он в тебя влюбился, Хель!
– Ничего подобного!
– Мне кажется, вы слишком много выпили. – Я вынырнула из-под её руки, не желая, чтобы Ран использовала меня в качестве наживки для брата.
Эрренда перекашивало от одной мысли о том, чтобы приблизиться ко мне. Хотя, возможно, у него в целом не ладилось с женщинами – от Моры он тоже старался держаться подальше. Хотя… от Моры многие бы предпочли держаться подальше – такой грозный у неё был взгляд и такая плотоядная улыбка.
Оставив их развлекаться у костра, я скрылась в шатре и забралась на кровать, надеясь, что головокружение и горящие щёки – это всё-таки простуда.
Я так до конца и не поняла, от чего проснулась. В груди зудело от тревоги, я села, нащупывая нож, прислушиваясь и обшаривая взглядом шатёр. На первый взгляд, всё было тихо: Ран спала, развалившись, поперёк кровати, Эрренд – гусеницей завернувшись в одеяло. Кровать Моры была пуста. В шатре стоял душно-сладкий запах фейского вина. Может, это от запаха мне не по себе?
Я натянула сапоги, проверила оружие и вышла из шатра. Мора тушила костёр.
– Что-то не так, – сказала она, бросив на меня беглый взгляд. – Буди остальных.
Осмотревшись, я не заметила ничего необычного. Небо за молчаливым лесом медленно серело, обещая скорый рассвет. Но спорить с Морой я не стала и побежала обратно. Пнула Ран.
– Вставай! Что-то происходит!
К моему облегчению, она тут же распахнула глаза.
– Что?
– Не знаю. – Я уже толкала Эрренда. – Но что-то не так.
Ран выругалась и вылетела наружу. Эрренда растормошить получилось не сразу. Он перебрал, морщился и никак не мог разлепить веки.
– Эрренд, чтоб тебя! – Я спихнула его с кровати, и он наконец очнулся.
– А? Что?
– К остальным, быстро. И не забудь оружие.
Я снова выскочила из шатра.
– Бросаем лагерь и уходим, – скомандовал Хоук, глядя в сторону светлеющего неба. Он был полностью одет. – Ран, седлай лошадей.
– Что происходит? – спросила я, не понимая, что именно он выглядывает.
– Сюда кто-то идёт, – отозвалась Мора. – Несколько десятков фейри.
– Ты их слышишь?
Она перевела на меня тяжёлый взгляд.
– Воздух искрится от их магии, ты не чуешь?
Я не чуяла, и, если честно, была этому рада. Ни разу ещё я не видела Мору такой бледной.
Покинуть лагерь мы не успели. Деревья зашелестели под напором ветра, которого не было, и уже даже я услышала приближение, как мне показалось, целого войска. Только вот вышли они не с востока, а сразу с четырех сторон. Четыре десятка фейри в одеждах, отороченных волчьим мехом. Я с облегчением отметила, что доспехов они предпочитали не носить. Единственный феец, облачённый в лёгкий доспех, сидел верхом на белом коне, нет, на единороге с длинной серебряной гривой.
– А вот и ваш третий питомец, – бросила я Ран, когда мы впятером сбились спиной к спине.
– Берегись рога и бей в шею, – отозвался Эрренд. – Если встаёт на дыбы – сразу убегай.
– Так-так-так. Мне не соврали, сам Верховный Король решил устроить отдых на наших землях. – Феец на единороге выехал вперёд, позволяя себя разглядеть: тонкие черты, светлые, почти прозрачные глаза, рыжие брови и тяжёлые рыжие кудри. Он был облачён в отливающие зеленью, словно брюхо мухи, доспехи. И напоминал завораживающе красивого… мертвеца.
– И кто же тебе растрепал? – спросил Хоук, делая шаг ему навстречу.
Тот улыбнулся и предпочёл проигнорировать вопрос:
– Меня зовут Алдур, и я пришёл за твоей головой, Верховный Король.
– Решил заделаться новой мамашей? – зубоскалил Хоук, продолжая продвигаться к Алдуру, давая нам время распределить усилия и явно забирая себе восточную группу воинов. Мора смотрела на север, Ран – на запад, а мы с Эррендом – на юг. – Сиськи забыл отрастить.
Алдур презрительно скривился и вздёрнул острый подбородок.
– Сынам Полумесяца нужен Отец.
Похоже, он репетировал, потому что сразу после этой фразы воины с диким рёвом бросились на нас. Я выхватила ножи и сорвалась с места. Почти сразу обнаружилось неожиданное преимущество – фейри не ожидали столкнуться с человеком. Они замедлялись на несколько мгновений, чтобы разглядеть меня, и двоим это промедление стоило жизни. Я всадила лезвие первому в глотку, прикрылась его телом от удара второго. Толкнула на него труп и, перескочив через падающее тело, всем весом врезалась в грудь второму. Нож с натугой царапнул рёбра и впился в сердце. Воин успел захватить меня в медвежьи объятия, и мы оба упали на землю. Я попыталась встать, но кто-то сгрёб меня за волосы и с силой дёрнул назад. Я со всей силы рванулась в сторону, разворачиваясь. Очень вовремя – меч прошил воздух, метя в позвоночник, но лишь вскользь задел, оставив глубокую борозду на кожаной пластине, закрывающей грудь, рассёк нарисованное на ней солнце. От второго удара я бы не защитилась, но тут из груди фейца вынырнуло чужое лезвие, могучая рука выпустила меня, и я полоснула воина по горлу, помогая Эрренду его добить.
Мора косила врагов направо и налево, не позволяя к себе приблизиться. Она и правда была потрясающей, безупречной. Меч, когти, зубы – она всё пускала в ход, не оставили врагам и шанса. Ран не попадалась мне на глаза, но я видела стаю диких птиц, которые с криком бросались на воинов. Хоук успел разделаться с доброй половиной противников, похоже, даже не вспотев. Невидимая сила держала воинов на расстоянии и немногие с ходу могли прорваться сквозь неё. Я заметила, что большая часть воинов на поле боя пытается добраться до Хоука, не особо обращая внимание на нас. Глазеть дольше было непозволительно, тем более что Эрренд отвлекал врагов на себя, отбиваясь сразу от троих. Ещё одно слабое утешение в схватке с большим количеством противников – сразу все подобраться к тебе не смогут. Хотя троих обычно достаточно для того, чтобы умереть. Рядом с ним сражалась пантера – шкура её отливала серебром, два хвоста били врагов словно плети, а на морде было целых шесть глаз. Выходит, Эрренд тоже умеет призывать животных. Пантера кинулась на врага, повалила на землю и одним щелчком зубов переломила ему шею.
Я побежала к Эрренду, на ходу сумев вспороть ещё одного ублюдка, который неосторожно отвлёкся на труп своего дружка. Но до Эрренда я не добралась – путь мне преградил здоровяк только с одним острым ухом – вместо второго осталось кровавое месиво. В руке он держал тяжёлый и удачно неповоротливый молот.
– А ну иди сюда, сука.
Отлично, очередной любитель поболтать. Я
