Читаем без скачивания Констанца - Соколина Наталья

Поставивший свою подпись Ален передал перо жене. У Констанцы так дрожали руки, что она с трудом могла расписаться. Король встал, повозившись с замком небольшого шкафа, вынул из него большую королевскую печать и, тщательно примерившись, шлёпнул её на подписи лордов и Констанцы. Лорд Кенинглас с поклоном принял из королевских рук книгу и аккуратно уложил её в свой сундучок. Кланяясь, он задом вышел в дверь.

Его Величество холодно и презрительно сказал: — лорд дар Кремон, мы разрешаем вам удалиться. — Тот низко поклонился, тихо проронил:

— Ваше Величество, надеюсь, мой долг леди Констанце исчерпан?

Она увидела, как глаза её мужа вспыхнули гневом, и предостерегающе схватила его за руку. Король усмехнулся: — мы допускаем, что леди Констанца не имеет более к вам претензий, но ваша дружба с заговорщиками по-прежнему вызывает подозрения. Избавьте нас, лорд Нежин, от вашего присутствия! — То снова поклонился и вышел из кабинета.

Король облегчённо вздохнул: — садись, Ален, не стой над душой! Ну, ты доволен? А вы, леди Констанца? — Ален усмехнулся:

— благодарю вас, Ваше Величество, ваша милость к нам безгранична!

— Ну да, ну да, — король покивал головой, — надеюсь, завтра ты приступишь к своим обязанностям! — Констанца, которой и слова вставить не удалось, испуганно посмотрела на короля. Тот поморщился: — вы уж меня простите, леди, я всё забываю, что Ален теперь семейный человек. Конечно, вам надо время на сборы. Кстати, лорд Главный королевский дознаватель, ваша семья может занять ваш прежний городской дом. Я выкупил его и снова дарю тебе. — Он фыркнул: — надеюсь, это в последний раз!

* * *

Им пришлось спешно вернуться в Орегонию. Констанце было жаль расставаться с «Жемчужным ручьём». Маленькая Лиззи капризничала, не желая уезжать из поместья, где в её распоряжении был весь дом, сад и балующие её слуги. Лишь напоминание о бабушке и двух дедах, которые с нетерпением ждут внучку, примирило её с отъездом.

Почти месяц Ален с семьёй жил в резиденции лорда Касилиса. Городской дом нуждался в ремонте, нужна была и новая мебель.

Лиззи быстро освоилась на новом месте, и вскоре её звонкий голосок разогнал чопорную тишину старого особняка.

Целыми днями Ален пропадал в Ведомстве Дознания, приезжал поздно, усталый и счастливый. Констанца радовалась за него и прислушивалась к ребёнку, который уже заявлял о себе то тошнотой по утрам, а то неожиданным желанием съесть, например, отвратительно пахнущую мелкую рыбёшку с забавным названием «лупоглазка». Иногда приезжал лорд Викториан, ворчливый и недовольный. Кричал на Констанцу за то, что она берёт на руки Лиззи. Та не считала, что дочь тяжела для неё, но лекарь был иного мнения. Он нажаловался Алену, и муж строго запретил брать девочку на руки.

Вместе с данной Ольгией Констанца возобновила прогулки по большому столичному базару. Однажды на ступенях овощной лавки она увидела высокого измождённого мужчину. Он с надеждой смотрел на дверь, ожидая хозяина. Констанца знала, что этот человек хотел бы получить какую-нибудь работу. Но, внезапно, она поняла, что он ей знаком. В следующую минуту она уже схватила мужчину за руку: — данн Джеймс!! Что вы здесь делаете?? — Он удивлённо посмотрел на неё, а потом искра узнавания мелькнула в его усталых глазах:

— Констанца! Маленькая Констанца! Ты жива, девочка! Как я рад, что тебе удалось скрыться от нашего хозяина! — Она оттащила его от дверей лавки, на которую он продолжал с надеждой поглядывать. В следующие несколько минут Констанца узнала, что Джеймс, вместе с большинством стражников лорда Нежина, был уволен со службы после того, как король отобрал у Его милости значительную часть земель. Сам лорд вернулся из подвалов Ведомства Дознания седым и со следами пыток. Он утратил былую нагловатую весёлость, перестал возить в замок девушек из окрестных селений.

Потерявший жалованье стражника Джеймс некоторое время работал на постоялых дворах то конюхом, то возчиком, постепенно пробираясь в столицу. Он надеялся, что в Орегонии сможет вновь поступить на службу к какому-нибудь благородному лорду. К сожалению, заработанных денег не хватало на приличную одежду и коня, так что теперь, и Констанца видела это, её спаситель, который помог ей бежать от лорда Нежина, выглядел, как обычный нищий. Он сильно исхудал, постарел и поседел. Подошвы изношенных сапог подвязаны кусками верёвки, грязная выцветшая треконда пестрит заплатами, наложенными неумелой мужской рукой. Тем не менее, он радостно улыбался, ласково глядя на неё: — ты замечательно выглядишь, малышка! Хвала Всеблагому, он спас тебя!

У неё слёзы наворачивались на глаза, так ей было его жалко. Не выпуская его руки, Констанца потащила бывшего стражника за собой. Удивлённая данна Ольгия едва поспевала за ними. Надо ли говорить, как был поражён этот добрый человек, когда узнал, что его давняя знакомая стала женой Главного королевского дознавателя?

До приезда Алена со службы данн Джорджий был вымыт, переодет в новую чистую одежду и накормлен. Потом, в гостиной Констанцы, где он стеснённо присел на краешек дивана, они долго говорили о том, что произошло с ними с момента их расставания. Так и застал их Ален, вошедший в гостиную к жене с Лиззи на руках.

Джеймс окончательно растерялся, низко кланяясь Главному королевскому дознавателю и не зная, куда девать руки.

Постепенно неловкость прошла, чему немало способствовало дружелюбное и приветливое отношение к нему Алена. Констанца умоляюще поглядывала на мужа, надеясь, как всегда, на его разумное решение. И, конечно, он оправдал её ожидания и предложил Джеймсу остаться у них в качестве стражника.

Как и любой благородный лорд, Ален содержал некоторое количество людей для охраны своего дома.

Констанцу интересовала судьба данна Ласси, слуги лорда Нежина. Оказалось, что тот остался со своим хозяином, не желая его покидать. А вот палач Кром тоже был уволен и сгинул где-то на просторах королевства.

* * *

Спустя положенное время у лорда и леди дар Бреттон родился сын, Анатоль. Кузнец Даниил, иногда навещающий дочь, сокрушённо качал головой: и внучка, и внук были черноволосыми, с яркими чёрными глазами. Зять смеялся и говорил, что дети получились похожими на него потому, что он любит свою жену гораздо больше, чем она его. Констанца обижалась на его слова, но ненадолго.

В пять лет Анатоль посмотрел на блюдо с жареными куропатками, и покрытая хрустящей корочкой птичка послушно приземлилась к матери на тарелку. Та от неожиданности вскрикнула, а отец нахмурил брови и строго сказал: — лорд Анатоль, я запрещаю вам шалить за столом и пугать матушку!

* * *

Ещё через восемь лет перед особняком Главы Тайного Совета лорда