Читаем без скачивания Орифламма - Эжен Ионеско

Ш у б б е р т. У всех есть мысли, в них нет недостатка. Дела важнее.

М а д л е н. Дела и только дела. Но их мнением можно все-таки поинтересоваться.

Ш у б б е р т. Нужно будет их спросить.

М а д л е н. Нужно будет дать им время подумать. У тебя есть время…

Ш у б б е р т. Это меня волнует.

Пауза. Мадлен штопает носки. Шубберт читает газету. За сценой слышен стук в дверь, Шубберт прислушивается.

М а д л е н. Это стучат к консьержке. Вечно ее нет на месте.

Опять слышен стук в дверь. Квартира консьержки находится на той же лестничной клетке, что и квартира Шубберта и Мадлен.

Г о л о с П о л и ц е й с к о г о. Откройте, мадам!

Пауза. Опять слышен стук в дверь.

Г о л о с П о л и ц е й с к о г о. Откройте, мадам!

М а д л е н. Вечно ее нет. Как плохо у нас поставлено обслуживание.

Ш у б б е р т. Этих консьержек надо просто приковать к подъезду, и все. Может быть, ищут кого-нибудь из нашего дома. Пойти посмотреть?

Встает и садится.

М а д л е н (спокойно). Это не наше дело. Мы с тобой, дружок, не обязаны за нее работать. В обществе каждый должен делать свое дело.

Короткая пауза. Шубберт читает газету, Мадлен штопает носки, робкий стук в правую дверь.

Ш у б б е р т. Теперь это к нам.

М а д л е н. Можешь пойти посмотреть, милый.

Ш у б б е р т. Я открою.

Шубберт встает, идет к правой двери, открывает ее. На пороге появляется Полицейский. Он очень молод, без шляпы, волосы светлые, под мышкой портфель, одет в бежевый плащ, хорош собой и крайне застенчив.

П о л и ц е й с к и й (стоя в дверях). Добрый вечер, мсье. (Обращаясь к Мадлен, которая тоже направляется к двери.) Добрый вечер, мадам.

Ш у б б е р т. Добрый вечер, мсье. (Обращаясь к Мадлен.) Это Полицейский.

П о л и ц е й с к и й (робко продвигаясь на шаг вперед). Извините, мсье, мадам, мне нужно поговорить с консьержкой, но ее нет на месте…

М а д л е н. Естественно.

П о л и ц е й с к и й…вы не знаете, где она, скоро ли придет? О! Извините, извините… я… я бы, конечно, никогда не постучался к вам, если бы застал ее, и не осмелился бы вас беспокоить…

Ш у б б е р т. Консьержка, должно быть, скоро вернется. В принципе она отлучается надолго только в субботу вечером, когда ходит на танцы. После того как она выдала замуж свою дочь, она каждую субботу ходит на танцы. Ну а поскольку сегодня вторник…

П о л и ц е й с к и й. Бесконечно вам благодарен, ухожу, подожду ее на лестничной площадке. Честь имею. Мое почтение, мадам.

М а д л е н (Шубберту). Какой воспитанный молодой человек! Какая изысканная вежливость! Спроси, что он хочет. Может быть, ты сможешь ему помочь.

Ш у б б е р т (Полицейскому). Что вы хотите, мсье? Может быть, я могу быть вам полезен.

П о л и ц е й с к и й. Мне правда очень неудобно вас беспокоить.

Ш у б б е р т. Вы нас совсем не беспокоите.

П о л и ц е й с к и й. Речь идет о сущем пустяке…

М а д л е н (Шубберту). Пригласи его войти.

Ш у б б е р т (Полицейскому). Заходите, мсье, прошу вас.

П о л и ц е й с к и й. О, мсье, я, правда, я…

Ш у б б е р т. Моя жена просит вас войти.

М а д л е н (Полицейскому). Мой муж и я, мы просим вас войти.

П о л и ц е й с к и й (взглянув на часы). У меня уже нет времени. Я, знаете ли, опаздываю.

М а д л е н (в сторону). У него на руке золотые часы.

Ш у б б е р т (в сторону). Она уже заметила, что у него на руке золотые часы.

П о л и ц е й с к и й…ну, на пять минут, поскольку вы настаиваете, но я очень спешу… пусть так, я зайду, если вы так хотите, при условии, что вы тут же позволите мне уйти.

М а д л е н. Не беспокойтесь, мсье, мы не будем вас удерживать силой… Отдохните немного.

П о л и ц е й с к и й. Спасибо. Я вам очень обязан. Вы так любезны.

Полицейский продвигается еще на шаг вперед, останавливается, расстегивает плащ.

М а д л е н (Шубберту). Какой красивый коричневый, совсем новый костюм!

Ш у б б е р т (Мадлен). Какие прекрасные туфли!

М а д л е н (Шубберту). Какие красивые светлые волосы! (Полицейский проводит рукой по волосам.) У него красивые глаза, нежный взгляд. Ты не находишь?

Ш у б б е р т (к Мадлен). Он очень симпатичный и внушает доверие. У него детское выражение лица.

М а д л е н. Что же вы стоите, садитесь.

Ш у б б е р т. Садитесь, пожалуйста.

Полицейский делает шаг вперед, но не садится.

П о л и ц е й с к и й. Ваша фамилия Шубберт, верно?

М а д л е н. Да, мсье.

П о л и ц е й с к и й (Шубберту). Вы, кажется, любите театр, мсье?

Ш у б б е р т. Гм… Да, интересуюсь.

