проходит не в точные сроки, а слегка с запозданием... лет на пять. Не могу сказать за всё, но что-то точно осталось из тех годов. Нужна одиннадцатая секция.
— Директор повернул выключатель и по секциям стал включаться свет освещая всё больше и больше стеллажей выныривающих из темноты.
Варвара брезгливо скидывала паутину.
— Боитесь пауков? — спросил Давид.
— Вы очень внимательны, но боюсь я не пауков, а паутину.
— Вот как ... обычно наоборот. Идёмте.
Михалыч осматривал подвал. Он как истинный профессионал искал вероятные пути отхода или просто любовался грязными стенами.
Отсчитали десять секций. На следующей красовался номер «11». Загремела труба.
— Что это? — дёрнулся Михалыч.
— Где? — не понял директор.
— С трубой что?
— А, вы про трубу... перепад давления воды. У нас тут потребление большое, а насосы не справляются бывает резкое падение мощности и обратно резкое повышение.
— Образцово показательный лагерь? — пошутил Михалыч.
— Точно, он самый. Бюджет режут который год, а детей присылают круглогодично. Порой в лагере даже простой ремонт не успеваем провести вовремя. Вот Ваша секция, а вот Ваши стеллажи.
Директор указал на ряд двухсторонних металлических стеллажей.
— А ориентиры какие-то по годам есть?
— Какие ориентиры? Я Вам показываю стеллажи с документами того года, который Вы запросили.
Выражение лица Варвары сильно изменилось и было видно, что она в растерянности.
— Твою мать... — тихо произнесла девушка — мы тут за месяц не нароем ничего.
— Глаза боятся руки делают — возразил Давид. Тут папки не хаотично лежат. Просто пройдитесь по полкам и смотрите, где лежат личные дела вожатых. Отдельно будут лежать документы с бухгалтерии, закупки, приказы.... В общем всё в своих кучках. Пересортицы точно не будет.
— Не всё так плохо?
— Не всё так плохо — подтвердил Давид — вот, держите — он передал ключи от входной двери Михалычу и добавил — как закончите закроете и найдёте меня по телефону. Договорились?
— Договорились! — подтвердил Михалыч.
Директор ушёл.
Варвара отметила:
— Он отлично говорит на русском, я даже акцента не слышу.
— Я тоже отметил, когда первый раз с ним встречался. Он обучался в Москве.
— Ох, ну конечно! Могла бы и сама догадаться. Ну что, приступим?
— Ты с этой стороны стеллажа, а я с той. Договорились?
— Договорились.
Варвара достала первую папку и начала просматривать. Михалыч перешёл на другую сторону. Все документы были на английском. Варвара справлялась, но с Михалычем было сложнее. Он английским не владел, но владел смекалкой. На личных делах будут фотографии, а на иных документах их нет. Даже если и будут, то просто сверит содержимое и всех делов. Ситуация усложнялось сроками поисков. Закончить нужно было к утру максимум или придётся тут остаться дольше на день может два.
В Ленинске тоже не сидели зря три недели. Там велась работа по поиску подручных колдуна. Всех, кого опознали на фотографии старика вождя проверяли через Москву. В прошлом обычные студенты практиканты на стажировке у молодого Кенийского гения профессора археологии. Михалыч оказался прав. Профессор нашёл в архиве старые советские исследования пещер и решил возобновить работу так как посчитал её незаконченной. Он собрал группу молодых студентов организовал финансирование и отправился в горы, где и провёл со студентами больше года. Как ему удалось договориться с племенем никто не знает. Большая часть студентов сейчас обычные преподаватели в школах. Их всех и проверяли последние полторы недели. Остались четверо человек которых не удалось опознать. В какой-то момент позвонил Сагоби. Поездку отменили, а самого Сагоби привлекли к поиску личного дела незнакомца с фотографии. Сложность заключалась в том, что все документы были упакованы в одинаковые папки и если бы они хоть как-то различались, то можно было не делать лишнюю работу, а сразу отсеять ненужное. Просидели семь часов. Разок успели сходить перекусить и вернуться.
— Есть! — воскликнула Варвара — я нашла!
Михалыч стряхнул пыль с рук.
— Что нашла?
— Личные дела. Они тут на самом верху в середине.
Сагоби притащил стул и поставил его рядом со стеллажом. Варвара взобралась на него, достала с верхней полки пару папок, убедилась, что это личные дела и стала опускать их вниз, передавая Михалычу и Сагоби. Набралось штук пятьдесят и в каждой несколько личных дел. Разделили между собой и начали просматривать. Минут через двадцать Михалыч произнёс:
— Вот оно, я нашёл.
Варвара и Сагоби отложили свои поиски и подошли к подполковнику.
— Ну-ка — Варвара забрала и Михалыча открытую папку и подтвердила — да, на фотографии он. Сейчас посмотрим кто это такой — и начала читать.
— Его зовут Павел Геннадьевич Горчаков.
— Русский?
— Да, он из Союза а если быть точнее из Москвы, он студент.
Михалыч растерялся.
— Почему тогда его не опознали или он из Москвы?
— Вот этого и я не понимаю. В Кению он прибыл на стажировку и временно работал в лагере Бонгани в качестве вожатого. Основная специализация археология.
Сагоби поинтересовался:
— Дело с собой забрать можете?
Варвара пожала плечами и за неё ответил Михалыч.
— Думаю да, Давид сказал, что это документы старых лет и должны были быть уже давно утилизированы. По какой-то странной причине часть документов до сих пор не уничтожили.
Не нужные папки сложили обратно и всё привели в порядок, как и было. На улице был уже вечер. Михалыч созвонился с директором и встретившись с ним позже передал ключ от архива. Проблем с папкой не было. Директор спокойно разрешил её забрать. До основного торжества осталось меньше часу. Михалыч обещал Максимке что будет на вечернем концерте и выполнил это обещание. Переодевшись, он и Варвара посетили мероприятие. Сагоби не пошёл. Он уехал, домой обещая продолжить поиск информации об оставшихся троих неизвестных с фотографии. На следующий день, ближе к обеду, огромный Конкорд улетел, увозя на своём борту Варвару, Михалыча и Максимку обратно в Москву.
********
— Ну, пока Пашка — попрощался Максимка с другом в аэропорту Москвы.
Пашка отправлялся к себе домой, а Максимке предстоял ещё один перелёт до Ленинска.
— Держи краба — протянул Пашка руку Максимке — не забывай звонить!
— Не забуду — пообещал грустно Максимка.
Расставаться тяжело. Особенно если это твой первый и единственный реальный друг. Пашка подхватив свои вещи и зашагал к выходу из терминала. Максимка грустно посмотрел ему в след и
