Она громко закричала, стараясь не уронить Робби или то, что от него оставалось, но в следующую секунду её тело стало абсолютно непослушным.
«Робби умер… — поняла Никки, — и теперь некому двигать моими руками… и некому дышать за меня…» Её крик стих, тело мягко и безвольно осело. Голова Никки ударилась о раскалённую чёрную землю, а правая рука погрузилась в лужу расплавленной пластмассы, но девочке было совсем не больно.
Маленькая рыжая собачка лежала рядом и горела белым трескучим пламенем.
Никки заскользила по спирали куда-то вниз, в жаркую теснеющую мглу. Вдруг она услышала, как ласково зовёт её мама: «Никки!» — и почему-то виноватый голос отца: «Прости меня, белочка…»
В следующее мгновение мир вокруг Никки погас.
Джерри сидел над проклятой контрольной по биологии, но работалось плохо. Он вдруг подумал, что Никки так и не позвонила ему из Шрёдингера. Он быстро взял аппарат и вызвал её номер, но т-фон Никки не отвечал.
Это его здорово встревожило, сигнал т-фона теряется только в тоннеле, но поездка по подземелью занимает всего несколько минут. Он спросил свой компьютер, и тот ответил, что Робби не выходит на связь уже тридцать семь минут. Джерри так взволновался, что решительно набрал номер профессора Майсофт.
Когда она откликнулась, Джерри сбивчиво объяснил, что он никак не может разыскать Никки, которая обещала ему позвонить и не позвонила.
— Когда ты её видел или говорил с ней в последний раз?
— Почти час назад она отправилась в Шрёдингер. С тех пор её т-фон не отвечает и компьютер не выходит на связь.
— Ну, Джерри, прошёл всего час…
— Профессор, вы знаете историю Никки — кто-то охотится за ней! Тут лучше сто раз перестраховаться. Попросите охрану проверить тоннель и Шрёдингер. Для чего они здесь сидят, пусть немного поработают, чёрт бы их побрал! — не выдержал Джерри.
— Хорошо, хорошо, — поспешно согласилась профессор Майсофт, — я немедленно свяжусь с начальником охраны.
Джерри в тревоге забегал по комнате, продолжая держать т-фон в руке и беспрерывно вызывать Никки. Может, она пошла в лес? Нет, она бы сказала ему об этом, они ходят в лес обычно вместе… Да и зачем бы она выключала т-фон? А Робби вообще всегда на связи, разве только попал в заэкранированное место… Может, они застряли в тоннеле?
Джерри метнулся в гостиную, где несколько Сов смотрели какую-то тивидачу на большом экране, и выглянул в балконное окно, из которого хорошо просматривался весь внутренний двор Колледжа. Из Главной башни, откуда начинался тоннель в Шрёдингер, быстро выходили какие-то люди. Джерри похолодел.
Из дверей Главного холла выкатился санитарный кентавр с коконом-носилками на спине и устремился в медицинское крыло. Рядом с роботом бежали несколько охранников. Сердце у Джерри оледенело, и он бросился вон из комнаты, сбив с ног какого-то второкурсника. Он не мог ждать медленный лифт и все десять этажей летел по винтовой лестнице, прыгая через десяток ступенек сразу и чуть не сломав ноги и шею.
Когда он вбежал в медицинское отделение, там находились заплаканная профессор Майсофт и несколько незнакомых ему людей.
— Профессор… что… случилось?! — крикнул, задыхаясь от бега, Джерри.
— Никки нашли в тоннеле, — всхлипнула профессор Майсофт. — Она сильно обожжена.
— Она жива? — Кровь отхлынула от лица Джерри.
Профессор кивнула так неуверенно, что сердце Джерри больно сжалось. Из группы медиков Шрёдингера, собравшихся в углу вокруг монитора, слышалась громкая дискуссия:
— Ожоги — это понятно… но что за загадочный паралич всего тела?
— Бред какой-то! Рефлексы отсутствуют полностью, но она же как-то ухитряется дышать!
— Доктор Берринджер! Вы можете объяснить, что происходит с пациентом?
— Не могу! — Голос доктора Колледжа срывался от волнения. — Её компьютер, управляющий нейрочипом, не работает. Она уже должна была умереть! Я не понимаю, почему она всё ещё жива!
— Пустите меня к ней! — в волнении крикнул Джерри. — Мне надо посмотреть, что с её компьютером! Я смогу помочь!
Он сам не понимал, что говорит, но он должен был увидеть Никки.
Врач в зелёном халате обернулся на его голос.
— Послушайтесь его, — умоляюще попросила профессор Майсофт, — он её друг, он был с ней в госпитале, и если он так говорит…
Медик в зелёном помедлил секунду, потом кивнул. На Джерри быстро надели халат, и врач сам повёл его в реанимационную палату, где вокруг ярко освещённого стола суетились люди в разноцветных одеждах — бригада «скорой помощи» из Шрёдингера. Двое в синем готовили аппарат искусственного дыхания; женщина в белом комбинезоне уже держала в руках дефибриллятор; ещё двое врачей осторожно работали ножницами, бросая в корзину клочья обгорелой одежды.
Джерри подвели к столу…
Сердце юноши не выдержало этого зрелища, и слёзы наполнили его глаза…
Пусть будут прокляты все убийцы этого мира!
Его лучший друг Никки, весёлая девочка с хрустальными волосами, лежала на операционном столе. Джерри с ужасом глядел на её обгорелую голову, где почти не осталось волос, на чёрное страшное неподвижное лицо с закрытыми глазами, на чудовищные кровоточащие ожоги, покрывающие её руки и плечи, с которых одежда была уже срезана. Медик в белом халате осторожно снял часы с запястья Никки и положил в никелированную коробку под столом.
Человек, сидящий возле кардиомонитора, закричал:
— Дыхания нет, пульса нет! Мы её теряем!
Джерри очнулся и с такой силой оттолкнул врача в белом от стола, что тот опрокинулся на пол.
— Болваны! — Он схватил часы и снова положил их поближе к Никки.
— Дыхание есть, сердце забилось! — закричал радостно человек у прибора, и этот крик остановил медиков, бросившихся к Джерри с явным намерением вышвырнуть его вон.
— Ничего на ней не трогать! — заорал бешено Джерри. — У неё был рюкзак, где он?
Один из медиков показал на расплавленный комок в отдельной корзине:
— Это было у неё в руке.
Джерри бросился к тому, что осталось от Робби, и сразу понял, что это бесполезный кусок пластика, безнадёжно спёкшийся в монолит. Но кто тогда управляет её дыханием? Это может быть только…
— Мне нужен компьютер с коммуникатором! — закричал он, яростно посмотрел на ничего не понимающих растерявшихся медиков и резко отпихнул человека от ближайшего монитора.
Джерри лихорадочно нажимал клавиши на управляющей консоли, выкрикивая кодовые слова, — и через несколько секунд в палату ворвался громоподобный электронный голос:
— Не трогать пациентку Никки Гринвич! Не убирать часы с её руки!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
