– Картрайт знает, что он делает, Кэти. Он не нуждается в твоей помощи.
– Я и не думаю ни о какой помощи, Дааль. Я не знаю, в какую игру вы тут оба играете, но…
Дааль встретился взглядом с кем-то за спиной Ли, замер на долю секунды, затем расслабился опять, как будто делал над собой усилие, чтобы выглядеть естественно. Ли обернулась и увидела смотревшую на нее в упор пару холодных, как сталекерамика, голубых глаз, принадлежавших серьезной женщине в снаряжении санитара скорой помощи.
Женщина кивнула Даалю, измерила взглядом Ли и осталась стоять, засунув руки в карманы комбинезона, перенося взгляд своих внимательных глаз с одного на другую.
Ли задумчиво посмотрела сначала на Дааля, потом на эту женщину. Видела ли она ее где-нибудь? Покачав головой, она повернулась лицом к Даалю.
– Не беспокойся, – сказал он, так и не представив женщину. – Здесь – никаких секретов.
– Никаких секретов? – Ли громко рассмеялась. – Ты, наверное, шутишь. Я и шагу не могу ступить, чтобы о какой-нибудь из них не споткнуться.
– Вещи, которые тебя не касаются, не обязательно секреты.
– Что значит меня не касаются? Люди там, внизу, умирают.
– С той поры, как ты уехала отсюда, люди умирают там каждый день, – жестко сказал Дааль. – Я что-то не замечал, чтобы тебя до сих пор это беспокоило.
– Это ты говоришь к чему?
– Ты не можешь сражаться сразу за обе стороны, Кэти.
– Я…
– Я не кляну тебя ни за что. Черт, я горд за тебя, за то, чего ты достигла. Но через несколько дней здесь высадятся войска ООН. И они будут стрелять в нас. Поэтому не требуй, чтобы я доверял тебе только потому, что когда-то знал одну маленькую девочку. Она давно уже умерла. Ты убила ее в тот день, когда поступила на службу.
Эти слова заставили ее задуматься. Она взглянула на незнакомую женщину и увидела ледяной взгляд голубых глаз, направленный на нее. Она посмотрела на Дааля и увидела такие же светлые глаза и недоверчивый взгляд. «Он презирает тебя», – подумала она. Слова всплывали в сознании раньше, чем она успевала подавить их: «Он презирает тебя и имеет на это право. Когда ты стала такой лицемерной?»
Она беспощадно оттолкнула от себя эту мысль.
– То, о чем ты говоришь, походит на войну, – сказала она.
– Это и есть война. И ты выбрала тех, за кого ты, пятнадцать лет назад.
Она посмотрела на вертолетную площадку и увидела, как группа охранников окружила ее по периметру.
Нет. Не группа. Строй. За строем стояли техники компании в бело-оранжевых комбинезонах и руководство шахты – в синих. По эту сторону строя была волнующаяся толпа шахтеров и жителей Шэнтитауна.
Они стояли, склонив головы, согнув плечи, стараясь не глядеть в упор на людей компании, и гудели на низких тонах, словно осиный рой, который неосторожно потревожили.
Ли знала этот звук. Это был гул толпы, готовой разорвать кого-то. Началась забастовка.
– Уходи! – сказал Дааль.
Она пошла, чувствуя спиной буравивший ее взгляд двух пар светлых глаз. Как будто эти глаза могли разглядеть все насквозь, через кожу и сталекерамику, и понять, что она все-таки струсила.
Должно быть, она заснула в челноке, поскольку не помнила дорогу на станцию.
Когда они причалили, она еле добралась до своего жилища, не обращая внимания на замусоренные коридоры, открытые двери и спасателей, прибывавших со всех других станций, управлявших горными работами в системе. Она едва могла сконцентрировать взгляд, а глаза и горло горели, словно их ободрали.
Она прижала ладонь к датчику на двери и подождала немного в коридоре, пока он читал ее имплантат. Она вошла внутрь до того, как почувствовала легкое ощущение необъяснимой тревоги, предупреждавшее об опасности.
Прежде чем она смогла отреагировать, чья-то жесткая рука закрыла ей рот.
– Оставь ведьму в покое, – прошептал ей в ухо мужской голос, – и не задавай вопросов, на которые ты не хочешь получить ответов.
Она просканировала и убедилась, что у напавшего на нее нет оружия. Это была хорошая новость. Плохой новостью было то, что у него стоял защитный экран, что означало наличие внутреннего оборудования.
Он развернул ее и стукнул головой о стенку так сильно, что у нее выступили слезы.
– Несчастные случаи происходят и на станции, – прошептал он, – а не только под землей.
А затем он исчез – как раз в тот момент, когда Ли поняла, что запах, который она уловила, исходил от дешевого лосьона, которым пользовался Кинц.
СТАНЦИЯ АМК: 25.10.48
Ей постучали в дверь, когда было уже далеко за два часа ночи по станционному времени.
– Кто там? – спросила Ли, находясь в полусне. Она попыталась вспомнить, была ли она одета, когда легла, чтобы не оказаться в неприличной ситуации. Прозвучавший шепотом ответ заставил ее полностью проснуться и поспешить к двери.
Как только дверь со свистящим звуком отворилась, стоявшая за дверью Белла чуть не упала Ли на руки. Ли, поддерживая ее, проводила Беллу к постели. Белла уцепилась за нее, словно тонула. Ли откинула волосы с ее лица и увидела новый синяк, ярким цветом выступивший на фоне старого, уже поблекшего до оттенка слоновой кости.
Сначала она подумала, что это сделал Хаас. Но вспомнила, что Белла никогда и ни в чем его не обвиняла. И Ли не слышала от нее ничего, кроме намеков. Хааса уже несколько дней не было на станции, сначала он был в Хелене, затем руководил спасательными операциями с поверхности планеты. Значило ли это, что он вернулся? Или это сделал кто-нибудь другой? И что, в конце концов, она знает о Белле?
– Хаас не знает, что я здесь, – сказала Белла, дрожа всем телом. – Он… заснул.
– Пошли, спустимся в службу безопасности. Ты сможешь там написать заявление.
– Нет, – прошептала Белла. – Ты рано или поздно улетишь отсюда. И не останется никого, чтобы защитить меня.
Ли смотрела на нее, понимая, что все сказанное Беллой – правда. Ей было противно от этого, противно потому, что она ничего не могла сделать, чтобы изменить положение вещей.
Белла вздрогнула и высвободилась из рук Ли.
– Где ты взяла это? – спросила она, подняв с пола книгу «Ксенограф», принадлежавшую Шарифи. – Это книга Ханны.
– Я взяла у нее в комнате.
Белла посмотрела на Ли с уже знакомым оценивающим выражением на лице.
– Почитай мне, – сказала она. – Как Ханна.
Ли задумалась.
– Пожалуйста, я хочу послушать твой голос.
Ли полистала книгу, раздумывая, какие места Ханна стала бы читать Белле. Она вспомнила свои скрытные детские привычки, приобретенные во время чтения библиотечных книг: перегибать книгу так, чтобы следующий читатель не догадался, что ей понравилось, не подглядел бы ее чувства во время чтения. Была ли Шарифи похожей на нее скрытной хранительницей секретов? Ли сомневалась в этом. Той Шарифи, которую она наблюдала, той Шарифи, о которой рассказывали Белла, Шарп и Коэн, неинтересно было хранить какие-нибудь секреты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
