Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

Лестница вывела их к отверстию в скале. Скала была невероятно высока; простиралась и вправо и влево, куда хватало взгляда. Внизу, метрах в трёхстах, могучие волны тяжко бились о твердь скалы, вздымая величественные фонтаны брызг. И — ни ветерка. Воздух был свеж и приятен. Океан, отчего — то кроваво — красный, простирался до горизонта. Солнца на небе не было, но было светло, как днём.

— Туда, — Нинтро указал вниз.

— Туда?! Там же камни! Мокрого места не останется!

— Верно. Послушай, — Нинтро взглянул в глаза воину. — Ты и так просидел во Дворце слишком долго. Выйти отсюда можно одним способом — рискнуть жизнью. Можешь вернуться, если хочешь жить вечно. Ты хочешь?

— Я не…

— Я тоже. Времени нет. Я страшно устал, и как только усну…. Здесь нельзя ничему верить. Решай!

У Ривллима на языке вертелась тысяча вопросов, но…

Прыгать в пропасть оказалось куда страшнее, чем он думал. Он мрачно кивнул Нинтро и шагнул в бездну следом за ним.

Воздух засвистел в ушах.

Ривллим зажмурился.

Это было, как во сне. Ему часто снилось, что он падает с обрыва… но стоит сжаться в комочек, как скорость падает… падает… падает… и земля мягко встречает его. Стоило немалых усилий не свернуться клубком прямо сейчас. Он открыл, не выдержав, глаза и увидел, ярко блестящую поверхность огромной лазурной волны… Быстро становящейся рубиново красной.

Теинвил спустился с дерева без особых затруднений.

— Голова закружилась, — пояснил отшельник, усаживаясь прямо на траву. — Сейчас пройдёт.

По его словам, на оазис опустился огромный смерч. Таких Теинвил не видывал за всю прошедшую жизнь — воронка метров тридцати в высоту; в её чёрном теле непрерывно сверкали разряды молний. Ревела она, словно раненый дракон. Чудо, что смерч не опустился на дом, — и песчинки бы не осталось. Всё остальное произошло быстро. Смерч ринулся на отшельника, отчего — то старательно обходя деревья, и человек был поднят в воздух и брошен сверху на ясень. Вцепившись в бешено пляшущие ветви, отшельник закрыл глаза, ожидая конца. Но случилось второе чудо — смерч исчез так же внезапно, как и возник.

За их спиной скрипнула дверь. Фиар вскочила на ноги, отшельник тоже поднялся, охнув.

В дверях дома стоял Ривллим. Весь какой — то взъерошенный, мокрый — с его одежды ручьями стекала тёмно — красная жидкость. Правая рука перевязана, глаза горят сумасшедшим огнём.

— Глазам не верю, — произнёс он осипшим голосом. — Я ещё сплю?

Фиар смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он взглянул в её глаза и улыбнулся. Аккуратно положил ножны на траву. Затем на лице его отразилось беспокойство, и воин запустил руку под куртку.

После чего побледнел, словно нащупал живого скорпиона. Отступил на шаг, швырнул найденный предмет на траву и, поскользнувшись, с размаху уселся рядом. Закрыл лицо руками.

Девушка осторожно подошла поближе.

На траве валялась пухлая, потрёпанная тетрадь. Странно, почти не намокла. Откуда это? Ривллим ведёт дневник? Что с ним стряслось? Два чувства — радость и тревога — раздирали Фиар на части.

— Ему досталось больше, чем нам, — произнёс Теинвил. — Помоги, эллено… надо привести его в чувство…

На это ушло куда меньше усилий, чем могло показаться.

Платформа двигалась медленно. Куда торопиться? До указанного рептилией места было очень и очень далеко. Ольт освоился настолько, что смог оценить глубину, на которой находился. Километров пять, не меньше. До слоя магмы ещё далеко — вон как прохладно. Кто всё это построил?

Выбор невелик. Дарионы отпадают. С ними в это время почти у всех были нормальные отношения; их достижения хорошо известны. Самодвижущиеся повозки они делают не более чем с сорокового века до новой эры. Драконы и их «меньшие» сородичи презирают какие — либо машины. Хансса тоже не механики, их конёк — биология. Вот и всё. Если проводник с именем, не облекающимся в слова, не солгал, то кто создал всё это? Куда делся?

Ольту становилось не по себе и, чтобы отвлечься, он попытался «полистать» карту. Однако далеко не все части карты позволяли увидеть себя. Того, что он увидел, было достаточно, чтобы лишний раз убедиться: Ралион подземный освоен лучше, нежели наземный.

Итак, вот маршрут. Прямо; на развилке — налево; на следующем распутье — средняя дорога. А дальше область карты тускло светилась красным. Запретная область.

Будем надеяться, что всё получится. Ольт положил ладонь на выступ, управляющий скоростью, и принялся разгоняться.

Вскоре платформа неслась, словно выпущенная из лука стрела. Жёлтая точка на карте постепенно приближалась к развилке — не забыть притормозить…

Рассказ Ривллима (изрядно сокращённый) потряс слушателей. Воин то и дело всматривался украдкой в глаза Фиар — вполне нормальные, обычные человеческие глаза. Только уставшие.

— Вот так, — закончил он повествование. — Ответов не прибавилось, вопросов стало больше.

— Кто тебя туда отправил — понятно, — произнесла Фиар уверенно. От сна спасал необычайно крепкий чай, его в который раз заваривал Ривллим. Отшельник пил да похваливал, и долго записывал все рецепты, известные воину. Ох и наследили мы, подумал Ривллим. Столько оставили — как там ольт называл это? Анахронизмы.

— Кто сумел меня вылечить? — Ривллим оглядел присутствующих. — Я был очень плох, верно?

Фиар указала глазами на отшельника. Теинвил отвёл взгляд в сторону и кашлянул.

— Надо же, — поразился воин. — Идти по пустыне и наткнуться на целителя…

— Я не целитель, — ответил отшельник. — Видите ли, я вижу великие события, которые произойдут в этом месте. Всё, кроме жизни, отдал я, чтобы здесь возникло убежище. А вы так помогли мне, что…

— Когда? — Ривллим опустил глаза. Жизнь за жизнь. Как всё просто. Очень простая просьба, все боги готовы исполнить её.

Видимо, лицо его сильно изменилось, потому что Фиар сжала его плечо.

— Не знаю, — отшельник улыбнулся, разводя руками. — Отказался от этого знания. Да и зачем оно?

Воину было страшно неловко. Фиар вновь усмехнулась и отошла к окну. Ей было не понять их обоих.

— Когда вы намерены продолжить свой путь? — спросил отшельник, поставив на огонь новый котелок с водой.

— Как можно скорее, — отозвался воин, глядя на начавшее светлеть небо. — Восемь дней — это очень мало.

— Как интересно, — Фиар указала на маленький горшочек, в котором цвёл необычный ароматный цветок — вроде бы белый, но постоянно меняющий свой цвет, стоило задержать на нём взгляд. — Бессмертник! Разве они растут в этих краях?