Вся поляна была взрыта кабанами. Аркадий вздохнул и остановился:
— Не хватает им пока корма. Груша еще не созрела, каштан и желудь, даже прошлогодний орех подобрали. Сейчас на кореньях да на личинках живут. Вот в сентябре возьмут свое, отъедятся на славу! Такие гладкие станут — одно загляденье! Иначе не перезимуют…
Где-то внизу заревел олень. Его печальный и требовательный призыв долго колебал воздух, эхом отскакивал от скал, потом затих. Еще раз протрубил рогач, но уже далеко. И тогда с юга донесся слабый звук выстрела, потом еще два выстрела подряд.
— Слышите, балуют, стервецы! — сердито буркнул Аркадий. — На своей территории что хотят, то и творят, но ведь и на нашей умудряются гадить! — Он развернул карту и ткнул пальцем в сторону зеленого склона горы. — Вон там стоят три берестяных пастушьих балагана. Пасут стадо коз и бычков и постоянно лезут в запретную зону. Прямо база у них там для разных проходимцев. Тропа проходит в ста метрах от границы, так они подойдут вплотную и начинают заводить: из винтовки вверх стреляют, а то оленью или турью голову показывают… Дескать, видишь, да не возьмешь! Несколько раз из кустов стреляли, форменную фуражку всю изрешетили, а однажды в камни загнали и весь световой день не давали головы поднять! К пограничникам обращались за помощью, кое в чем, правда, помогли, но не надолго. Им бы свои проблемы решить, а до наших когда еще руки дойдут! — Аркадий посмотрел на солнце, клонившееся к западу. — Поспешать надо! Аккурат тогда к баньке успеем!
Но не прошли они и километра, как со стороны небольшого распадка послышалось фырканье лошадей. Аркадий молниеносно вскарабкался на скальный выступ и показал Егору три пальца. Мужчины о чем-то пошептались и нырнули в кусты по обе стороны тропы. Наташе приказали спрятаться под вывороченным с корнями деревом и не высовывать носа, что бы вокруг ни происходило.
Первым показался молодой высокий парень. За поясом у него торчал топор на длинном топорище, за спиной висел карабин. Похоже, это был авангард браконьеров, посланный разведать путь. Из кустов в грудь ему неожиданно ткнулся ствол карабина.
— Тихо! — скомандовал Аркадий. — Руки за голову! Влево марш!
Егор выскочил из-за спины браконьера, мигом связал его и оттащил с тропы в камни.
— За что? — яростно прохрипел парень, жгучие черные глаза запоздало налились яростью.
— За все хорошее! — успокоил пленника Егор и похлопал его по плечу. — Профилактика, чтобы не надумал топориком помахать. Не вздумай орать, рука у меня тяжелая, задавлю, как мышь!
Мужчины опять затаились в кустах. Вскоре показался небольшой караван: две вьючных лошади с мясом и три человека с карабинами — за ними.
Наташа чуть не вскрикнула от испуга, когда Егор, заложив руки за спину и посвистывая, появился на тропе и двинулся навстречу чужакам.
— Эй, мужики! Куда путь держим? — Он остановился на пути каравана и с веселой усмешкой оглядел насупившихся абреков.
— Иди своей дорогой, турист, — проговорил один из них, до черноты прокаленный южным солнцем, худой и горбоносый. — И не оглядывайся — хуже будет!
— Простите! — Егор вежливо улыбнулся и извлек правую руку из-за спины.
Браконьеры в отличие от Наташи в оружии разбирались, но, похоже, приняли Егора за одного из своих.
— Слушай, русский, разойдемся по-хорошему, — предложил старший из горцев, — зачем шум поднимать? Договоримся, как брат с братом!
Даже из своего убежища Наташа видела, как побледнел Егор. Губы его вытянулись в узкую, твердую полоску.
