— Там есть хорошие люди, — сказал он. — Архимаг, тот определенно был мудр и велик. Но он ушел. А Мастера… Некоторые держатся в стороне, следуют тайным знаниям, пытаясь узнать все больше имен, все больше образов, но они тратят знания впустую. Есть другие, что под серым плащом прячут амбиции. Остров Рок — уже давно не средоточие силы и власти Средиземья. Сила теперь живет на Хавноре при Королевском дворе. А Рок живет лишь своим прошлым, охраняемый тысячами заклинаний от внешнего мира. А что же внутри магической стены, что же там?! Страх новизны, боязнь молодости, бросающей вызов засилью стариков. А внутри — ничего. Пустой двор. Архимаг никогда не вернется.
— Откуда ты знаешь? — прошептала Ящерка.
Слоник глянул сурово:
— Дракон унес его прочь.
— Ты видел? Ты сам это видел? — Ящерка стиснула ладони, вообразив тот полет.
Лишь долгое время спустя она вновь очутилась на конюшне, где царили солнечный свет, ее мысли и тайны.
— Хорошо, он исчез, — сказала она. — Пусть так. Но не могут же все Мастера быть дураками?
На губах Слоника заиграла тень меланхоличной улыбки.
— Видишь ли, стоит при свете дня посмотреть на тайны и мудрость Мастеров, то увидишь, как мало они значат. Фокусы, милые сердцу иллюзии. Кто может винить их? В жизни так мало воистину ценного и прекрасного.
И в качестве иллюстрации к сказанному он взял камешек, обломок брусчатки, и подбросил в воздух, пробормотав под нос слово — камень стал бабочкой с синими хрупкими крыльями. Слоник вытянул палец, бабочка опустилась ему на руку и упала на землю лишь камнем.
— В моей жизни прекрасного нет совсем, — сказала Ящерка, разглядывая выложенный камнем пол старой конюшни. — Я умею лишь управляться с хозяйством, стараться выжить и говорить правду. Но если бы я решила, что на острове Рок — только фокусы и вранье, я бы стала всех их ненавидеть за то, что дурачат меня, дурачат всех нас. Не может все это быть ложью. По крайней мере не все. Архимаг вошел в лабиринты Беловолосых и вернулся к нам с Кольцом Мира. Он вошел в страну мертвых с молодым королем, победил волшебника-паука и вернулся. Нам об этом рассказывал сам король. Даже здесь арфисты поют песни, а сказители рассказывают легенды…
Слоник печально кивнул.
— Но Архимаг потерял свою силу во владениях смерти. Может быть, тогда и ослабла магия?
— Заклинания Розы работают как обычно, — решительно заявила Ящерка.
Слоник улыбнулся. Ничего не сказал, но Ящерка поняла, как забавны тому, кто познал великую силу, кому подвластны деянья героев, дела деревенской колдуньи. Ящерка вздохнула и сказала от всего сердца:
— Ах, если бы только я не была женщиной! Слоник улыбнулся опять.
— Ты красивая женщина, — сказал он, но не пытаясь заигрывать с ней. Один раз он уже попытался, и она дала понять, что ей это противно. — Зачем тебе быть мужчиной?
— Я смогла бы поехать на Рок! Увидеть и научиться! Ну почему туда пускают только мужчин?
— Так повелел самый первый из Архимагов столетья назад, — сказал Слоник. — Но я тоже часто задавал себе этот вопрос…
— Правда?
— Часто. День за днем в Великом Доме, во всех закоулках Школы видишь только юношей и мужчин. Знаешь, ни одной горожанке не дозволено даже ступить на землю острова Рок. Может быть, раз в год какой-нибудь знатной даме разрешат ненадолго зайти во внешний двор… Почему так? Что, все женщины — неспособные дуры? Или же мастера боятся их, боятся, что их развратят и испортят… нет, боятся признать, что женщины могут изменить правила, над которыми они так трясутся… чистоту этих правил…
— Женщины могут жить, не совокупляясь, как и мужчины, — грубовато откликнулась Ящерка.