П о л и ц е й с к и й. Прекрасно! Я тоже люблю театр. Но времени ходить в театр у меня, увы, нет.

Ш у б б е р т. Да и репертуар…

П о л и ц е й с к и й (к Мадлен). Мсье Шубберт, я думаю, тоже сторонник политики невозмутимости.

М а д л е н (слегка удивленно). Конечно, мсье.

П о л и ц е й с к и й (Шубберту). Имею честь разделять ваше мнение, мсье. (Обращаясь к обоим.) Сожалею, что отнимаю у вас время. Мне только нужно было выяснить, на какую букву заканчивается фамилия квартиросъемщиков, живших здесь до вас, «т» или «д», Маллот или Маллод. Вот и все.

Ш у б б е р т (не колеблясь). На букву «т» — Маллот.

П о л и ц е й с к и й (уже более холодно). Я так и думал.

Не говоря ни слова, выходит на середину сцены и оказывается между Мадлен и Шуббертом, которые стоят на полшага позади него.

Потом подходит к столу, берет один из двух стоящих около него стульев и садится. Мадлен и Шубберт стоят по обе стороны от него. Полицейский кладет на стол портфель, открывает его, достает из кармана большой портсигар, не предлагая хозяевам, медленно закуривает, кладет ногу на ногу, еще раз затягивается.

Итак, вы знали Маллотов? (Эту фразу он произносит, поднимая глаза сначала на Мадлен, а потом более пристально глядя в глаза Шубберту.)

Ш у б б е р т (несколько удивленно). Нет, я их не знал.

П о л и ц е й с к и й. А откуда вы знаете, что их фамилия заканчивается на букву «т»?

Ш у б б е р т (очень удивленно). Да, правда, откуда я это знаю? Откуда я это знаю? Откуда я это знаю? Я не знаю, откуда я это знаю!

М а д л е н (Шубберту). Ты бесподобен! Отвечай! Когда мы одни, ты за словом в карман не лезешь, болтаешь без остановки, ругаешься. (Полицейскому.) Вы его еще плохо знаете. Когда мы одни, он более разговорчив.

П о л и ц е й с к и й. Учтем!

М а д л е н (Полицейскому). Но я все равно его люблю. Ведь он мой муж. (Шубберту.) Ну, давай, посмотрим, знаем мы Маллотов или нет. Говори, напрягись, вспомни…

Ш у б б е р т (по его лицу видно, что он пытается вспомнить, это раздражает Мадлен, Полицейский непроницаем). Я не могу вспомнить, знал я их или нет.

П о л и ц е й с к и й (к Мадлен). Снимите с него галстук. Может быть, он ему мешает. Так будет лучше.

Ш у б б е р т (Полицейскому). Спасибо, мсье. (К Мадлен, снимающей с него галстук.) Спасибо, Мадлен.

П о л и ц е й с к и й (К Мадлен). Ремень тоже снимите и шнурки выньте.

Мадлен снимает ремень и вытаскивает шнурки.

Ш у б б е р т (Полицейскому). Теперь мне легче. Вы очень любезны, мсье.

П о л и ц е й с к и й (Шубберту). Итак, мсье!

М а д л е н (Шубберту). Итак?

Ш у б б е р т. Мне легче дышать, легче двигаться, но вспомнить все равно не могу.

П о л и ц е й с к и й (Шубберту). Ну вы же не ребенок, старина.

М а д л е н (Шубберту). Ну ты же не ребенок. Слышишь, что тебе говорят? Я просто в отчаянии!

П о л и ц е й с к и й (раскачиваясь на стуле, обращается к Мадлен). Приготовьте мне кофе!

М а д л е н. С удовольствием, мсье, сейчас приготовлю. Осторожно, не раскачивайтесь, а то упадете.

П о л и ц е й с к и й (продолжая раскачиваться на стуле). Не беспокойтесь, Мадлен. (Двусмысленно улыбаясь Шубберту.) Ведь ее так зовут? (Снова обращаясь к Мадлен.) Не беспокойтесь, Мадлен, я не упаду… Кофе покрепче и побольше сахару.

М а д л е н. Три кусочка?

П о л и ц е й с к и й. Двенадцать и стакан кальвадоса, большой стакан.

М а д л е н. Хорошо, мсье. (Выходит из комнаты через левую дверь.)

Слышен шум кофемолки, сначала очень громкий, почти заглушающий голоса Шубберта и Полицейского.

Потом звук постепенно затихает.

Ш у б б е р т. Итак, мсье, вы, как и я, убежденный сторонник невозмутимости в политике и в мистике. Я счастлив узнать, что в области искусства у нас тоже одинаковые вкусы, поскольку вы сторонник принципов революционного театра.

П о л и ц е й с к и й. Речь пока не об этом. (Вынимает из кармана фотографию и протягивает ее Шубберту.) Посмотри, поройся в памяти. Это Маллот? (Более суровым тоном.) Это Маллот?

В этот момент прожектор должен осветить в левой части сцены большой портрет, который без подсветки не был виден. На портрете изображен человек, приблизительно схожий с описанием, которое дает Шубберт, глядя на фотографию. Персонажи не обращают на портрет никакого внимания, ведут себя так, как если бы его вовсе не было. После того как описание закончено, портрет снова исчезает в темноте. Освещенный портрет можно заменить актером, неподвижно стоящим в левой части авансцены; кроме того, по желанию режиссера в противоположных концах авансцены можно высветить и портрет и актера.