручку тяжелой сковороды, а пушистое брюхо грел на панели с сигнальными огоньками. Гарп и кот не мигая уставились друг на друга. Кот мигнул первым.
Однако Гарп был уверен, что миссис Ральф все же не обладает такой способностью к концентрации, чтобы обернуться котом. И дом, и вся ее жизнь пребывали в полнейшем беспорядке; эта женщина не то покинула свой «корабль», не то «отключилась» где-то наверху. Интересно, она спит? Или утонула в ванне? И где та чудовищная псина, чьи экскременты превратили лужайку перед домом в настоящее минное поле?
И тут грянул гром — точно приближалась лавина; чье-то тяжелое тело скатилось по лестнице и вылетело прямо на середину кухни, перепуганный кот мгновенно обратился в бегство, с грохотом свалив на пол засаленную железную сковороду. Это оказалась миссис Ральф. Сидя голым задом на линолеуме, слабо постанывая и подвывая, она даже не пыталась запахнуть свое одеяние, похожее на кимоно и непристойно задравшееся ей чуть ли не на грудь, обнажив талию и толстый живот. Стакан с каким-то чудом не расплескавшимся пойлом она по-прежнему сжимала в руке. Миссис Ральф посмотрела на жидкость в стакане, удивленно подняла брови и сделала глоток; огромные отвисшие груди точно растеклись по ее веснушчатому телу, когда она бесстыдно откинулась назад, оперлась на локти и рыгнула. Кот в углу жалобно взвыл.
— Ох, заткнись, Титси! — сказала коту миссис Ральф и, безуспешно попытавшись встать, со стоном завалилась на спину. Волосы у нее на лобке влажно блестели; белый живот, испещренный растяжками, казался распухшим, словно миссис Ральф долгое время пребывала в роли утопленницы. — Ну ладно, я все-таки вышвырну тебя отсюда, даже если это будет последним поступком в моей жизни, — сказала миссис Ральф кухонному потолку, хотя Гарп догадался, что ее слова относились к коту. Возможно, при падении она сломала или вывихнула лодыжку, но была слишком пьяна, чтобы это почувствовать. А может, у нее даже и спина сломана, подумал вдруг Гарп.
Он скользнул вдоль стены дома к распахнутой настежь парадной двери и крикнул, заглядывая внутрь:
— Кто-нибудь дома есть? — Кот тут же метнулся к нему, скользнул между ногами и пропал во тьме. Гарп подождал. Из кухни слышались стоны, ворчание и еще какие-то странные звуки — шлепки плоти.
— Ну, я тут — раз я живая и дышу, — внятно сказала миссис Ральф, возникая в дверном проеме. Ее блеклый цветастый халат был уже более-менее запахнут, свой стакан она успела где-то оставить.
— Я увидел, что в доме все огни зажжены, и подумал, может, что случилось, — пробормотал Гарп.
— Вы опоздали, — заявила миссис Ральф. — Оба мальчика мертвы. Мне ни в коем случае не следовало разрешать им играть с этой бомбой. — Она пытливо вглядывалась в застывшее лицо Гарпа, видимо надеясь, что он с должным юмором отнесется к ее сообщению, однако поняла, что подобные темы не могут служить для него предметом шуток. — О'кей. Так вы хотите видеть тела или нет? — И она потянула Гарпа к себе за резинку его спортивных шортов. Гарп, помня, что плавок под шорты он так и не надел, быстро шагнул вперед и налетел на миссис Ральф, которая щелчком отпустила резинку, повернулась и побрела в гостиную. Исходивший от нее запах наводил оторопь — словно на дне большой влажной бумажной сумки рассыпали ваниль.
Миссис Ральф, демонстрируя недюжинную силу, подхватила Дункана под мышки и вместе со спальным мешком взгромоздила его на огромную продавленную софу; Гарп помог ей поднять Ральфа, который был потяжелее. Они устроили завернутых в спальные мешки мальчиков валетом, подложили им под головы подушки, и Гарп наконец выключил телевизор. Миссис Ральф, спотыкаясь, уже брела куда-то, гася по дороге огни и собирая пепельницы. Они напоминали сейчас супружескую пару, занимающуюся уборкой после шумной вечеринки.
— Ночь-то какая темнущая! — прошептала миссис Ральф на пороге внезапно погрузившейся во тьму гостиной.
Гарп, споткнувшись о валявшуюся на полу подушку, стал ощупью пробираться к освещенной кухне.
— Погодите уходить! — прошипела ему вслед миссис Ральф. — Вы еще должны помочь мне кое-кого отсюда вышвырнуть. — Она схватила Гарпа за руку и тут же уронила на пол пепельницу; кимоно ее снова распахнулось. Гарп, нагнувшись поднять пепельницу, коснулся волосами одной из ее грудей. — Этот увалень у меня там, в спальне, — сообщила она. — И уходить не желает! А я не могу его выгнать.
— Увалень? — переспросил Гарп.
— Ну да, дурачок деревенский, — сказала миссис Ральф. — Шваль паршивая.
— Шваль? — опять переспросил Гарп.
— Ну да, пожалуйста, помогите мне его выставить! — Она снова потянула Гарпа за резинку спортивных шортов и, на сей раз уже не скрываясь, заглянула внутрь. — Господи, да на вас же почти ничего нет! — воскликнула она. — Вы не замерзли? — Она приложила ладонь к его плоскому голому животу. — Нет, пожалуй, — успокоила она себя и пожала плечами.
Гарп отодвинулся от нее подальше.
— Кто он? — спросил он, опасаясь, как бы не пришлось изгонять бывшего супруга миссис Ральф из его же собственного дома.
— Идемте, я вам покажу, — прошептала она. И потащила Гарпа наверх по черной лестнице, а потом по узкому коридорчику меж грудами грязного белья и мешками с сухим кормом для домашних животных. Ничего удивительного, что она здесь упала, подумал Гарп.
В спальне миссис Ральф Гарп сразу же увидел огромного черного Лабрадора, распростертого на колышущейся водяной кровати миссис Ральф. Пес беспечно повернулся на бок и завилял хвостом.
— А ну-ка, мальчик, — сказал ему Гарп, — убирайся отсюда.
Пес еще сильнее завилял хвостом и слегка помочился на постель.
— Не этого, — сказала миссис Ральф и так сильно толкнула Гарпа, что он вновь обрел равновесие, только ухватившись за кровать, которая в ответ громко забулькала.
Огромный пес тут же облизал ему все лицо. Миссис Ральф указала ему на кресло-качалку в изножье кровати, но Гарп уже заметил сидевшего в кресле молодого человека — он отражался в зеркале туалетного столика миссис Ральф. Молодой человек был совершенно голый, светлые волосы собраны сзади в довольно-таки тощий «хвостик», концом которого юноша и играл, перебросив его через плечо и поливая каким-то аэрозолем из принадлежавшей миссис Ральф жестянки. Живот и бедра молодого человека тоже выглядели скользкими и маслянистыми, как и живот миссис Ральф, и волосы у нее на лобке, а пенис юного незнакомца был таким же тонким, подтянутым и чуть изогнутым, как спина гончей.
— Эй, как дела? — спросил мальчишка у Гарпа.
— Отлично, благодарю вас, — ответил тот.
— Избавьтесь от него поскорее, — сказала миссис Ральф.
— Я все пытался заставить ее немного расслабиться, понимаете? — сказал юнец. — Мне хотелось просто с ней пообщаться, понимаете?
— Не
