Ренне пришлось его отпустить, а на ладони остался отпечаток.
– Инэвера! – крикнул Джардир, но Ренна не поняла, к кому он воззвал – к жене или своему божеству.
Он выставил коронный барьер, сметая демонов, и совершил три гигантских скачка, а после взмыл в воздух и со всей силы ударил по навершию копья, вгоняя его, словно гвоздь, в череп королевы.
Ее перекорежило, и Ренна ощутила психовопль, подхваченный мозговиками и хамелеонами. Они попытались отступить, но сзади уже поджидали Шанвах с отцом и вонзали копья в их черные холодные сердца. Ренна отлепилась от бившейся в судорогах королевы, приземлилась на корточки и начертила тепловые и ударные метки, чтобы расшвырять уцелевших подземников.
Джардир занялся тем же. Он завалил главный туннель, отрезав путь к отступлению обезумевшим и растерянным демонам, которых Ренна и его шарумы продолжали кромсать. Арлен по-прежнему опирался на локоть, но Ренна видела, как он Втягивает энергию и выжигает яд королевы.
С минуту ей чудилось, что они победили.
Но потом королева издала последний стон и обмякла. Ее матка разверзлась и мощным, бурлящим потоком исторгла яйца. Они раскатились по полу в слизи и жиже, расточая зловоние и дымясь. До последнего мгновения казалось, что дело это безобидное.
Из утробы выскочила шестерка яиц, каждое величиной с ночного волка. Они взорвались, едва соприкоснулись с воздухом. Ренна мигом поняла, что это те самые королевы-мальки, о которых говорил Алагай Ка. В отличие от зрелой, раздувшейся твари, которую она убила, эти были подвижны и готовы к бою. Они присели на мощных конечностях; сетчатые хвосты шевелились, как будто жили и мыслили самостоятельно; с раздвоенных жал капал яд.
Уцелевшие мозговики ликующе зашипели. Один, оказавшийся посмелее собратьев, бросился вперед, намереваясь, по-видимому, схватить себе королеву и скрыться.
Она же его ужалила. Мозговик запрокинул голову, изо рта пошла пена, и он упал в корчах.
Юные королевы еще были малы, немногим больше самой Ренны. Они вылупились внезапно и растерялись – сделались уязвимы. Выхватив нож, Ренна начала подкрадываться, чтобы покончить с ними раз и навсегда.
Но королевы засветились.
Сияя аурами и без того уже яркими, королевы-мальки присосались к магии матери, как младенцы к груди. В тот же миг они принялись расти. Спустя секунды они стали как лошади. Затем – как скальные демоны, и энергия продолжала втекать.
Вдруг они дружно повернулись к Ренне, и она попятилась, внезапно охваченная страхом. В их глазах светился разум, который был под стать напитанным силой аурам. Алагай Ка сказал, что юные королевы первым делом набросятся друг на дружку и будут драться, пока не останется только одна, но эта задача, похоже, отошла на второй план перед лицом опасности, грозившей целому улью.
Одна королева прыгнула на Ренну, расправив скользкие крылья, которые неистово забились, сокращая дистанцию. Ренна Втянула от магии, собравшись отразить нападение, но ребенок начал пинаться изо всех сил, и она пошатнулась. Энергия потекла стороной.
– Убей! – показала Шанвах отцу копьем, и Шанджат, взвившись в воздух, встретил королеву в полете до того, как та подоспела к Ренне.
Копье Шанджата пробило дыру в боку молодой королевы, но та не обратила внимания на рану. Щит был из толстой, надежно помеченной стали, однако королева разодрала его, как бумагу, и оторвала Шанджату руку. Челюсти щелкнули, схватили воина и быстро, в три приема, пожрали его.
Шанвах закричала – не криком скорбящей дочери, а в полную мощь усиленного магией голоса, стремясь осадить королеву. Она ринулась в наступление.
Но звук смутил королев-мальков не больше, чем щит Шанджата. Наоборот – разозлил их. Одна метнулась вперед, и Ренне осталось только смотреть, как Шанвах разрывают надвое.
Глава 43
Недра
334◦П.◦В.
Арлен надсадно закашлялся от новой волны тошноты. В горле скопилось что-то удушающее и жгучее. Он выхаркнул густую черную жидкость, которая зашипела и задымилась на камне. Голова пошла кругом. Все завращалось – Ренна, Джардир, уцелевшие демоны.
– Ко мне! – крикнул Джардир, приподнимая меточное поле короны.
Ренна шатко направилась под его защиту, но Арлен знал, что эта магия поможет не больше щита Шанджата и пения Шанвах.
«От королевы меток нет». Если хоть один мозговик сбежит с королевой или они установят здесь новый порядок, Тесе придется плохо. Если королевы победят, все, что он помнит и любит, будет обречено.
Алагай Ка так и не показывался. Предусмотрел ли демон случившееся? Знал ли он, что произойдет, когда они убьют королеву? Может быть, он этого и хотел – покончить с правлением последней и основать новую династию? Арлен огляделся, будто ждал, что король демонов вот-вот появится, но не нашел его в общем столпотворении.
Время словно растянулось. Мир плыл – жонглерское представление, на которое он перестал обращать внимание. Неужели конец?
Он отчаянно встряхнул головой, стараясь вернуться в настоящее, но вместо этого обратился мыслями к прошлому.
«Я не говорю, что знаю Его промысел, – сказал ему рачитель Джона перед битвой за Лесорубову Лощину, – но мне известно, что Он есть. Однажды мы оглянемся и поразимся своей слепоте».
Тогда Арлен счел это речью глупца, но сейчас, оглянувшись на прожитое, увидел, что вся его жизнь неотвратимо вела к данной минуте, будто направляемая рукой судьбы. Смерть матери, найденное копье Каджи, предательство Джардира, мор в Лесорубовой Лощине. Каждый эпизод служил мостиком на пути сюда, к нынешнему мгновению.
И все это окажется бессмысленным, если они проиграют.
Одна королева принюхалась к меточному полю Джардира. Оно сверкнуло, как солнце на водной глади, и разослало круги концентрического света, едва она сунула в него рыло. Королева отступила, продолжая соперничать с сестрами за энергию, которую они Втягивали от раздутого тела престарелой матери, но близился миг, когда древнюю владычицу выпьют досуха, и тогда ничто не остановит ее потомство.
– Рен.
Упав на колено, Ренна обвила Арлена рукой, помогла сесть:
– Держись. Все обойдется.
– Нет. – Он вцепился в ее плечо дрожащими и слабыми пальцами. – Эта отрава меня прикончила.
Ренна обхватила его другой рукой:
– Ты выкарабкаешься и придумаешь, как спасти всех до единого. Ты всегда знаешь как.
Арлен снова закашлялся. Он затрясся, мышцы свело судорогой, но он скрипнул зубами и выдавил:
– Знаю. Я все еще их слышу.
Ренна помедлила.
– Недра?
– Да. – Арлен прерывисто вздохнул. – Похоже, пора мне к ним прикоснуться.
– Пар’чин… – обернулся Джардир.
– Не дури, – сказала Ренна. – Оттуда не возвращаются.
– Знаю, – ответил Арлен.
Ренна сжала его, но тело уже онемело, и он почти ничего не почувствовал.
– Тогда я пойду с тобой.
– Нет, – взмолился
