От девочкиного платья оторвали воротник и рукава. Ее держали трое, и только один из них был одет в мягкую промасленную кожу, как стражники у Морозных ворот. Юбка у девочки перекрутилась, голова бессильно поникла.
— Не держите, пусть падает, — произнес Марафис. Трое мужчин разжали руки, и девочка повалилась наземь Марафис ткнул ее носком своего сапога. — Думала, что сбежала, да? Думала, что одурачила Ножа? — Он еще дважды ткнул ее в ребра. — Думала, что сгубила моего человека и сбежала? — Он вдавил ее пальцы каблуком в снег. Что-то хрустнуло, как трухлявое дерево, но девочка даже не вскрикнула.
Райф, охваченный гневом, придумывал для них шестерых медленную и мучительную смерть. Кланники никогда бы не стали так обращаться с женщиной. «А как же Дорога Бладдов?» — шепнул ему тихий голос, но Райф прогнал его от себя.
— Ну что ж, давай беги. Поглядим, далеко ли ты убежишь. — Марафис поддел девочку сапогом под спину и приподнял ее с земли — Беги, я сказал. Грод желает поохотиться. Помнишь Грода, а? Ты ему оставила свой локон на память.
Девочка попыталась встать. Худущая какая — откуда у нее только силы берутся? Опершись на поврежденную руку, она громко всхлипнула и снова повалилась на снег. В этот миг она увидела Райфа и Ангуса.
Вооруженные люди расступились, чтобы она могла встать, и ничто больше не отделяло ее от двух путешественников. Райф впервые разглядел ее как следует — раньше этому мешали мельтешившие тела, — и горло у него сжалось. Ей было не так уж мало лет, как ему показалось вначале.
Тучи разошлись, и солнце упало на лицо девушки, сделав ее кожу серебристой. Райф похолодел, волоски у него на теле стали дыбом, и точно призрачные пальцы прошлись по позвоночнику. Трясясь как в ознобе, он заметил нечто малозначительное и в то же время жизненно важное.
Она смотрела не на него.
Она смотрела на Ангуса Лока.
Серые глаза притягивали к себе медные Ангусовы, словно невидимой нитью. Мгновение повисло, как пыль в теплом воздухе. Все исчезло — ветер, мороз и солнечный свет. Райф почувствовал себя бесплотной тенью. Ангус и девушка — только они шли в счет.
Дядя затаил дыхание, и у него вырвалось какое-то слово. Райф ясно расслышал его, но не понял, что оно значит. «Гера», — произнес Ангус.
Ангус Лок обнажил свой меч — простой, грифельно-серый. Он ступил вперед, и в этот миг что-то сползло с него, как старая кожа. Он стал крупнее, выше и грознее, а глаза его из медных сделались золотыми.
— Держи лошадей, — бросил он, не глядя на Райфа. — Стой на месте и жди.
Райф безотчетно взял под уздцы гнедого. Пустота у него в груди заполнилась страхом. Он ничего не понимал. Неужели Ангус полагает, что справится с шестью вооруженными людьми? Что происходит?
Ангус шагал вперед, стиснув обмотанную кожей рукоять меча. Его била сильная, заметная издали дрожь. Девушка сидела на снегу, и Марафис толкал ее сапогом на манер охотника, не уверенного, жива или нет подстреленная им дичь. Стражник в черной коже увидел Ангуса первым. Он поднял свой красный клинок и пихнул Ножа в бок.
Марафис вскинул глаза. Ангус был шагах в тридцати от него. Марафис медленно вытер рот.
— Опускай ворота, — сказал он невидимому стражнику на башне. — Драться будем внутри. — Не сводя глаз с Ангуса, он подал своим людям знак взять девушку и внести ее в город. Трое занялись ею, а двое стали по бокам своего вожака. Марафис стоял на месте, глядя, как приближается Ангус. Железные ворота у него над головой заскрипели, и решетка поползла вниз. Райф подвел лошадей к сухой березе и привязал их. Черные от грязи пики опускались мелкими рывками. Освободив руки от поводьев, он бросился бежать.
Ангус ступил на площадку ворот. Марафис с натянутой улыбкой попятился, предоставив двум людям у него по бокам начать бой. Мечи — красные, как будто уже окровавленные, — взвились, отражая свет. Колеса, набрав движение, завертелись сами по себе, и решетка камнем пошла вниз. Ангус метнулся вперед, на волосок разминувшись с железными пиками. Райф мчался во всю прыть, стараясь попасть к нему.
Поздно. Пики вонзились в землю, когда он добежал до ворот. Вцепившись в решетку, Райф потряс ее что было мочи, и сверху на него посыпались комья грязного снега.
— Ангус!
В нескольких шагах от него, за воротами, пятеро человек образовали круг около его дяди. Потемневшее лицо Ангуса было спокойно. Острие его меча уже окрасилось чьей-то кровью. Чертя в воздухе стальной круг, он ранил еще двоих.
Трое в черной коже выскочили из воротной башни и оттащили девушку в сторону, подальше от боя. Всего Райф насчитал десять красных клинков. Марафис Глазастый стоял обок и наблюдал, кривя свой маленький рот. Чей-то меч задел Ангусу ухо.
Сердце Райфа бешено колотилось. Надо было что-то делать. Он дико повел глазами вокруг. Лось и гнедой тыкались носами в снег, раскапывая кустик чертополоха. В глаза Райфу бросился похожий на крыло чехол, притороченный к спине гнедого. Лук Ангуса.
Райф припустил обратно к лошадям. За спиной кто-то тихо вскрикнул — Ангус получил второй удар. Райф не мог сейчас думать об этом: это только задержало бы его. Он возился с медной пряжкой, удерживающей футляр, и собственные руки никогда еще не казались ему такими большими и неуклюжими. От масла, накапавшего на него с ворот, он весь сделался скользким, и пальцы не желали слушаться.
Натягивание лука, как ему померещилось, заняло у него несколько часов. Навощенная тетива застыла на морозе и все время выскальзывала из рук. В конце концов Райф натянул ее зубами и, стиснув дрожащими пальцами лук, постарался успокоиться. Этому помогло прикосновение к великолепной резьбе, украшенной вкраплениями серебра и синего рога. Райф уже пользовался этим луком и пообвыкся с ним.
Опоясавшись колчаном Ангуса, он побежал назад к воротам. Железная решетка, прутья толщиной с человеческую руку пересекались под прямым углом, и между ними просвечивали маленькие двухдюймовые квадратики. Райф достал из колчана стрелу. Ее свинцовая голова была тяжелее тех, к которым он привык, и что-то неосознанное подсказывало ему, что надо целить выше и сильнее оттянуть тетиву.
Один человек за воротами уже упал, получив глубокую рану в плечо, двое других обливались кровью от порезов на руках и ногах. При девушке остался только один стражник, заломивший ей руку за спину. Семеро остальных красных клинков сдерживали Ангуса Лока. Видно было, что их увертки бесят его. Если бы один или двое противников напали на него в открытую, он одолел бы их — Райф видел, как быстро движется его дядя, как уверенно он орудует своим простым мечом. Но красные клинки играли на выжидание, изматывая его. Они знали, что Ангус опасен, — проще было дождаться, когда он сделает ошибку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
