Помните, когда-то давно, я называл нашу небольшую торговую группу, из четырех повозок — караваном? Так вот, то была компания единомышленников с парочкой лошадок, потому как то что сейчас находилось под холмом и было настоящим караваном. Среди белых шатров, в окружении лошадей, верблюдов и непонятных мохнатых существ, находилось огромное количество людей. На вскидку, среди гомонящей толпы, в которой то и дело раздавались крики, смех, даже звон стали, находилось примерно сто пятьдесят человек. На удивление, повозок здесь не было, но как я тут же догадался — весь хабар тащили на верблюдах.
Мы стали спускаться ниже, а ощущение было такое, будто ты идешь к морю, медленно погружаясь в холодные воды. Воздух вокруг менялся, становясь более спертым, но не таким сухим и душным. Все чаще до слуха доносились всевозможные лагерные звуки, от стука дерева, до скрипения холщовин и биения плащаниц о ветер. Иногда раздавалось ржание, порой фырканье верблюдов и брань какого-нибудь нерадивого, на которого попал плевок корабля пустынь. Мы шли сквозь лагерь и частенько я ловил на себе и на Мии, заинтересованные и любопытствующие взгляды будущих попутчиков. Они будто приценивались, делали выводы, и вновь погружались в круговерть собственных забот. Один раз, проходя между двух белоснежных, будто открахмаленных шатров, я решил что солнце действительно слишком сильно припекло. Там, рядом с маленькой девочкой, стояла лиса. Наверно ничего необычного в этом нет, разве что лиса была размером с добротного коня, с седлом на спине, мощными лапами, вытянутой мордой и двумя хвостами. Но наваждение прошло, а мы уже спешили дальше, не было возможности дабы обернуться. Так что я решил, что действительно нужно почаще споласкивать лицо хоть чем-нибудь.
— О, а мы вас как раз и ждали! — воскликнул Михейм, от души хлопнув племяша по спине, от чего я услышал треск надсадно скрипящих ребер. — На выходе из города проблем не было? А то в последнее время стражи уж больно охамели.
— Да не, дядька Михейм, — скривился Хасим, потирая спину. — Она как Азалию увидели, так чуть в штаны не наложили.
В этот раз караванщик бил уже не в шутку, и по затылку паренька, я было подумал что голова малого отправиться в свободный полет. Но нет — шея крепко держала.
— Ты бы при светлорожденной тори не выражался, — прошипел местный глава. — Ладно, Азалия, ты мне скажи, это действительно шархан или так — фокусник.
Ах да, забыл сказать — они же как всегда на алиатском «шпрехают», и я опять играю роль декоративного дерева.
— Что-то умеет, — пожала плечами девушка. — В защите, видимо, не очень, а в нападении я его не видела.
— Но все же шархан?
— Несомненно.
— Радует, — кивнул караванщик, почесывая свою бороду. — Два шархана в караване — лучше чем один.
Такой поворот мне не понравился, запрягаться в общую тяглу я не хотел и поэтому обратился к необычно спокойной Мии.
— О чем они? — прошептал я.
— Обсуждают преимущества твоего шарханства, — пожала плечами девушка и потом странновато-хищно, хмыкнула. — Думают, что ты им помогать будешь.
— Тогда передай им, что свои думы они могут запихнуть себе в… самое темное и трудно доступное место.
Лиамия глупо хихикнула, что явно не соответствовало её аристократичному статусу. Миниатюрная волшебница, стоявшая рядом, все это время с прищуром поглядывала на нас, пытаясь уловить хоть что-нибудь из перешептывания.
— Благородный Михейм, — твердо произнесла Гуфар. — Мой телохранитель — это мой телохранитель. Он не станет тратить свою магию на весь караван.
На мгновение в глазах караванщика промелькнула досада, смешанная со злостью, но он только кивнул головой.
— Разумно, — произнес он. — Впрочем — как вы пожелаете. Ну а сейчас, попрошу за мной, мы уже подготовили ваш транспорт.
С этими словами мы обогнули громадный шатер, который служил пристанищем караванщика, и оказались в небольшом загоне. И тогда я понял что мне не показалось. Здесь стояли три громадные лисы, одна рыжая, будто покрытая ржавчиной, а другая или другой, не разберешь, оранжево-белая. А последний был черный как смоль лис — тут уж я не сомневался, слишком он неудачно повернулся к посетителям. Оба зверя обладали мощными лапами и двумя хвостами, каждый из которых жил своей, отдельной жизнью. Зрелище было потрясающим, хотя бы еще и потому, что ни в одном библиотечном бестиарии, коих я прочел бесчисленное множество, я так и не встретил описания и изображения данных существ.
— Что это такое, демоны бездны меня задери? — прохрипел я, приходя в себя от шока.
Мия посмотрела на меня, как на необразованного ребенка.
— Хизы, песчаные духи, — ответила она.
— А, ну тогда да — тогда конечно. Раз песчаные духи, то я все понял.
— Короче, великан, — тяжко вздохнула Азалия. — Это что-то вроде лошади только выносливей, быстрее и неприхотливее.
— А не сожрет?
— По идее не должна, — протянула волшебница и подмигнула. — Но ничего не обещаю.
— Хватит вам уже там балаболить, — немного резко, обрубил наш диалог Михейм. — Заходите в загон прекрасная тори, какой вас выберет, на таком и поедете. А потом и телохранитель ваш себе животинку подберет.
Лиамия, наивная душа, кивнула и уже сделала шаг к загону, как я её остановил, аккуратно схватив за запястье. Девушка в недоумении уставилась на меня, но я лишь покачал головой. Знаю я таких тварей, с виду хомяк безмятежный, а как добычу почует… годзила тушканчиком покажется. Скинув мешки, под всееобщие смешки, я положил руки на гарды сабель и перепрыгнул забор загона. Лисы, вернее две лисицы и один лис, тут же насторожились. Та что «ржавая» поднялась на лапы и уже собиралась было подойти ко мне, как перед прыгнул черный, мягко спружинив на могучие лапы, и оглушительно рыкнул. Лисица тут же вернулась обратно. Смешки смолкли, когда двухвостый, скалясь, развернулся ко мне и чуть присел, готовясь к прыжку. Его глаза сверкали хищным блеском, а могучие мышцы, стянулись словно тугая пружина. Я резким движением вытянул клинки.
— А так должно быть? — тихо спросила Мия у караванщика.
— Хизы весьма своенравны, — скорее всего пожал плечами тот. Мне-то невидно. — Но обычно на людей не нападают. Так что не знаю чем ваш телохранитель разозлил этого черного.
Пока они там языками чесали, мы с лисом стояли друг напротив друга, замерев как скалы, в ожидании громовой бури. Темные глаза твари с серебристым зрачком смотрели на меня неотрывно, не мигал и я. Наконец зверь расслабился, я тоже опустил клинки, он стал медленно подходить ко мне, я же продолжал стоять на месте. Когда расстояние между нами сократилось настолько, что либо он меня лапой перешибет, либо я ему в глаз сабельку засандалю, то зверь неожиданно высунул язык. Он буквально подлетел ко мне, и со всего размаху, если можно так сказать, провел своей шершавой теркой от подбородка до лба. Стоя весь в слюнях, я вспоминал все самые смачные ругательства, а этот демонский отброс, сидел напротив, словно пес и, свесив голову набок, недоуменно смотрел на меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
