Атмосфера в каюте царила напряженная, молчание ненадолго прерывалось фразами, которыми перекидывались Торн с Ико. Зола перелистывала новостную ленту, просматривая свежие слухи о свадьбе и бунте в Фарафре.
Горожане выпустили военных из-под контроля, как только прибыло подкрепление. Вместо того чтобы пытаться арестовать и депортировать такое огромное количество народа, военные Содружества, получив разрешение от африканского правительства, заключили город в вооруженное оцепление и ввели комендантский час, чтобы допросить и взять под следствие каждого из присутствовавших. За помощь опасным преступникам Линь Золе, Дмитрию Эрланду и Карсвеллу Торну их выставили предателями Содружества, хотя в новостях периодически объявляли, что правительство готово проявить снисхождение к тем, кто готов будет предоставить информацию о беглецах и их текущем местонахождении.
Складывалось впечатление, что никто из жителей Фарафры пока не пошел на сотрудничество с правительством.
Зола подумала: интересно, обращались ли с лунными подданными так же, как с землянами, или они просто дожидались своей судьбы - дальнейшей депортации на Луну для проведения настоящего следствия. На данный момент никто из журналистов не упоминал о том, что бунтари были родом с Луны. Ей показалось, что правительство намеренно скрывает этот немаловажный факт, чтобы избежать паники в близлежащих городах (или даже во всем мире), которая наверняка начнется, как только станет известно, как легко выходцы с Луны могут при желании смешаться с местным населением. Зола хорошо помнила то время, когда она искренне считала себя единственной на Земле, и в какой ужас пришла, когда Эрланд доказал ей обратное. Сейчас она смеялась над собственной наивностью.
Когда на горизонте показался Новый Пекин, Зола свернула новостную ленту. Гигантские ажурные здания в центре города походили на исполинские статуи из стекла и хромированного металла, такие изящные, будто парили в воздухе. И тут ее застало врасплох совсем неожиданное чувство - тоска по дому. До сих пор она была слишком занята, чтобы осознать собственные чувства.
Дворец, разместившийся на утесе, как страж на своем посту, величественно сверкал в лучах утреннего солнца. Они быстро миновали его. Ясин, следуя указаниям Золы, направил челнок в деловой район города. К ее радости, они легко смешались с толпами хуверов и небольших космических челноков. Первой вышла сама Зола - в двух кварталах от городских апартаментов «Феникс».
Выбравшись из корабля, она сделала глубокий вдох. Хотя осень вскоре должна была вступить в свои права, пока что в Новом Пекине царило лето. Денек выдался теплый и безоблачный. Температура была немного выше комфортного максимума, но не стояло такой удушливой духоты, как в те последние дни, которые Зола провела в Пекине.
- Если я не покажусь в условленном месте в течение десяти минут, - проинструктировала она, - сделай несколько петель вокруг квартала и возвращайся.
Ясин кивнул, даже не взглянув на нее.
- Если представится возможность, - напутствовала ее Ико, - отвесь Адри хорошего пинка за меня. Только металлической ногой.
Зола напряженно рассмеялась. Затем друзья уехали, оставив ее одну на улице, которую она раньше переходила тысячи раз.
Она уже применила лунные чары, но сосредоточиться оказалось нелегко, поэтому Зола просто опустила голову и быстрым шагом направилась в апартаменты, которые раньше считала домом.
Одиночество неприятно давило на нее после нескольких недель в кругу друзей. Но, с другой стороны, Зола даже радовалась тому, что никто не сопровождает ее на этом этапе операции. Почему-то ей показалось очень важным полностью отделиться от той прежней себя, которая раньше жила в этом месте, а мысли о том, что друзья могут случайно познакомиться с прежней ее семьей, заставляли морщиться от омерзения.
Когда Зола подошла ко входу в апартаменты, ее футболка уже липла к спине, насквозь мокрая от нервного пота. Дождавшись, пока подойдут какие-то жильцы, она вслед за ними проникла в здание. В маленьком вестибюле ее обуял застарелый страх - чувство, которое когда-то казалось ей привычным и нормальным. Но на сей раз у нее были цель и предназначение. Она больше не была никому не нужной сироткой-киборгом, прятавшейся от злобных взглядов мачехи Адри в подвальной комнатке.
Теперь она была свободна, сама отвечала за себя и никому не принадлежала. И даже Адри больше ей не указ.
Впервые за всю свою жизнь Зола вышла из лифта с высоко поднятой головой.
В коридоре никого не было, только драный тощий кот вылизывался в полутемном углу.
Зола подошла к двери с номером 1820, расправила плечи и постучала.
С той стороны послышались шаги, и Зола сосредоточилась, готовясь применить свои лунные чары. Она решила примерить облик одной из чиновниц, которую по нетскрину заметила рядом с Каем на какой-то из пресс-конференций: плотненькая женщина средних лет с темными волосами с проседью и миниатюрным носиком. Зола воспроизвела ее облик в точности, вплоть до серо-голубого делового костюма и туфель благоразумного бежевого цвета.
Дверь раскрылась, и в коридор хлынула волна жаркого спертого воздуха.
Перед ней стояла Адри, затягивая пояс на шелковом банном халате. Она постоянно носила дома халаты, но конкретно этого Зола не помнила. Волосы Адри собрала назад. Она была без макияжа; на лбу ее сверкали мелкие капли пота.
Зола думала, что ее скрутит от отвращения при виде мачехи, но все обошлось. Глядя на Адри, она испытывала только холодное отчуждение.
Это просто женщина, у которой имелось нужное ей приглашение на свадьбу. Еще одна задача из списка, которую требовалось решить для достижения цели.
- Да? - процедила Адри, окидывая ее скептическим взглядом.
Зола, а точнее, чиновница из дворца, строго ей кивнула.
- Доброе утро. Линь Адри-цзе дома?
- Я и есть Линь Адри.
- Рада знакомству. Прошу прощения за беспокойство в такой ранний час. - Зола приняла деловитый вид. — Я представляю стратегический комитет по делам королевской свадьбы. Для вас приготовили два приглашения на свадебную церемонию императора Кайто и Ее Величества лунной королевы Леваны. Поскольку вы являетесь почетной гостьей, я уполномочена лично передать вам приглашения на сегодняшнюю церемонию.
Она показала Адри два кусочка бумаги - на самом деле бумажные платки, но мачехе они должны были показаться двумя дорогими плотными конвертами ручной работы.
По крайней мере Зола на это очень надеялась. Пока что высший уровень, которого Золе удавалось достичь в превращении неодушевленных объектов, сводился к маскировке собственной металлической руки.
