Читаем без скачивания Котёл - Ласло Варгаши

— Люда, я жив. Был в плену. Меня обменяли на бандитов, отпустили двоих бандитов за меня одного. У меня нога повреждена, я теперь хожу, опираясь на полочку, может все еще пройдет. А теперь докладывай, где ты и что с тобой и с Андрюшей дай поговорить.

— Миша, дорогой! Боже, как я рада, я уж думала — все, никогда тебя не увижу. Мы с Андреем на берегу моря, в Севастополе. Если можешь, приезжай. Переберись в Россию — матушку, скажи: жена в Крыму.

— Мама, мама, дай папу, — кричал Андрюша, вырывая телефонную трубку.

51

Когда обе воюющие стороны устают, когда нет перспективы победы одной стороне над другой и извлечь из этой победы максимальную пользу, — в этом случае стороны ищут мира. Путем переговоров. И киевская хунта стала искать пути к переговорному процессу с новоявленной республикой Новороссия. Хунта полагала, что эти переговоры должны быть похожи на нравоучение барина своему слуге. Ведь две области, всего лишь две, якобы восстали против всей страны и чего-то хотят, а если точнее, то и сами не знают, чего хотят.

В этом вопросе, в вопросе так называемого мира, хунту и в особенности Пердуске, после его избрания президентом, а возможно и назначения на эту должность дядей сэмом, поддержала и Америка. Америка намеревалась извлечь максимальную пользу из этого так называемого мира.

Дело в том, что вице-президент США Джордж Майден присмотрел место добывания сланцевого газа на территории Донбасса и накануне переворота уже организовал фирму, а директором фирмы назначил своего сына, известного прощелыгу, точно такого же, как был его отец в молодости. А вице близкий человек Бардаку, почти что Бардак. Они — два сапога — пара. Если босс кашлянет, то и вице старается кашлянуть, если босс выпустит пар из штанов, то и вице сделает то же самое, непременно. Джордж Майден много раз приезжал в Киев, садился прямо в кресло украинского президента без разрешения и давал Хальцману, а через него всем украинцам накачку. И эта накачка считалась, как нечто вроде проповедью, но обязательной к исполнению. И президент и его администрация целых три месяца восторгались проповедью Майдена, повторяли его слова пусть в искаженном виде.

Сланцвые месторождения нельзя отдавать русским, несмотря на то что сланцевые месторождения чрезвычайно вредны для здоровья человека.

Были мотивы и самой хунты достичь мира и благополучия. Так или иначе война требовала денег. Те пятерки, жульническим путем добытые через мобильные телефоны, давно разворовали, неоплаченные долги в размере четырех миллиардов долларов россиянам за газ, очутились в карманах революционеров. А помощь международного валютного фонда, ах эта мизерная помощь тоже не дошла по назначению, так что… Кролик сразу заявил: казна пуста. Соврал, каналья. Сто миллионов долларов, пусть это небольшая сумма, но эта сумма осела у него в кармане. А война… кто на нее будет раскошеливаться, Коломойша- Он, хорек еще тот: армию свою содержит. В общем, давайте договариваться! Но с кем- Не с кем. С сепаратистами- упаси Боже!

А дни шли, денежки испарялись. Наконец, Бардак сказал Пердуске: да хоть с чертом, но чтоб мир был, а то сын Байдена уже нервничает и я его понимаю.

Помня подсказку Бардака, Пердуске собрал пресс-конференцию и объявил о перемирии.

— Что означает это перемирие- А оно означает полное разоружение сепаратистов, бандитов, головорезов. Они должны сдать оружие и если выяснится, что он никого не застрелил, что это оружие он так носил с собой для украшения, для престижа, ему может быть амнистия. Всех остальных ожидает всенародная кара — расстрел, повешение, вечная каторга.

Разбитые школы, детские сады, отнятые жизни придется в будущем восстановить за счет своего труда, подразумевается, что за трудовую повинность никто платить не будет. Те русские войска, которые там находятся, могут перейти границу, то есть вернуться домой. Я, как всенародно избранный президент иду еще на одну уступку. На период переговоров, срок одна неделя военные действия прекращаются. После сдачи оружия властям на добровольной основе, они могут разговаривать на русском у себя дома, как правило на кухне, но так, чтоб их говор не был слышен соседям. Это связано с тем, что в Украине государственный язык один — это украинский язык, в основе которого будет положен Галицкий диалект. Далее. Сдавшимся в плен, то есть, сдавшим оружие гарантируются права — дышать, пить, размножаться, трудиться, не покладая рук и гордиться своей нацией, да бить поклоны Степке Бандере.