Она знала, что простовата и недалека, там где Слоник проявлял чудеса утонченности и рассудка, но не знала другого способа жить.
— Конечно, — согласился Слоник с блистательнейшей из улыбок. — Но ведьмы далеко не всегда целомудренны, верно?.. Может быть, именно этого так боятся все Мастера? Может быть, целомудрие вовсе не так обязательно, как учит нас Правило Рока? Может быть, и не надо хранить силу для себя самого, в чистоте и неприкосновенности? Не считаться с женщинами, не считаться с теми, кто не согласен стать евнухом ради величия… Кто знает? Женщина-маг! Вот кто опрокинет все правила и изменит порядок, все переменит!
Ящерка видела, как его мысли несутся легкой рысью далеко впереди ее размышлений, как Слоник играет идеями, превращает их то в одно, то в другое, как когда-то превратил камешек в мотылька. Ящерка не могла станцевать вместе с ним этот танец, не могла играть вместе с ним в эти игры, и поэтому была лишь восторженным зрителем.
— Ты могла бы отправиться на остров Рок, — возвестил Слоник, чьи глаза сияли от возбуждения, озорства, детской смелости. Поскольку ответом ему было недоверчивое молчание, Слоник повторил, — Ты могла бы. У тебя — храбрость, воля и сердце мужчины. Ты могла бы войти в Великий Дом. Я уверен.
— И что мне там делать?
— Что и прочим. Жила бы одна в каменной келье и училась, как стать очень мудрой! Может быть, это не совсем то, о чем ты мечтала, но этому тебя тоже научат.
— Я не могу. Они все узнают. Я не смогу даже войти внутрь, там привратник, ты говорил. Я не знаю нужного слова…
— Да, пароль. Но я мог бы тебя научить.
— Правда, мог бы? Это можно?
— А мне наплевать на запреты, — сказал Слоник с хмурой миной; Ящерке не приходилось видеть его таким. — Архимаг сам говорил: правила созданы для того, чтобы их нарушать. Несправедливость пишет законы, смелость их нарушает. У меня хватит смелости, если хватит у тебя!
Ящерка лишь разглядывала его. Говорить она не могла. Потом встала и вышла наружу, спустилась с холма по тропинке. Одна из собак, любимица, крупная, тяжелоголовая и уродливая гончая, увязалась за ней. Ящерка остановилась на обрыве над родником, в котором десять лет назад Роза отыскала ей имя. Собака уселась рядом и стала смотреть хозяйке в лицо. В голове у Ящерки было пусто, ни одной мысли, лишь вертелись все время слова «я могла бы поехать на остров Рок и выяснить там, кто же я…»
Она посмотрела на запад: тростники и ракитник, а дальше — холмы. И небо, прозрачное до пустоты. Ящерка замерла, и душа ее улетела, казалось, на небо, и она лишилась души.
Она услышала шорох, мягкий топот копыт вороной лошадки. Тогда Ящерка вновь стала сама собой, и окликнула Слоника, и побежала навстречу ему.
— Я поеду, — сказала она.
В планы Слоника не входило подобное путешествие, не собирался он уезжать, тем более на Рок, но затея была столь безумна, что захватила его сильнее, чем ему того хотелось. Перспектива долгой, серой зимы на Западном Окоеме угнетала и камнем ложилась на сердце. Здесь его ничего не держало, лишь девчонка по имени Ящерка, о которой он только и думал. Его поражала невинная, невероятная сила ее, и он делал то, что хотела она, потому что когда-нибудь она сделает то, что захочется уже ему, и игра, он считал, стоит свеч. Если Ящерка убежит вместе с ним, то игра уже оправдает себя, это будет его победа. Если же, шутки ради, ей все же удастся пробраться в Школу на Роке… что ж, шансов мало, но он будет рад щелкнуть по носу Мастеров и их лизоблюдов. А если вообще все получится, если он действительно сможет провести женщину через дверь — пусть на мгновенье — как сладка будет месть!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
