богатого человека от бедного, собственно, отличалось количеством клетей или обширностью хором. Обыкновенно хоромы состояли из трех главных частей: во-первых, зимнее жилье, или изба, во-вторых, собственно клеть, или жилье летнее без печи, служившее зимой вместо кладовой; между ними находилась третья, просторная и светлая комната, называвшаяся сени или сенница, служившая приемной для гостей. Русские люди любили строить высокие хоромы; означенные три части составляли обыкновенно второй ярус здания; под ними находились подклеты, куда складывались разные хозяйственные припасы и принадлежности; в них же заключались погреба и медуши. А к сеням пристраивались на столбах ступени, или лестницы, с крытой площадкой наверху, что и называлось крыльцом. Самые сени иногда утверждались на столбах, без подклета; по крайней мере, так можно заключать из некоторых мест летописи, когда мятежная толпа подрубала или грозила подрубить сени. Над последними еще надстраивалась светлая горница, терем, или повалуша; потом словом «терем» стали обозначать вообще высокое жилье. Кровля обыкновенно делалась крутая, двускатная. Верхнее ребро этих скатов называлось кнесом (князем); по концам его обыкновенно красовались резные коньки, то есть две конских головы, обращенные в разные стороны. Покрывалась кровля соломой, а у богатых — тесом или гонтом, то есть мелкими дощечками, так что гонтовое покрытие имело вид чешуи. Хоромы стояли посреди двора, огороженного тыном, или плетнем; по углам и сторонам его располагались хлевы, конюшни и другие постройки для челяди, домашнего скота, птицы, для сена, хлеба и прочих хозяйственных предметов. Баня, или мовница, по-видимому, служила принадлежностью всякого зажиточного дома. Разумеется, чем зажиточнее был хозяин, тем просторнее его двор и сложнее его хоромы; они заключали по нескольку сеней, клетей и теремов. Судя по остаткам городских валов, видно, что в городах было немного места для дворов и вообще жили тесно. Поэтому богатые люди, в особенности князья, любили более пребывать в своих обширных загородных жилищах, называя их обыкновенно раем, красным двором, красным селом и тому подобное. Отличительной принадлежностью княжьих хором, или теремов, между прочим, служили просторные сени или столовая комната, в которой князья проводили время со своей дружиной в совете и пирах; были особые клети для пребывания очередных гридей, или дружинников, охранявших князя; такие клети назывались гридницей. Терема княжеские украшались резными карнизами, расписывались внутри и снаружи разноцветными красками. Наверху вдоль кнеса, по-видимому, шел гребень, расписанный разными узорами с позолотой; а может быть, позолотой украшался потолок; по крайней мере, название терема «златоверхим» встречается и в народных песнях, и в «Слове о полку Игореве». Так, в «Слове» великий князь Святослав Всеволодович, передавая боярам свой недобрый сон, говорит: «Уже доски без кнеса [стоят] в моем тереме златоверсем». Свое пристрастие к пестрым, узорчатым украшениям Древняя Русь, без сомнения, вполне прилагала к жилищам. Затейливая резьба и раскраска покрывали, конечно, передние, лицевые стороны, особенно испещрялись ими наличники окон; так что древние русские хоромы, при недостатке правильности и соответствия в частях (симметрии), отличались несомненной живописностью и вкусом. Относительно узорчатой резьбы Русь издавна достигла значительной художественности. Вообще деревянное мастерство, или плотничество, несомненно, процветало на лесном Севере.
Новгородцы особенно славились этим мастерством. Еще в начале XI века киевляне при встрече с ними, под Любечем, кричали: «А вы плотницы суще, а приставим вас хором рубити». По некоторым признакам уже тогда существовали плотничьи товарищества, или артели, и значительные постройки, каковы дома богатых людей, храмы, городские стены, башни, мосты и т. п., совершались на началах подряда артелями, во главе которых стояли известные мастера. А в Южной Руси, в местах бедных лесом, конечно, и в ту эпоху сельские жилища подходили к малорусским хатам нашего времени; то есть стены их состояли из плетня или жердей, обмазанных глиной и выбеленных мелом.
Каменные постройки на Руси были еще очень редки. Самое мастерство каменщиков стало распространяться только вместе с сооружением богатых храмов, башен, или веж, и некоторых городских стен, под влиянием мастеров греческих и немецких. Однако летопись еще до Владимира Великого упоминает в Киеве о каменном тереме княжеском. В следующие века число каменных теремов на княжих дворах, без сомнения, стало умножаться. В XII веке каменное мастерство уже настолько подвинулось в Суздальской Руси, что владимирцы сделались им особенно известны. Ростовцы недаром же отзывались о них в 1175 году: «То наши холопы и каменщики». Не говоря о многих каменных храмах, воздвигнутых в этом крае, и доселе в Боголюбове сохраняется часть каменных палат, относимых к Андрею Боголюбскому.
Деревянным постройкам Древней Руси соответствовала и домашняя утварь, которая также выделывалась по преимуществу из дерева. В источниках встречаем те же названия посуды и утвари, которые и доселе существуют в русском быту; например: стол, столец (стул), скамья, кровать (тесовая), ларь, бчелка (бочка), ведро, лохань, блюдо, чаша, локоть, ковш, ложка и так далее. Все это указывает на существование промыслов: столярного, токарного, бондарного и тому подобного. Были в большом употреблении изделия из лубка, лыка и мочала, каковы: сита, решета, коробья, лукна, рогожи и прочее.
Древняя Русь, однако, не ограничивалась одной деревянной утварью. Мы имеем положительные свидетельства, что существовали разные металлические мастерства; особенно процветал кузнечный промысел, который приготовлял домашние орудия и утварь из железа, меди и олова, например: котлы, сковороды, замки, пилы, косы, серпы, долота, заступы, рала, гвозди, ножи, топоры и тому подобное. Изделия из дорогих металлов, доступные только высшим сословиям или шедшие на украшения и утварь церковную, частью доставляла иноземная торговля, но частью и собственное русское мастерство. Так, встречаются известия о серебряных чашах, блюдах и ложках, золотых и серебряных кубках, турьих рогах, служивших вместо стаканов и оправленных в серебро или золото, а в особенности о серебряных и золотых оправах крестов, икон и богослужебных книг, преимущественно Евангелия, также о золотых и серебряных гривнах, обручах, монистах и других украшениях мужского и женского наряда. Изделия эти восходят к временам еще языческим; ибо уже в договоре Игоря с греками упоминается о русских печатях, золотых и серебряных: первые служили в Царьграде знаком русских послов, а вторые — гостей. В могильных курганах отдаленной эпохи встречается много украшений из золота и серебра, еще более, конечно, медных и железных вещей.
Летописи упоминают о присутствии на Руси художников греческих и немецких (а в Юго-Западной Руси и польских). Но нет сомнения, что даровитый русский народ имел своих собственных мастеров почти по всем отраслям художества. Например, на существование русских литейщиков, приготовлявших вещи из свинца и меди, а также умевших делать из них сплавы вроде бронзы, указывают летописные известия, в особенности по поводу построения храмов; для сих последних отливались
