И он накрыл Черного своим белым плащом, ибо тот был мертв…
Яна Ольвегга принесли в город на носилках. Сэм сразу же послал за Куберой и Нарадой, чтобы они встречали его в Палате Кармы, ибо ясно было, что в нынешнем своем теле Ольвеггу долго не протянуть.
Когда они вошли в Палату, Кубера споткнулся о мертвое тело, лежавшее чуть ли не на пороге.
— Кто это? — спросил он.
— Один из Хозяев.
Тела еще троих служителей желтого колеса лежали в коридоре, ведущем к центральным передатчикам. Все трое были вооружены.
Еще одного обнаружили уже у самых машин. Выпад неведомого клинка пришелся точно в центр желтого круга у него на груди, отчего он стал похож на использованную мишень. Из открытого рта так и не успел вырваться предсмертный вопль.
— Уж не горожан ли рук это дело? — спросил Нарада. — С каждым годом к Хозяевам относились все хуже и хуже. Должно быть в горячке битвы…
— Нет, — возразил Кубера, приподняв покрытую пятнами крови простыню, прикрывавшую лежавшее на операционном столе тело. Поглядев на него, он вновь расправил полотнище.
— Нет, это не горожане.
— Кто же тогда?
Он вновь посмотрел на стол.
— Это Брахма, — объяснил он.
— О!
— Кто-то, вероятно, заявил Яме, что не даст ему использовать машины для переноса.
— Ну а где тогда Яма?
— Понятия не имею. Но мы должны поспешать, если собираемся обслужить Ольвегга.
— Да. Вперед!
Высокий юноша явился во Дворец Камы и спросил Господина Куберу. На плече у него ослепительно сверкало копье, когда он нетерпеливыми шагами мерил в ожидании комнату.
Кубера вошел, смерил взглядом копье, юношу и сказал всего одно короткое слово.
— Да, это Так, — ответил копейщик. — Новое копье, новый Так. Больше нет надобности в обезьяне, и я вновь стал человеком. Я скоро уйду… и я пришел попрощаться — с тобой и Ратри…
— Куда ты направляешься, Так?
— Я хочу повидать остальной мир, Кубера, пока тебе не удалось замеханизировать всю его магию.
— Этот день всегда маячит где-то за горизонтом, Так. Оставайся здесь подольше…
— Нет, Кубера. Благодарю тебя, но капитан Ольвегг подгоняет со сборами. Мы отправляемся вместе.
— А куда вы собираетесь направиться?
— На восток, на запад… кто знает? Куда глаза глядят… Скажи-ка, Кубера, а кому теперь принадлежит громовая колесница?
— Исходно она, конечно, принадлежала Шиве. Но Шивы больше нет. Какое-то время ею пользовался Брахма…
— Но нет больше и Брахмы. Впервые обходятся без него Небеса — где правит, сохраняя, Вишну. Итак…
— Ее построил Яма. Если она принадлежит кому-то, то, наверно, ему…
— А ему она не нужна, — подытожил Так. — Так что я думаю, мы с Ольвеггом можем воспользоваться ею для нашего путешествия.
— А почему ты думаешь, что она ему не нужна? Ведь никто не видел Яму за все три дня, прошедшие после битвы…
— Привет, Ратри, — перебил Так, завидя вошедшую в комнату богиню Ночи. — «Храни же нас от волка и волчицы, храни от вора нас, о Ночь, и дай же нам продлиться».
Он поклонился, и она коснулась рукой его чела.
И он взглянул ей в лицо, и на один ослепительный миг богиня переполнила обширное пространство — и в глубину, и в вышину. Сияние ее развеяло мрак…
— Мне пора идти, — сказал он. — Спасибо, спасибо тебе — за благословение.
Он быстро повернулся и вышел из комнаты.
— Подожди! — крикнул Кубера. — Ты говорил о Яме. Где он?
— Ищи его в таверне Трехголовой Огнеквочки, — бросил через плечо Так, — если тебе это нужно. Может, было бы лучше подождать, пока он сам не станет тебя искать.
И Так ушел.
Подходя к Дворцу Камы, Сэм увидел, как по лестнице оттуда сбегает Так.
— Доброго тебе утра, Так! — окликнул он юношу, но тот не отвечал, пока чуть ли не наткнулся прямо на Сэма. Тогда он резко остановился и прикрыл рукой глаза, будто от солнечного света.
— Сэр! Доброе утро.
— Куда ты так спешишь? Невтерпеж испробовать свое новое тело?
Так хмыкнул.
— Да, Князь Сиддхартха. У меня рандеву с приключением.
— Слышал об этом. Вчера вечером я беседовал с Ольвеггом… Желаю тебе в путешествии удачи.
— Я хотел сказать тебе, — промолвил Так, — что я был уверен в твоей победе. Я знал, что ты отыщешь решение.
— Это не было, как ты говоришь, Решение, нет, просто решеньице, так себе, ничего особенного, Так. И небольшое сражение. Все можно было провернуть и без меня.
— Я имею в виду, — уточнил Так, — все сразу. Ты участвовал буквально во всем, что к этому привело. Ты должен был быть там.
— Полагаю, что так… да, я и в самом деле так считаю… Всегда что-то притягивало меня к тому дереву, в которое готовилась ударить молния.
— Судьба, сэр.
— Боюсь, что скорее случайно прорезавшаяся социальная совесть и счастливый дар ошибаться.
— Что ты собираешься делать теперь, Князь?
— Не знаю, Так. Я еще не решил.
— Может, составишь компанию мне и Ольвеггу? Постранствуешь по свету вместе с нами? Поищешь приключений?
— Спасибо, нет. Я устал. Быть может, я испрошу себе старую твою работу и стану Сэмом от Архивов.
Так хмыкнул еще раз.
— Сомневаюсь. Я еще увижу тебя, Князь. Так что — до свидания.
— До свидания… Что-то…
— Что?
— Ничего. На какой-то миг ты напомнил мне об одном человеке, которого я когда-то знал. Пустое. Удачи!
Он хлопнул его по плечу и пошел дальше.
Так поспешил прочь.
Хозяин сказал Кубере, что и вправду у него остановился подходящий под описание постоялец, он снял заднюю комнату на втором этаже, но вряд ли захочет он кого-либо видеть.
Кубера поднялся на второй этаж.
На стук в дверь никто не ответил, и Кубера попытался ее открыть.
Изнутри дверь была заперта на засов, и он начал в нее колотить.
На это наконец раздался голос Ямы:
— Кто там?
— Кубера.
— Уходи.
— Нет. Открой, я не уйду отсюда, пока ты не откроешь.
— Ну хорошо, погоди минуту.
И Яма отодвинул засов; дверь приоткрылась внутрь на несколько дюймов.
— Алкоголем от тебя не пахнет, наверно, ты подцепил девку, — заявил Кубера.
— Нет, — сказал Яма, глядя на него. — Что тебе нужно?
— Выяснить, что тут не в порядке. Помочь, если смогу.
— Не можешь, Кубера.
— Почем ты знаешь? Я тоже, как и ты, недурной ремесленник, — иного типа, конечно.
Яма поразмыслил и, отступив в сторону, распахнул дверь.
— Заходи, — сказал он.
На полу перед грудой всякой всячины сидела совсем юная девушка. Еще почти ребенок, она крепко прижимала к себе коричневого с белыми пятнами щенка и смотрела на Куберу широко раскрытыми испуганными глазами, пока он не улыбнулся и не сделал успокаивающий жест.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
