нараставшая паника растворилась в пламени болезненно горячего узелка внизу живота.
— Просто помни, что твой сорт для меня ничего не значит…
Плечи дрожали едва заметно, но голос подводил, несмотря на стиснутые складочки платья.
— Отрадно слышать, но стоит мне выйти и твои красивые слова не защитят, когда меня пустят по кругу. Ты ведь уже знал, что не просто так в школе сменили охрану?
Храбрясь, я толкнула Хэдеке в бок и очевидно испуганно усмехнулась, когда он не поспешил отлипнуть от меня и продолжил стоять рядом, словно с мишенью на груди.
— Или два всемогущих школьника смогут защитить меня даже от убийц?
Джейсон мягко притянул меня ближе и поглаживая по запястью, словно провожая на эшафот, лишь мягко улыбнулся и неспешно продолжил двигаться по неумолимо таявшей очереди к, богато украшенной, парадной двустворчатой двери.
— Ты не до рассказала, как там дела с девственностью…
— И нашёл же время!
Я взбодрилась так неожиданно, что сама не поняла, как на мгновение забылась.
— Сейчас самое время…
Джей незаметно сплёл наши пальцы и старался почти не смотреть на меня, всё так же, по-прежнему глядя на окружающих с надменной ухмылкой, походившей куда больше на фотогеничный, но хищный оскал.
Странное чувство…
И всё же, выбора не оставалось. Я ещё раз подняла глаза на спокойные черты его лица и, так и не найдя в них эмоций, обречённо вздохнула, положившись на парней.
— Да что о ней говорить…? Моя невинность — это товар не хуже золота, а балтийцы начали играть по-британски, пока Калининград стал костью в горле, которая хочет жить по «велению сердца». Джон был прекрасной партией, чтобы найти компромисс. Вот я и поехала на церемонию помолвки.
Окружающие школьники галдели, с предвкушением ожидая праздника, то и дело посматривая в нашу сторону и перешёптываясь с едкими ухмылками. Впрочем, об их мыслях догадаться было не сложно, выставляя нас с Хэдеком меркантильной парочкой альфонса и коронованной шлюхи, но с каждым вздрагиванием плеч, Джей всё нежнее сжимал мою руку.
Вновь был рядом и не отпускал…
— Мне купили билеты и всё остальное, но «прекрасная особа» из Корнуолла сорвала планы и меня не пропустили даже на открытый для всех подземный туннель. Дескать, дорожные работы. Для такой «важной персоны» слишком опасно. Что уж говорить, для воды и воздуха у них удачно нашлись и шторма, и ураганы.
От накативших воспоминаний о той ехидной рожи пограничника, что дал мне от ворот поворот, мне едва удалось сдержаться и не стукнуть в сердцах о мрамор пола каблуком.
— Честно говоря, я не верила, что смогу, но лучше было утонуть в Ла-Манше и «подмочить» им репутацию, чем самой не приехать, сославшись на «пробки». Вот и поплыла. Даже попала на ТВ. После этого им было уже не отвертеться.
От жгущих, но не греющих взглядов, хотелось провалиться под землю и укрыться под мальчишечьим плечом, но именно сейчас… рядом с ним, я, как никогда не имела права опустить глаза и скукожиться, будто загнанный зверёк.
Не могла подвести мой до жути милый кусочек козлятины…
— Припёрлась потом, как пугало и грохнулась в обморок прямо перед императрицей, из-за чего церемонию пришлось отложить на три дня, но…
Почему-то мне до одури захотелось посмотреть на Хэдека, который был даже немножечко похож на бриллиантового льва, и с улыбкой говорить о женихе, грея уставшую от страха, душу его натянутой улыбкой.
— В тот день Джон впервые посмотрел на меня, как на ровню, а не красивую безропотную шкурку, о которою можно полировать член. Долг долгом, но у всего есть предел.
— Почему тогда ты просто не жила у жениха? Такую невесту он точно не дал бы в обиду.
— А разве не понимаешь? После помолвки, я бы стала заложницей. Пока у страны есть Томми, то всё хорошо, но останься я в Лондоне, то вышла бы замуж на их условиях, а отца можно заставить передать трон мне…
— А значит и Джону…
— В точку. Не ожидала, что в этом Джон будет очень похож на Лиама и его план с Девигири, но, видимо, львы и правда, что в Англии, что здесь. Сватовство в Калининграде не одобрили под предлогом войны, а вот я не прийти на церемонию просто не могла. Каким бы не был риск…
Я дотянулась до сумочки и вновь состроила рожицу перед камерой, театрально чмокнув Хэдека в небритую щёку, запечатлев поцелуй на фото.
— За дочерью Бенерджи стоят лишь их судьбы, а мне нельзя было бы даже прыгнуть с крыши без осознания, что всё, что мне дорого, сгорит дотла вместе со мной.
Я выставила перед нами раскрытую ладонь, на котором поблёскивало помолвочное кольцо.
— Пришлось даже обзавестись отравленной иглой там, где не посмеют проверять. Подарок принца как ни как…
Сердце понемногу унималось, а в глазах промелькнула надежда, когда из боковых помещений выскользнул Ное и встал рядом с охраной у двери.
— Потом мне пришлось чуть ли не сбегать от их британской «заботы». От того-то я и ненавижу бриташек… как вспомню их придворных дам, так мороз по коже. Б-р-р-р!
— Ладно… поверю в ожидании, что моя нимфа океана окажется богиней не только в воде.
Мальчишка очевидно намекал на пошлости, но на его лице не дрогнул и краешек губ.
— Наверное, купившая тебя девчонка тоже была «отблагодарена» таким же способом?
Не смотря на страх, меня неожиданно уколола ревность.
— Нет… её затравили те, кого она обошла на аукционе за право обладать моей «благодарностью».
Не смотря на жуть сказанного, по телу растеклось удивительно нежное тепло, а пальцы подрагивали уже не от страха, а жара полюбившейся руки, державшей мою несмотря на все взведённые курки. Несмотря на то, что я просто обязана была стать следующей жертвой.
— Почему вы идёте на это?
По щекам едва не потекли слёзы от переполнявших чувств и желания провалиться сквозь землю от давно забытого чувства, истекающего кровью, загнанного зверя.
— Почему рискуете ради меня? Я же для вас