Американская улыбка осветила лицо президента. Она была настолько фальшивой и притворной, что многие журналисты стали морщиться и не задавали никаких вопросов. Однако…

— А что с Путиным?как вы с ним поступите?

— Пусть вернет Крым, наш Крым, ибо Крым был наш, есть наш и будет нашим. (Бурные аплодисменты)

— Я предлагаю получить контрибуцию с Кремля — четыре с половиной мульярда долларов, — предложил министр финансов Украины Вертихвост.

— Посмотрим, посмотрим, — загадочно сказал президент.

— Это мысля, я начну над этим работать, — заверил всех Кролик.

Великую, мудрую речь президента Пердуске взяли на вооружение средства массовой информации от Тянивяму до Савика Шустера. Никогда Пердуске не был таким популярным в народе, как в этот период.

52

Переговоры о мире затянулись. Надолго. Пердуске понимал: переговоры могут начаться и тут же закончиться и о нем перестанут говорить на каждом шагу. Пусть поговорят. Авторитет президента не делается в один день. Для этого надо потратить недели месяцы, годы.

Однако трепачи устали трепаться об одном и том же, надо было сменить пластинку. И все, как сговорились: в один день закрыли свои поддувала. Пердуске тут же заметил и возмутился: что такое, почему, рази этот вопрос перестал быть актуальным-

— Надо начать переговоры, — сказал помощник Залупценко. — Можно арестовать участников переговоров со стороны сепаратистов.

— Будет шум.

— Ну и что- и мы начнем шуметь, да так етти их мать — в душу бога мать. Сам Бардак вздрогнет.

— Позови бывшего президента Кучму, он наиболее подходящая кандидатура.

Экс президент Кучма появился через час, выслушал Пердуске, но сказал, что он один боится, а вдруг чего.

— Ты мне дай Медведчука, Шуфрича и кого-нибудь еще.

— Бери Залупценко.

— Этого придурка- Ни за что в жизни. Он может все испортить.

— Ну хорошо, возьми няню Маланью. Ты мой план, мой мирный план знаешь. Доведи до сведения этих придурков.

— Боюсь, что этот твой ультимативный план вызовет тольоко смех. Это ультиматум, а не план мирных переговоров. Но, посмотрим. Я буду следовать плану, от себя ничего не скажу, но за успех переговоров не ручаюсь, говорю сразу. Может, ты отведешь войска- Ведь войска можно ввести в любое время, не так ли- Отвел, ввел, опять отвел, опять ввел.

— Великий Бардак одобрил мой план, теперь он изменен быть не может, сам понимаешь. И без того мы пошли на многие уступки. Мы разрешили представителю России присутствовать на переговорах, меня Путин буквально умолял об этом, мы пригласили представителя ОБСЕ, так, что как видишь…, не то, что Россия. И вообще Россия в глазах всего мира упала на самое дное, а Украина поднялась до небес. Я, когда бываю на западе, мне все протягивают руки, а если сам Бардак присутствует, я возле Бардака, как единственный сын при отце. Ты понимаешь. Я все время улыбаюсь, даже рот болит от растяжения.

— Что с газом-то- Замерзнем зимой- Не слушай ты этого безмозглого Кролика, он и нашим, и вашим. Пройдет какое-то время, он кого-нибудь обвинит, может даже тебя, как президента, он такой, непредсказуемый.

— Я заставлю Путина продавать нам газ по такой цене, какую я ему продиктую. Но сначала мне нужно перекрыть южный потом, Бардак мне обещал, он даже сенатора Маккейна посылал в Болгарию, там в штаны наложили и отказались от российского газа, дровами будут топить. И мы на дрова перейдем.

— Ну, ладно, я вижу…,- осекся Кучма и поднялся с кресла. — Завтра мы в Донецке.

Донецк встретил делегацию дружно. На первом же заседании председатель правительства Новороссии Бородай заявил:

— Полный вывод бандеровских формирований из Новороссии, а потом будем садиться за стол переговоров. А пока так, поговорим о том, о сем. Не возражаете- Леонид Данилович, побудьте у нас несколько дней, мы вам покажем Донбасс и Луганск, вы не узнаете наши города, особенно мелкие, областные. Вы убедитесь, что убивают безоружных, матерей, маленьких детей, уже сорок малышей убиты. Корреспондентов убивают, забирают в плен, пытают их, пришивают им Бог знает что. Особенно издеваются головорезы Коломойши. Он уже заявил, что мирному плану президента не подчиняется. Оружие мы сдавать не собираемся, у нас своя армия, своя власть, своя республика, свой Верховный совет. Пусть убираются…вся хунта в Галичину. Мы с бандерами бок о бок жить не хотим и не будем.