Но было уже поздно. Никакая реакция не спасла бы его в тот момент. Направляемые сильными и как никогда уверенными руками мечи Астерса разом вонзились в грудь Зена. Впервые в жизни он проклял несгибаемый боевой дух того, кого когда-то считал другом. Всегда сражавшийся до конца за свою великую Родину, теперь Астерс бился до последней капли крови за ту надменную повелительницу, поработившую его разум и волю.
— А-а-а-а-р-р-р-р! Нет! Нет! — в отчаянии прокричал поражённый айсериец.
— Ха-ха-ха-ха-ха! Молодец, Астерс! — стервозно рассмеялась Висентия, — кончай с ним и иди ко мне!
— Да, госпожа, — произнеся заученные наизусть слова, Астерс попытался вынуть лезвия из груди Зена. Но прямое попадание молнией сказывалось на нём. Тело тряслось и отказывалось подчиняться Астерсу, как он повиновался Висентии. Вместо рывка назад руки расходились в стороны, расширяя уродливую рану и делая смерть Зена ещё более мучительной. Но крики и стоны айсерийца более не ласкали уши его врагов. Яростно сверкая всё ещё полными жизни глазами, он смотрел прямо в лицо своему беспощадному врагу. В голове Зена вновь возник облик той, ради которой он сделал бы всё, что только может офицер великой Айсерии. Ему представилось, что сейчас этот хладнокровный убийца набросится на неё и нарушит столь шаткий баланс сил. Два существа погибнут разом. Смелая и сильная мать не выдержит натиска, и вместе с ней молодой воин Айсерии умрёт, так и не родившись. Нет! Этому не бывать!
Словно выскребая из своего сосуда жизни остатки сил, Зен поднял меч и нанёс решающий удар. Своим клинком он скользнул прямо по шее Астерса. Кровь фонтаном брызнула на пронзённую грудь и вмиг перемешалась с его собственной.
Никогда прежде Зен не испытывал такой радости. Ведь из всех возможных смертей, что могла уготовить ему судьба, он, вне всякого сомнения, выбрал бы именно эту. Зен погибал, сражаясь за Родину, за любимую всей душой Сейну и сына, и с собой в могилу он утаскивал опасного и сильного врага. Его радость уменьшал лишь тот факт, что эту смерть он получил от того, кого ещё совсем недавно называл чуть ли не братом. И вот, они падают вместе на раскалённый песок. Падают, сразив друг друга насмерть, словно давние враги, словно солдаты двух противоборствующих армий, словно ангел и демон, сцепившиеся в битве за грешную землю. "Прости меня, друг!" – подумал Зен, рухнув с Астерсом вниз, и вскрикнул:
— Живи, Сейна! Живи до конца! — и добавил уже почти шёпотом: – Живи, сын мой!
Две пары глаз ещё добрые полминуты не могли сомкнуться. Но, в конце концов, смерть взяла своё. Сначала под тяжестью мёртвых век закрылись пустые, ничего не понимающие глаза Астерса. Ведь он так и не осознал всей трагичной нелепицы произошедшего. Для него это была героическая смерть за свою хозяйку. Сомнений в правильности своего поступка он не испытывал, в то время как Зен смотрел на ставшего врагом друга, и пока ещё мог думать, произносил про себя: "Прости меня, Астерс. Прости меня". Он повторял это, пока совсем не расстался со своей достойно прожитой жизнью.
***
Две сестры не отрывали взгляда от ужасного зрелища уже столько времени, сколько каждой из них хватило бы на несколько выстрелов молниями. Сейна, не способная более смотреть на душераздирающую картину, первая обратила свой взор на ту, что будет противостоять ей ещё очень долго. Почувствовав на себе хищный взор, Висентия тут же направила на неё свой – не менее пронзительный и такой же устрашающий. По хитрому лицу вновь скользнула дьявольская улыбка, и за ней последовал всё тот же особый, присущий только ей издевательский смех:
— Ха-ха-ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха-ха! Ну, как тебе мой зверёк? Впечатляет, не правда ли? Дерётся за свою госпожу до последнего! Препарат подействовал как нельзя лучше. Может быть, я испытаю его на ком-нибудь ещё…
— Астерс любил тебя! Он был единственным во всей бесконечной вселенной, кто мог разглядеть в твоей душе что-нибудь, кроме той грязи и мерзости, что оставил там капитализм. Он пытался исцелить тебя, дура! А ты растоптала его чувства!
— И правильно сделала! Мне плевать на то, что вы думаете! Кто вы все такие, чтобы… ха-ха-ха-ха-ха, исцелять меня?! Вам самим от этого не смешно? Кем вы себя возомнили? Вселенским разумом? Открою тебе маленький секрет, сестрёнка. Это называется синдромом Бога. Так что, это ещё очень большой вопрос, кого из нас нужно лечить!
— Конечно! Лечить надо тех, кто верен своей Родине и сражается за неё до последней капли крови! Ведь это безумие, не правда ли? Это психически нездоровые идиоты! Лучше наплевать на всех, и на свою страну в том числе! Делать всё, что заблагорассудится, сказав, что никто тебе не указ! Думать только о себе! Разве будут благоразумные существа руководствоваться каким-то там понятием воинского долга? Делают ли они что-нибудь хорошее для своей страны? П-ф-ф-ф. Нет, конечно, это для идиотов. Как и моральные принципы. Кому они вообще нужны? А эти айсерийцы совсем умом тронулись! Хотят, чтобы каждое разумное существо в галактике поднялось на несколько ступеней вверх в своём моральном развитии и начало ставить интересы Родины превыше своих желаний! Какие негодяи! — сарказм Сейны не знал границ, и он уже постепенно начал выводить Висентию из себя:
— А ну заткнись! А то ты начинаешь напоминать мне этого наглого противного мальчишку до того, как я ввела ему, что надо! Вот дьявол, сестрёнка, а он был убедителен. Мало того, что мечом неплохо машет – целый гарнизон Алькатраса перебил, вдобавок и излучатель помех из строя вывел – так ещё и язык у него подвешен неплохо. Держу пари, вы учили его искусству своей паршивой пропаганды! Знаешь, я уже чуть было не поверила. Астерс выстроил всё настолько прозрачно и логично… Но мне, знаешь ли, всё равно, кто мне что скажет! Так меня учили, понимаешь! Не слушать айсерийцев, что бы они ни говорили! И я буду… — Гневную речь Висентии прервал смех. На этот раз его издавала Сейна.
— Ха-ха-ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха! Ну и кто теперь из нас сумасшедшая?! Ты же сама только что признала себя такой! Тебе всё прекрасно изложили и доказали, а ты настолько окрепла в своём безумном фанатизме, что с тобой общаться уже бесполезно. И теперь я жалею об одном, — голос Сейны вновь огрубел и наполнился грозными интонациями, — что из-за такой твари, как ты, погибли Зен и Астерс – прекрасные сыновья строя справедливости! И их смерть была отчасти напрасной. Я ведь и без этого знала, что ничем, кроме как смерти, тебя не вылечить!!!
В тот же миг из ладони Сейны вырвался разряд. Онемение левой руки прошло, и теперь она могла метать их намного быстрее. Но к ноге Висентии также вернулись чувства, и вместе с ними способность стоять на твёрдой земле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
