что смог бы ей отказать.
Итак, как только эти пятнадцать минут закончатся, я заплачу за напитки и картошку, которые так хотела моя сестра, и мы пойдём домой.
—♡ —
— Хорошо, ты взял меня сегодня кататься на коньках, а что мы будем делать завтра? — спрашивает Лили, когда я захожу в свою спальню. Она лежит на моей кровати, читает книгу. Она даже не смотрит на меня, когда говорит.
— Тебе холодно? — спрашиваю я вместо того, чтобы ответить на её вопрос. По правде говоря, у меня абсолютно ничего не запланировано на завтра.
Завтра девятый день, последний день, когда я встречаюсь с ней, прежде чем узнаю, хочет ли она жить или собирается придерживаться своего плана. Ну, я сомневаюсь, что узнаю это завтра, возможно, только в пятницу утром, то есть через два дня.
— Нет, с чего ты взял?
— На тебе юбка и мешковатая толстовка.
Наши взгляды встречаются, когда она опускает свою книгу.
— Это называется мода.
— Знаешь, что бы я предпочёл сделать? — Я подхожу к кровати. Не дожидаясь ответа, я заползаю на кровать, пробираясь вверх, пока не добираюсь до ног Лили.
Чтобы понаблюдать за мной, Лили раздвигает ноги, открывая мне вид, которым я обычно наслаждался бы, если бы у меня не было других планов.
— Что ты делаешь? — слышу, как она спрашивает меня, когда я чуть больше раздвигаю её ноги и ложусь. Вздох, переходящий в тихий смешок, вырывается из её горла, когда я приподнимаю её толстовку настолько, чтобы моя голова могла пролезть под ней. — Колин?
Как только моя голова оказывается у неё под толстовкой, я кладу её на живот, прижимаясь к нему ухом.
— На что это похоже, что я делаю? — Я обхватываю руками её бедра, на которых ей, должно быть, немного неудобно лежать, но это не моя проблема.
— Ты такой странный. — Она смеётся, её руки скользят по моей голове, прикрытой её толстовкой. Затем она взвизгивает, смеясь ещё чуть-чуть. — Ты только что лизнул мой живот?
— Да. Мне нужно было убедиться, что ты по-прежнему моя на вкус.
Я убираю руки из-под неё, понимая, что мне так же неудобно. Поэтому вместо этого я кладу их прямо под её грудь, чуть выше своей головы.
— На вкус как твоя? — Она откладывает книгу в сторону, по крайней мере, похоже, что именно это она и делает. — Какой в этом вообще смысл?
Я не даю ей ответа, вместо этого я надеюсь отвлечь её несколькими поцелуями вдоль её живота и рёбер.
— Колин, — произносит она, тяжело дыша. Её спина выгибается дугой, когда я целую её ниже. В ту секунду, когда я дотягиваюсь до подола юбки, я останавливаюсь и задираю толстовку, выбираясь из-под неё.
Она хихикает.
— Ты сошёл с ума.
— Без ума от тебя, mi sol.
Она замирает, когда я ползу вверх по её телу, пока наши глаза не встречаются. Я чувствую её горячее дыхание на своей коже. Наши губы почти так близко друг к другу, что я чувствую её вкус на своём языке.
— Колин, — она вздыхает. — Ты не должен был говорить подобные вещи, не говоря уже о том, чтобы испытывать подобные чувства ко мне.
ГЛАВА 34
«Я полюбил тебя до глубины души» — 24 Hours by Alexander Stewart.
Колин
— Мы опоздаем на занятия.
Сегодняшние занятия меня совсем не волнуют.
Лили сидит за кухонным столом рядом с плитой, пока я — в кои-то веки — готовлю завтрак. Это не так изысканно, как фруктовые блинчики Лили, но это хотя бы съедобно. Не думаю, что можно что-то испортить, насыпая хлопья в миску.
— Серьёзно, Колин. Ты знаешь, что случилось в прошлый раз, когда я опоздала. Я отказываюсь от ещё одной панической атаки.
Я вздыхаю, ставя коробку с хлопьями на стойку. Я подхожу к Лили, становлюсь между её ног, кладя руки ей на талию.
— Мы сегодня не пойдём.
На самом деле это не так. Я решил, что, поскольку это мой последний день с ней, мы останемся здесь — ну, не здесь, не дома. У меня есть планы. План заключается в том, чтобы сходить в «Build-A-Bear».
Кроме того, не похоже, чтобы Лили действительно нуждалась в этих занятиях. Я очень сомневаюсь, что она передумает, так что не имеет значения, будет она присутствовать или нет.
— Я должна. А как же мои оценки?
Я прищуриваюсь, глядя на неё, пытаясь понять, почему она заботится о своих оценках, когда они на самом деле не имеют значения.
Лили кладёт руки мне на плечи, одна из них скользит вниз по моей груди.
— Может, и хорошо, что мы остаёмся дома. Мы можем заняться… другими вещами.
Ухмыляясь, я убираю её руку со своей груди, целую костяшки пальцев, прежде чем прижать её ладонь прямо к моей промежности.
— Всё готово для «других вещей».
Я ожидаю, что Лили будет смеяться надо мной, потому что она определённо не любительница мужского самолюбия, но она удивляет меня, когда вместо этого проводит пальцами вдоль контура моего члена, поглаживая меня через боксёры.
— Тебе холодно, Колин? — спрашивает она, ухмыляясь. — Ты без штанов, но на тебе рубашка.
— Это называется мода, — повторяю я ей её вчерашний ответ.
— Ты что-то скрываешь, Картер. — Лили тянется к подолу моей рубашки, приподнимая её. Я останавливаю её в ту секунду, когда она собирается обхватить мой пресс. — Значит, я права. Что ты скрываешь?
Я предпочитаю хранить молчание, но я понимаю, что Лили найдёт способ вытянуть из меня правду.
— Мне нравится твоё платье, где ты его взяла? — спрашиваю я, скользя руками вверх по её бёдрам, цепляясь пальцами за резинку её трусиков. Немного потянув, мне удаётся снять с неё трусики, скользя ими вниз по её шелковисто-мягким ногам.
Я сжимаю в кулаке её трусики, другой рукой провожу по внутренней стороне её бедра.
Она тихо ахает, но знает, что это я пытаюсь её отвлечь. В попытке отвлечь меня ещё больше, её рука скользит в мои боксёры, обхватывая мой член по всей длине. Её большой палец скользит по кончику моего члена, заставляя меня стонать.
— Скажи мне, Картер, что ты скрываешь? — говорит она, в то время как её губы почти касаются моих. — Или ты хочешь, чтобы я вытянула из тебя ответ? — Её рот так близко к моему, что если бы я пошевелился хоть чуть-чуть, то почувствовал бы её мягкие губы, почувствовал вкус топлива для моей зависимости.
Она гладит меня по боксёрам, отчего мне становится труднее дышать.
— Что случилось,
