хобби, и она любила это дело всей душой. Этот четвертый друг говорил, что ему не хватает с ней времени, потому что она всегда занята своими делами.
Жена пятого друга была бизнесвумен, они поженились в результате слияния их наследных компаний, брак был договорной. Но чуть позже вспыхнули и чувства, что бывает скорее редко, чем часто в таких браках. Они вместе управляли компанией, и когда-нибудь эта компания перейдет по наследству их единственной дочери – Майе.
Я ничего не рассказывал ей из того, что знал, ведь это совсем не мое дело. Кроме того, подруга сама догадывалась об изменах, как и ее мама. Но почему-то никто из них не предпринимал каких-то активных действий. Чужая семья – не моя проблема. Если они молчали, значит так нужно.
Жена шестого друга, пожалуй, была идеальна. Она не выносила мозг, выглядела как победительница конкурса «Миссис Мира» и заботилась о своей семье. Но шестого друга все равно несло к другим. Он изменял везде и постоянно. Каждый раз с новой женщиной. Это был отец Кайла.
Вы уже знаете, что случилось с его матерью, после того, как она узнала об этом. Попытка отравления, больница, таблетки, и ненависть ко всему живому, в том числе и к Кайлу.
У каждого из них была своя отговорка. Каждый винил в собственной неверности жену.
А вот отец, кажется, любил Стэф, а Стэф любила его. Когда она появилась в нашей жизни, отец стал реже видеться с друзьями. Дошло до того, что этот дом стал только нашим местом. Мы бывали здесь втроем, никого лишнего.
На самом деле она мало что любила от нашей с отцом жизни. Но этот дом был исключением. И дело было не в роскоши или квадратных метрах, дело было в Аспене, снеге, горах и свободе. Ей нравилось проводить свой день, взбираясь на склоны, а потом скатываясь с них на высокой скорости. Я хвостиком бегал за ней и учился тому, что умела она.
Это место стало нашим убежищем, где все трое были счастливы.
– Да! – крикнула Майя, закатывая одним ударом сразу два шара в разные лузы.
Я взглянула на ребят, они предварительно разделились на две команды, в одной были Джоанна Натали и Кайл, в другой Одри, Майя и Джим.
Джоанна не очень хорошо играла в бильярд, хотя это мягко сказано: таких хреновых игроков в бильярд, я еще не видел.
Был черед Одри. Натирая кий мелом, она прошлась вдоль бильярдного стола, свысока взирая на своих противников. Откинув темные волосы от лица, она нагнулась и начала прицеливаться, Одри ударила и закатила шар в лузу.
– Вот так это делается, официанточка, – бросила она, не сводя надменного взгляда с Джоанны и неторопливо отходя от стола.
– Давай Одри, шевелись, мы не намерены сидеть тут до ночи, пока ты проворачиваешь свою вендетту, – раздраженно выплюнул Кайл. Сейчас был черед Натали.
Кайл подозвал к себе девчонок и что-то зашептал им, указывая на стол.
Я заметил, что за то время, пока мы находимся в Аспене, Кайл не проронил ни одного по-настоящему обидного слова в адрес Джоанны, не смотрел на нее волком и даже общался иногда. А если не знать об их прошлом, так все трое вообще выглядят отличной командой. От выигрыша их отделяли три шара, тогда как другую команду всего один.
Кайл нагнулся над столом и прицелился. Джоанна опершись о кий наблюдала за ним, затаив дыхание. Весь вечер она избегала моего взгляда, в чем была причина, я не понимал.
Кайл ударил, но промазал. Выругавшись, он хотел пнуть ножку бильярдного стола, но вовремя остановился. Сейчас я видел, что Кайл очень похож на своего отца, когда проигрывает. Мистер Маккензи делал так же, когда мой отец обыгрывал его.
– Может вам стоит выкинуть одного игрока из команды? Она приносит вам одни несчастья, – усмехнулась Одри. На что Кайл скривил губы и чертыхнулся.
– Замолкни уже Одри.
– Пошел ты, Кайл, – раздраженно ответила она.
– Просто держи свой рот на замке! Никто сегодня не хочет выслушивать твою хрень, – выпалил он.
С кием в руках к столу подошла Майя, оказываясь между ними.
– Хва-тит, – сказала она, разделяя слоги. – Это просто игра, не стоит расправлять хвосты из-за этого.
Джоанна провела руками по голове, приглаживая выпавшие из прически пряди, ее свободный, но итак короткий свитер поднялся. Я увидел светлую кожу верхней части ее живота и ребер и тяжело сглотнул.
Докатился, завожусь от маленькой полоски голой кожи девушки.
– Майя, поторапливайся детка, – подгонял ее Кайл.
Майя нагнулась над столом и поставила кий на позицию.
– Не отвлекай, – отмахнулась блондинка.
– Давай, подруга, последний удар! – воодушевленно сказала Одри.
Майя громко выдохнула, выпрямилась и осуждающе взглянула на девушку.
– И ты туда же! Это только отвлекает меня, – объяснила она.
Одри вскинула руки, капитулируя.
Майя снова нагнулась над бильярдным столом, установила кий и прицелилась.
Удар.
– Черт! – воскликнула девушка. Шар ударился о бортик стола и остановился в миллиметре от лузы. Рассерженная, она обернулась к Одри.
– Я говорила, не нужно мне мешать!
Одри совсем не расстроилась, уперев одну руку в бок, второй она опиралась о кий, на губах ее сверкала улыбка.
– Расслабься, сейчас бьет «королева бильярда», даже и не знаю, что нам делать, – съехидничала она.
Майя закатила глаза и стукнула концом кия о пол. Глухой звук заполнил собой помещение.
– Одри, придумай что-нибудь новенькое, – укорила ее Майя.
Кажется, абсолютно каждого в этой комнате достало поведение Таннер.
Джоанна молчала, она не реагировала ни на кого из них, стоя рядом с Кайлом, она слушала его наставления.
– Ты ничего не скажешь? – спросил Эрик, сидящий рядом со мной.
Но я не ответил ему, а давно встал со своего места и направился к столу.
Джоанна прицеливалась и пыталась найти лучший угол, чтобы забросить хотя бы один шар.
– Давай официантка, это тебе не перед начальником хвостом крутить, здесь мозги нужны, – усмехнулась Одри.
Щеки Джоанна покраснели, полагаю от злости. Она выпрямилась и взглянула на Одри.
– Что ты сказала?
– Ой, да не прикидывайся дурой. Все знают, что ты спишь с младшим Хэтфилдом, – засмеялась она. – А со старшим у тебя тоже что-то есть? Ты вешаешься на мужиков, потому что родители тебя не любили или ты просто обыкновенная шлюха?
Я замер.
Должно быть, Одри узнала это от Кайла, который в свою очередь узнал это от Эрика, которому я не раз говорил о Джоанне и этом пижоне – Хэтфилде-младшем.
– Замолчи, ты понятия не имеешь, о чем говоришь! – воскликнула Джоанна, с силой сжимая кий.
– Ох,