— Всем брюхом в землю! Лежать! — крикнул он и, подцепив ступней под колени ближе всех стоявшего к нему горбоносого, свалил его на землю. Два других бандита потянули со спины карабины, но Аркадий, выскочив из зарослей орешника, встал позади них и приставил ствол винтовки к спине старшего горца. Злобно что-то крикнув на своем гортанном языке, браконьер нехотя опустился на колени, потом лег, расставив ноги и заложив руки за спину. Третий, совсем еще молодой парнишка, сделал вид, что тоже опускается на колени, но, когда Аркадий протянул руку за оружием, он, как пружина выпрямился и одним прыжком скрылся в зарослях. И тотчас же почти рядом раздался выстрел. Пуля вырвала клок ваты из телогрейки Аркадия, он обернулся и, не целясь, ударил по кустам. Треск валежника показал, что браконьер уходит в гору.
— Наташа! Помоги Аркадию! — крикнул Егор и бросился в погоню.
Наташа выбралась из своего укрытия, и Аркадий передал ей отобранный карабин, а сам связал руки пленным сыромятными ремнями. Потом собрал оружие и привязал его к вьюку с мясом.
Не прошло и пяти минут, как кусты раздвинулись и появился Егор, подталкивая перед собой беглеца.
— Держи, Аркаша, своего архара!
Аркадий вытащил ракетницу:
— Сейчас погранцов вызову. Застава у них в трех километрах отсюда, но они на лошадях, так что вмиг примчатся.
Глава 19
Пограничники прибыли быстро, но все равно на оформление документов о задержании, составление актов о браконьерстве, изъятии оружия и другие процедуры, с этим связанные, ушло более часа. Аркадий и его гости тронулись в путь, когда солнце почти уже касалось горных вершин.
Они шли гуськом по узкой тропинке, и Аркадий уговаривал друга:
— Иди к нам в егеря! У нас здесь сейчас, как на войне! Опытные люди во как нужны! Вот и сегодня разве я решился бы выступить один против четверых, а вдвоем, видишь, как складно получилось!..
Вдали показалась крыша дома с большой белой цифрой «четыре» на ней — номером кордона. Лесничий приложил сложенную козырьком руку к глазам и вдруг воскликнул:
— Что за черт!
Снизу навстречу им без седла скакал во весь опор старший сынишка Аркадия. Осадив на полном скаку светлого в яблоках жеребца, парнишка крикнул:
— Папка, дядя Егор! Там с обеда почти каждый час вас по рации какой-то Монин вызывает! Сказал, что через полчаса опять выйдет на связь. — Паренек посмотрел на часы. — Нет, уже пятнадцать минут осталось.
Егор и Аркадий переглянулись.
— Опять у них пожар какой-то! — Егор протянул руку к поводьям. — Слезай, Димка, надо узнать, с чего это вдруг Монычу приспичило даже здесь меня отыскать?
Через полчаса это стало известно всем…
Егор встретил их у ворот, и по гневно сжатому рту и яростным искоркам в глазах Наташа поняла, что событие произошло из ряда вон выходящее. Известие оказалось действительно хуже некуда: сбежал Пеликан.
— Как это случилось? — тихо спросила Наташа.
Сейчас ему очень хотелось крепко и отчаянно выругаться, но Егор сдержался: женщины и дети — не лучшая для этого аудитория.
— Лопухи из краевой прокуратуры отправили Марину… Помнишь ее? — обратился он к Наташе, и, когда та утвердительно кивнула, продолжил: — В общем, отправили ее проводить следственный эксперимент в лесопосадки к югу от Тихореченска. Там в свое время нашли труп одного из членов правления афганского фонда. Пеликановская была работа. Вот и поехали обстановку убийства воссоздавать. Воссоздали, черт бы их побрал! Выскочили из кустов бравые хлопцы с автоматами, ребят из сопровождения уложили наповал, Марина в реанимации, до утра доживет — хорошо будет! А этой сволочи и след простыл! На трех машинах ушли, а прокурорских в пионерский костер превратили!
