А еще он чувствовал, что эти тучи неправильные. Слишком темные и густые, какие-то не зимние. Хотя кто знает, возможно, в этом мире только такие и бывают. Вон во втором верхнем погода вообще меняется, без какого либо на то основания, облака берутся неизвестно откуда, могут мгновенно растаять, или спустить на долину туманом, вместо ожидаемого дождя. А снег с гор вообще никогда не спускается и то, что в городе называют зимой, здесь в лучшем случае примут за осень. Это если какие-то деревья соизволят листья сбросить.
Неправильные тучи приближались. Слуги, наконец, набегались и куда-то пропали. Во дворце заперли все двери. Высокие и благородные затихли. Казалось, люди приготовились к отражению нападения.
И оно произошло.
На мгновенье все затихло. Тучи, казалось, замерли, а потом скачком приблизились.
И мир за окнами исчез, сменившись снежной круговертью и гудящим ветром.
Ветру хотелось сражения, а люди от него спрятались. Он пытался ломать деревья, забраться под крышу и заставить ее взлететь, как огромную, нелепую птицу. Он стучал в окна, угрожал и требовал. А дворец в ответ оживал. В коридоре послышался чей-то смех, потом появились разговоры.
— Буря не столь сильна, как они боялись, — задумчиво сказала Тэйтэ. — Но на улицу все равно никто не рискнет выйти. После таких бурь частенько находят трупы высоких и благородных. На одних якобы падают ветви деревьев, другие сами куда-то неудачно сваливаются, третьи находят безумных грабителей, решивших поискать себе клиентов среди метели. Так что вряд ли выйдут, будут грызться здесь как пауки в банке. Может даже кого-то отравят.
— Весело, — мрачно оценил сказанное Ленок.
Ветер гудел и бесновался. За дверью кто-то ходил, казалось, этот кто-то просто боится постучать в дверь гостиной отданной пришлым магам.
— Раздражает, — проворчал Ленок.
На него никто не обратил внимания.
Большинство помощников, и удостоившихся чести побывать в этом мире рядовых стояли у окон и пытались что-то рассмотреть в снежной круговерти. Феринэ со своими помощниками так и не появилась, хотя Ленок лично ходил ее приглашать посидеть со всеми, и попытаться дружно подумать. Впрочем, он все еще не терял надежды на то, что она появится, поэтому и молчал, игнорируя все попытки кого бы то ни было поделиться наблюдениями. Мрачно молчал. Словно что-то сумел понять и теперь ждет, пока оно дойдет до всех остальных. Хаски даже почувствовал себя нерадивым учеником в школе, одним из тех совершеннейших тупиц, которые так раздражали учителей.
Зачем Леноку понадобились эти посиделки весьма интересный вопрос. Было похоже, что он все еще пытается найти подтверждение своим догадками, которыми не желал делиться. Словно боялся, что его высмеют. Хотелось бы посмотреть на того самоубийцу, что рискнет смеяться над командиром фиолетового сектора.
— Раздражает, — повторил Ленок.
Его словно услышали.
В дверь тихонько постучали.
Командир фиолетовых недовольно на нее посмотрел и мрачно улыбнулся. Похоже, он решил выместить на осмелившемся стучать все свое раздражение.
Сой, повинуясь взмаху рукой своего командира, бросился к двери, шустро ее открыл и на что-то изумленно уставился.
— Отойди, мальчишка, — хрипло и недовольно велели из коридора.
Сой оглянулся, растеряно посмотрел на Ленока, заставив всех находящихся в комнате подобраться и приготовиться к неприятностям, и отошел. Даже дверь придержал.
Фигура закутанная в темную широкую тряпку с капюшоном поспешно вошла, пока первый фиолетового сектора не передумал. Капюшон, не смотря на то, что его хозяин находится в помещении был натянут едва ли не до подбородка, даже было непонятно как этот человек ориентируется в пространстве. Угрожающе вошедший вовсе не выглядел. Он прихрамывал, казался худющим и жалким. Но почему-то от него несло страхом. Неясно его или чужим. А еще он казался знакомым. Причем, не одному Хаски.
Ленок шагнул навстречу вошедшему.
Тэйтэ грациозно встала на ноги и поспешно отошла от стула, словно боялась, что он ей может помешать.
Тошиминэ почти прыгнул вперед, на ходу умудрившись забросить себе за спину кого-то из близнецов.
— Не может быть, — сказал Хаски, сообразив, что именно кажется знакомым.
К фигуре у двери удивительно дружно начали подходить первые помощники. Рядовые удивленно переглядывались и не понимали, что происходит.
— Не может быть.
Захотелось схватить в охапку склонившую голову на бок Санью и попытаться ее куда-то спрятать. Потом к ней же забросить близнецов.
А Лед, кажется, приготовился драться. Не понимая с кем и зачем, но приготовился. Весь в папашу.
— Не может быть.
Как эта сволочь осмелилась сюда прийти?!
Кошка заворчала первая. Нет, она и до стука в дверь нервно подергивала ушами и хвостом. Но на стук она отреагировала и вовсе странно. Подобралась, готовясь к прыжку, вздыбила шерсть и угрожающе заворчала. Словно предупреждала стучащего, что ему лучше оставаться в коридоре. Целее будет.
А он взял и вошел, словно ударил.
И кошка прыгнула, едва не зашвырнув своего хозяина в те глубины то ли сознания, то ли души, где обычно обитала сама.
Тошиминэ покачнулся, тряхнул головой и уставился на вошедшего. Точнее, принюхался, он почти ничего не видел из-за светлых пятен, пляшущих перед глазами. И прежде, чем понял, что же такое стоит перед ним, на каких-то совершенно диких инстинктах рванул вперед, бросая за спину неразумного детеныша попавшегося по пути. Каким уж чудом удалось удержаться от того, чтобы с ходу свернуть шею гостю, позже он так и не смог понять. Просто остановился. Или остатки разума остановили, достучавшись до своего хозяина и сумев убедить, что происходит что-то совсем уж неправильное.
— А мне здесь не рады, — хрипло произнес гость. Точнее, проворчал, как нелюбимый, но мудрый родственник, знающий, что его за что-то не любят и не желающий окончательно разрывать всяческие отношения, явившийся в гости.
Голос похож не был совершенно. Но запах, даже не запах человека, а запах силы, как его, так и чужой, ни с чем не спутаешь. А еще от него несло демоном. Словно раньше эту вонь что-то маскировало, а теперь перестало.
Очень хотелось отпустить на волю стихию и размазать нежданного гостя по стене. Тоненьким слоем, чтобы наверняка ожить не смог. Останавливало только одно. Запах демона был старый, с собой этого демона не привели. Но вот куда этот демон делся, выяснить было необходимо. Даже если для этого придется терпеть человека достойного долгой и мучительной смерти.
— Да, не рады, — кивнул сам себе гость и стянул с головы капюшон, из-за чего запах только усилился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
