– В случае ранения или гибели одного из привратников остальные пусть все равно постараются достигнуть базилики и найти артефакт, – цинично сказал Торик, обведя своим инфернальным взглядом друзей.
– Ты же скептик, – без иронии проговорил Егоров. – Чего это вдруг забеспокоился за судьбу артефакта?
– Я скептик, но не лишен любопытства. К тому же какого черта мы сюда приперлись, если чуть что – на попятную?
– Потом демагогию будете разводить, мазуты! – гаркнул генерал. – Держитесь за мной. Будем надеяться, что память не подведет, и мы не заблудимся в переулках.
– Пап, Фоччи мне говорил…
– Ветенька, помолчи, пожалуйста, – нервно улыбнувшись, попросил Долгов. – Нам нужно поскорее бежать подальше отсюда. Ты же видишь, какой бардак устроили здесь всякие неумные люди… Постарайся не смотреть по сторонам и крепко держаться за мою руку.
– Разве ты меня не понесешь? – Ветка подозрительно взглянула на отца из-под растрепанной челки. Ее глазенки слезились и были красные от пыли и гари.
– Нет, дочка. Так получится слишком медленно. Тебе придется бежать самой. Мы с мамой все время будем рядом. Не бойся…
Тем временем к Егорову подошел низкорослый мужичок и, воровато оглядываясь, дернул его за рукав.
– Я случайно услышал, что вы говорите по-русски, – шепеляво прошамкал он, почесав крупный нос. – Именно поэтому, из-за своей большой любви к этой великой стране, я хотел предложить вам и вашим товарищам самый дешевый товар в этой части города.
– Чего? – не понял Юрка, отстраняясь от мужичка. – Какой, блин, товар?
Тот прищурил один глаз и мелко захихикал.
– Вы всегда берете у нас товар! Я отдам по тридцать пять шекелей за грамм. Считай – даром!
– Ты что, кретин? – спросил Егоров. – Здесь война идет, а ты мне наркоту впариваешь?
– Вы же русские, – удивленно вскинул широкие брови мужик. – Вы в любое время берете!
– Я тебе сейчас гланды вырву, – приторным тоном сообщила Волкова.
– Понял. – Мужик отступил на пару шагов и подмигнул Юрке. – А может, девочек?
Максим не заметил, как полковник оказалась рядом с ним. Ее рука мелькнула в воздухе, и торгаш сложился пополам, захрипев. Восстановив же через полминуты дыхание, он резво отвалил, сквернословя на дикой помеси иврита и русского.
– Пойдемте скорее, – скомандовал генерал.
Юрка озадаченно пожал плечами:
– Дурачок какой-то. У них тут что, так принято – долбаться дурью, когда стрелять начинают?..
Обогнув кафе, друзья выбежали на узкую улочку, извивающуюся змеей и круто уходящую вправо. На тротуаре, прислонившись спиной к старинному зданию, сидел человек в костюме-тройке. Голова его безвольно упала на грудь, галстук был перекручен, и ромбовидный кончик неровно лежал поверх пиджака. Рядом с ногой покоился раскрытый планшетный компьютер, на котором кривлялся объемными текстурами скринсейвер.
Генерал нагнулся и осторожно потрепал мужчину по плечу. Тот завалился на бок. На асфальте под несчастным обнаружилась целая лужа крови.
– Прости, дружище, – сказал Пимкин, подхватывая планшет. – Тебе он все равно уже не нужен.
Друзья, пригибаясь и стараясь не сбить дыхание, побежали рысцой за генералом вдоль правой стороны улицы. Максим то и дело притормаживал, чтобы Ветка поспевала за ним, а Маринка часто оглядывалась и продолжала что-то шептать одними губами.
Лишь много позже Долгов понял: жена, давным-давно потерявшая веру во всех богов, молилась…
После прохождения усиленного таможенного досмотра в порту Тель-Авива Фрунзику и Егорову пришлось попотеть, прежде чем они в суматохе сумели договориться с турком-таксистом, чтобы за пятикратно взвинченную цену всех их на двух машинах доставили в Иерусалим. Дело в том, что накануне из-за ракетных обстрелов был разрушен участок скоростной автомагистрали, и образовалась длиннющая пробка. Трафик был очень плотный – ведь попасть на святую землю стремилось огромное количество людей со всех уголков света.
Плюс ко всему прочему волнения были подогреты появлением возле берегов Израиля плазмоида-гиганта и едва не произошедшей катастрофой, виной которой мог послужить потерявший управление греческий круизный лайнер. К счастью, корабль был в последний момент остановлен Юркой, обнаружившим наконец свой скрытый дар.
До столицы друзья добрались только спустя три часа. Дорога на выезде из Тель-Авива и впрямь оказалась основательно разрушена. Бесконечная вереница легковых машин с черепашьей скоростью ползла, огибая скопление ремонтной техники и военных.
В Иерусалиме они оказались далеко за полдень. Перекусили в небольшом ресторанчике и решили, не теряя времени, отправиться в Вифлеем.
Святослав справедливо заметил, что после того, как Егоров совершил нападение на плазмоида, могут последовать ответные действия. И никто не знает – насколько быстро…
Командир полка подполковник Александр Ненилин вел свое звено на средней скорости – 1,5–2 М – плавно лавируя между холмами и плоскогорьями, усеянными редкой растительностью. Ведомыми у него были Гена Спилидзе и капитан Шамбалов. Они твердо держались на несколько корпусов позади. Ребята проверенные, неоднократно принимавшие участие в боевых операциях и знающие свое дело. Да что уж кривить душой – лучшие…
Вообще пилотов для участия в операции «Столкновение» Ненилин подбирал сам. Он не позволил даже командующему ВВС, своему наставнику и практически крестному отцу, советовать ему.
Здесь требовались асы высочайшего класса, которые могли вытворять в небе неподвластные обыкновенным летчикам финты. Те ребята, в которых подпол был уверен, как в себе самом.
Здесь были нужны те, кто понимал, что это последний бой.
Воины, а не ремесленники…
После вскрытия красного пакета подполковник отдал приказ готовиться к вылету. Техники в последний раз перепроверили грозные «Левиафаны», ждущие в ангарах на секретной базе возле Североуральска, располагавшейся в огромной искусственной каверне в массиве Уральских гор.
Медики вкололи пилотам всякую дрянь, ускоряющую рефлексы и стимулирующую активность таламуса, отвечающего, как известно, за все виды чувствительности.
У взлетно-посадочных полос летчиков не провожали родственники и друзья. Они просто не знали о предстоящей операции.
Только скупой кивок представителя Генштаба, рукопожатие командующего и молчание в спину.
Любые слова в тот момент были бы оскорблением…
Зеленый коридор над своим воздушным пространством не предоставил только Ливан. Поэтому четырем эскадрильям 63-го отдельного авиационного полка пришлось делать крюк, уходя на полсотни километров восточнее. Возле Дамаска все 57 истребителей были дозаправлены в воздухе двумя авиатанкерами ВВС Сирии и продолжили полет на юг, чтобы возле Аммана заложить поворот и выйти на атакующий азимут. Лоб в лоб на цели, с высокой скоростью двигающиеся над Средиземным морем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
