— В итоге на меня напали, и я был вынужден защищаться.
— Да? — Он сделал очень удивленное лицо. — А у меня другие сведения! Ты с двумя подельниками подло напал на сокурсников, избил их, да так, что трое находятся в больнице в тяжелом состоянии!
Я безразлично пожал плечами. Что-то сдерживало его, какая-то боязнь — видно, не был уверен в дэбэшной крыше. Потому сидел и разговаривал со мной, вместо того чтобы молча дать пинка под зад. Накручивал себя, решался.
— То, что вы нарушили закон, я молчу — пусть разбираются гвардия и суд, у меня нет полномочий лезть в их дела. Но то, что это произошло в моей школе, на подотчетной мне территории… — Он назидательно покачал головой. — Здесь я имею власть и все полномочия. Ты отчислен!
Почему я даже не вздрогнул от этих слов?
— Вы не можете отчислить меня без решения дисциплинарной комиссии, — решил все же пободаться я. Да, это бесполезно, но апатия еще не полностью овладела мной.
— Могу, почему нет? — удивился он.
— Потому что у вас нет доказательств. Я же могу предоставить массу свидетельств обратного. Того, что сам являлся объектом агрессии, на меня напали.
— Разве? — Он картинно развел руками. — Ты, наверное, имеешь в виду съемку, которая велась с твоего… с той штуковины, что была у тебя на голове?
Я кивнул. Что эта крыса придумала?
— А согласно уставу, данные с посторонних источников не могут являться основанием для исключения. Кроме проверенных специальными службами, подлинность которых установлена экспертами. А теперь подумай, Шимановский, ДБ станет ввязываться в вопрос твоего исключения? Оно им надо?
Ах ты ж, скотина такая!
— Гвардия…
— Гвардия это дело не ведет. — Витковский ехидно оскалился. — Ну, кому и что ты доказал? Слушать старших надо, Шимановский, а не выпендриваться! А теперь смотри.
Он развернул на боковой стене панель визора, во всю стену, и, что-то понажимав, вывел туда данные камер внутреннего слежения. Их было шесть штук, с разных ракурсов.
— Смотри-смотри!
Я смотрел во все глаза. Наблюдать за картиной боя со стороны, видя все допущенные ошибки… Здорово! Бой, оказывается, длился недолго, хотя казалось, шел целую вечность.
— Ай-ай-ай, какой агрессивный мальчик! А говоришь, жертва нападения! — В этот момент я добивал предпоследнего противника и брался за Толстого. — Опять же откуда у тебя граната — пусть разбирается безопасность, но пронос ее на территорию… А также шокер и кастет… Ты сам прекрасно понимаешь, Шимановский!
Я понимал. Это вещдоки, которые безопасники также изъяли и увезли. Но их-то в случае чего они предоставят как миленькие!
— А теперь последний штрих.
На экране все шесть каналов свернулись в дорожки, директор поднял их выше и выделил рамкой.
— Единственным основанием доказательства твоей правоты является эта съемка, так? На нее ты рассчитывал, выходя в вестибюль? И тогда, в столовой, и когда бил сеньора Рубини?.. Эх, юноша, юноша, как можно быть таким наивным!
На голограмме высветилась табличка: «Удалить?»
Подтверждение.
«Файлы удалены».
— Все, Шимановский, свободен. Завтра зайдешь за документами.
— Но… — Я привстал, пытаясь протестовать, но он со всей силы рявкнул:
— Я сказал, завтра заберешь документы! Сегодня рабочий день закончен! Пшел вон!
Глава 12
ВОПРОС НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Март 2447 года, Венера, провинция Полония,
Новая Варшава
Досье содержало много интересной информации. Раньше Войцеха не очень интересовало подобное, проходило мимо, а теперь все казалось увлекательным и познавательным. Читая, он переоценивал противников, смотрел на них по-новому, другими глазами. И все больше уважал этих людей. Ненависти и желания отомстить это не убавляло, наоборот, приятно драться с достойным противником, а эти люди были куда как достойны.
Начать стоит с того, что, когда ее высочеству исполнилось тринадцать лет, ее отдали в корпус на обучение. Все члены прямой ветви королевской семьи, по крайней мере девочки, проходят его, иначе что это за королевы, если они не способны постоять за себя? Но на сей раз ее величество королева Катарина решила выпендриться, поступить не как обычно. А впрочем, чего еще ожидать от фанатки «Звездных войн»? Она решила сделать из дочери настоящую принцессу Лею, сказочную героиню, тем более титул позволял.
В корпус набирают девочек тринадцати — четырнадцати лет, шерстя приюты планеты. Группы человек сто. Затем отбраковывают слабых или глупых (тесты на интеллект входят в программу наряду с физическими) и неуравновешенных. Остается группа человек десять — двадцать, которой в дальнейшем занимаются.
Лея, с документами, переделанными на имя Катарины Веласкес, очутилась среди группы таковых сирот. Катарина вроде как ее официальное имя, ну и что, что третье, а людей с фамилией Веласкес на планете — пруд пруди. Она сдавала тесты наряду со всеми, как самая обычная девочка из приюта, чтобы не выделиться, и никто ничего не заподозрил. Даже экзаменаторы не знали, что среди их подопечных принцесса крови, настолько основательно ее величество подошла к делу. И она прошла конкурсный отбор сама, без всякого административного ресурса!
Ее зачислили в группу самой обычной курсанткой, кадеткой, или как они там называются. Два года после этого, оторванная от внешнего мира, проходила обучение наряду со всеми. А учат там жестко, одно слово — мясорубка.
Принцесса выдержала. Именно там выковывался ее железный характер, благодаря которому она все еще на плаву и даже диктует знати свою волю. Но через два года настал завершающий этап, испытание, отделяющее «малышню» от полноправного звания «ангела», — «Полигон». Полигон с большой буквы.
Это святое испытание для всех кадетов корпуса. Реальная битва на выживание, в которой гибнет много их воспитанниц. Им не заканчивается обучение, оно длится еще года два, но после Полигона девочки дают вассальную клятву, получают право голоса и становятся полноправными членами сообщества.
Это испытание — игра, похожая на «Короткое оружие». Такие же лабиринты, та же цель — уничтожить всех соперников, только, в отличие от игры, оружие у всех настоящее. Как и кровь.
Команды две, с равным количеством бойцов. Первая — кадетки, претендентки, вооруженные до зубов пятнадцатилетние писюхи. Вторая — зэки-смертники. Он дважды видел вербовщиков корпуса, приезжавших в «Пуэрто де Диос» с предложением участия. Некоторые его знакомые согласились — в случае победы с них снимут все обвинения, изменят внешность, документы и с новым именем выпустят в Большой Мир, перечеркнув прошлые преступления. Туда берут не абы кого, а самых сильных, самых отвязных, самых опасных — настоящих зверей. Этим людям нечего терять, они знают это и дерутся как львы. Его бы точно не взяли, хотя он и служил в армии. Зэки также вооружены до зубов, перед поединком им дают на выбор целую гору оружия — что хочешь, то и используй. Цели, правда, отличаются: у «ангелов» — уничтожить всех зэков, не допустив спасения ни одного из них; у зэков — добраться до выхода, находящегося за позициями «ангелов», в самом конце лабиринта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
