— Как известно мне, — пробормотал Бастиан, — Великий Лорд выслушает мою сестру. И будет слушать внимательно.
Фарос уже знал, что Голгрин восхищается леди Марицией Де-Дрока, несмотря на несхожесть их взглядов. Этот план глуп и скорее всего, потерпит неудачу, но слова Саргоннаса, видимо, смягчили его душу, да и лицо отца вновь поплыло перед глазами.
— Что ж, если хочешь, исполняй.
Ошеломленный Бастиан поклонился:
— Тогда я сейчас же начну приготовления. Будь уверен, Фарос, я не подведу.
Когда, шаги сына Хотака затихли в коридорах, Фарос вновь пристально посмотрел на символ кондора. Тень птицы, казалось, дразнила его. Он повернул голову и встретил пристальные взгляды статуй-близнецов.
Яростно фыркнув, мятежник вложил меч в ножны и быстро вышел из зала.
Амбеон
Амбеон, как теперь называли восточную часть континента, занимал значительную часть эльфийского государства Сильванести.
Больше не осталось свободных эльфийских земель — легионы минотавров прочесали каждую пядь лесов до самого севера, где номинальный контроль удерживали их союзники-людоеды. По команде леди Мариции Де-Дрока специальные отряды из легиона Виверны, обученные драться в лесах, разделили древние кущи на четкие квадраты пять на пять акров. После чего каждый сектор досконально проверялся, так что даже мелкие зверьки не могли прошмыгнуть незамеченными.
Тысячи эльфов погибли. Со всеми своими навыками ведения войны они, тем не менее, не смогли противостоять методичному натиску многочисленных минотавров. Легионеры сумели реализовать накопленный столетиями опыт войн и междоусобиц, что в конечном итоге позволило Мариции и её офицерам одержать победу.
После окончания прямых военных столкновений к берегам Амбеона все чаще стали приставать суда с новыми колонизаторами на борту, которых Мариция немедленно направляла в различные секторы. Дочь Хотака приказала начать вырубку леса и прокладку дорог между поселениями, как еще одну гарантию безопасности. Дороги уже связали гавани с восточной третью Амбеона, облегчая доставку снаряжения и товаров для колонистов, позволяя накапливать силы перед следующим рывком на запад. Саргонатх, расположенный на берегах Керна, все еще действовал как главный пересадочный порт перед Амбеоном, но уже начались работы по устройству более удобной, большой гавани, которая позволила бы тяжелым судам отправляться непосредственно в Митас.
За столь короткий промежуток времени удалось многого достичь, но минотавров тревожил один факт. Леди Мариция все больше легионов снимала с охраны колоний и перемещала непосредственно к границе. Командующему не давала покоя какая-то честолюбивая цель…
Мариция скакала мимо строящихся зданий в сопровождении двух командующих легионами и личной охраны. Шлем, повешенный на луку седла, позволял ее густой медной гриве трепетать на ветру. Броня, когда-то сделанная специально по ее гибкой фигуре, блестела на солнце, черно-фиолетовый плащ, знак военного правителя, струился за плечами. Придерживая длинный меч, Мариция зорко смотрела по сторонам, не упуская из виду ни одной детали.
Когда она проезжала мимо, потные легионеры, одетые только в килты и сандалии, отрывались от тяжелых работ и отдавали честь. Солдаты восторгались не только ее красотой — Мариция уже успела заслужить репутацию опытного воина, достойной наследницы отца и Бастиана.
Она повернула породистое лицо и восхищенно посмотрела на высящееся перед ней сооружение, красиво подсвеченное заходящим солнцем. Высокие стены были сложены из огромных вековых стволов, скрепленных смесью гравия и песка. Скоро смесь высохнет, и тогда стены не уступят по прочности каменным, не позволяя никакому врагу рассчитывать на легкую победу. Четыре минотавра могли встать друг другу на плечи — но и тогда едва ли достали бы до верха. Когда все будет завершено, этот пятистенный форт сможет принять для обороны целый легион.
— Когда будут закончены главные ворота? — спросила Мариция одного из командующих.
— В работах участвует весь легион Василиска, миледи, — прогрохотал бочкоподобный минотавр со шрамами на лице, — за исключением сотни дозорных, несущих охрану. Ворота будут готовы самое позднее через неделю, стены закончим возводить дня через три-четыре. Потом немедленно начнем внутреннее обустройство.
Почти на две недели раньше срока. Мариция коротко улыбнулась командующему:
— Что ж, это уже шестой. С его окончанием северо-запад центрально-восточного сектора будет в безопасности.
Ее план состоял в устройстве цепи крепостей по внешнему периметру Амбеона, каждая из которых станет центром обороны для легиона. Они смогли бы противостоять любой попытке эльфов вернуть свои земли.
— Нам все еще необходимо большое количество солдат, — сказала Второй Командующий, — если мы собираемся закрыть всю границу.
Мариция не потрудилась ответить на столь очевидное утверждение. Говорившая, Килона, женщина с огненными глазами и черными украшениями, была новенькой среди верхушки командования Амбеона. Она руководила Хрустальным легионом и, подчиняясь не только Арднору, но и Храму, была выходцем из Защитников, вроде командующего легионом Красного Скорпиона. Как и другие Защитники, Килона сбрила гриву после принятия обетов, и теперь ее вид, вместе с отсутствующим взглядом, напоминал Мариции мать. Официально подчиняясь Мариции, Килона не доверяла ни ей, ни ее помощникам, всем известна была ее фанатичная преданность Предшественникам, что делало ее ненадежной в критические моменты.
— Есть признаки деятельности по другую сторону границы? — Мариция посмотрела на командующего легионом Василиска.
— Заметили нескольких разведчиков. Эльфов и людей. Мы не вмешивались, они наверняка думают, что их не обнаружили.
— Прекрасно.
Время от времени эльфы пробовали делать вылазки на потерянную родину. Но они недооценивали воинов минотавров, которых упрямо продолжали считать рогатым скотом в услужении у людоедов. Прошлые уроки ничему не научили надменную расу, потому Мариция не сомневалась в скорой вылазке. Их постоянство было почти смешным… если бы не заканчивалось так печально.
— Как выглядел человек?
— Одет как охотник, но двигался как Рыцарь Соламнии или Нераки. Думаю, все же соламниец.
Пока не было признаков вторжения Рыцарей Соламнии, но империя ожидала его. Из всех возможных противников Рыцарство тревожило Марицию больше всего — их кодекс чести и древнее боевое искусство делали соламнийцев человеческим аналогом минотавров. О войне против Соламнии слагали бы песни, и она стала бы необходимой острой приправой к безвкусной победе над эльфами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
