жёлобе водостоков. Зато крыльцо — тяжеленный русский ампир.
— Бред, — прокомментировал кто-то.
— Надеюсь, задачи придумывал не тот, кто строил… вот это, — добавил другой.
— Зато на ограде не сэкономили, — съязвила какая-то девушка.
С её словами нельзя было не согласиться. Столбы каждые двадцать метров по периметру были выполнены в виде статуй «под мрамор» разных известных на весь мир учёных, причём насколько было видно — ни одна не повторялась, а качество исполнения было хоть сейчас на постамент и в какой-нибудь парк. Между столбами воздух чуть дрожал и расплывался, как летом над раскалённым песком — это был полог. Между статуей Ломоносова и какого-то уже местного всенаучного светила — Михаил с ходу его не узнал — полог отсутствовал, зато пустое пространство на уровне пояса пересекал узкий зелёный луч света. Дальше начинается территория экзамена. За проходом виднелась длиной примерно сотню метров выложенная плиткой типичная для парков дорожка, которая заканчивалась у крыльца. Остальная территория двора вокруг Храма, насколько хватало взгляда, была пуста, обычный жухлый осенний газон.
Молча люди один за другим пересекли зелёный луч, сразу отходя в сторону, чтобы не толпиться: защита никак не реагировала. Но стоило одному из парней из любопытства подойти к проходу, словно он собирался выйти наружу, как пространство между столбами мгновенно перекрыла красная завеса, а мужской голос с укоризной громогласно произнёс:
— Проход для вас закрыт. Выход только через финишную площадку.
Едва парень опять отошёл в сторону здания Храма, как всё пропало, никакой красной завесы — лишь пустота между столбами и зелёный луч.
— Виталий! — рявкнул Булат.
— Да я чего? Просто любопытно, я же не собирался…
— Ещё раз со своим длинным носом куда поперёк приказа сунешься — лично по морде надаю. Понял⁈
Судя по мрачному виду остальных парней вокруг, начистить физиономию Виталию сейчас хотел не один Булат, так что виновник переполоха втянул голову в плечи, дальше шёл молча и стараясь быть как можно незаметнее.
Сразу за массивными входными дверями из дуба с бронзовыми накладками, обнаружился большой зал, расписанный фресками, посвящёнными науке и университетской жизни разных эпох: от лаборатории средневекового алхимика до современных аудиторий со студентами за партами. Наверное, зал обязан был подавлять своим величием и размерами каждого входящего, заранее внушая абитуриентам трепет. Но сейчас тут скопилось сразу очень много людей, причём каждый за время пути видел столько самого разного, что к помещению отнеслись равнодушно. Самое большее — как к хорошему месту для отдыха, тепло, не дует, безопасно. Раскидали вдоль пустых стен рюкзаки, сели на них с удобством, достали воду и сухпай на перекус. Причём ни Михаил, ни Булат не приказывали, однако выделенные в охрану парни сами расположились так, чтобы держать под присмотром вход и четыре выхода, при этом не убирая оружие далеко.
По плану они должны были передохнуть, дальше разобраться, как проходит экзамен и отправить на пробу первого человека. Но буквально минут через пять-десять, как зашёл последний из людей, посреди зала появилось объёмное полупрозрачное изображение бородатого старца в белой хламиде, его глаза сверкали мудростью веков, а в руках он держал книгу и глобус. Густым басом призрак заговорил:
— Приветствую тех, кто пришёл на финальную часть Испытания достойного. Рад видеть наших абитуриентов и надеюсь, каждый станет нашим студентом. Позвольте напомнить вам порядок испытания. В Храме истины, которая и есть мудрость, каждому из претендентов на высокое звание студента Московского университета будут предложены три задачи по трём предметам: математика, теория магии, русский язык. За решение каждой задачи вы получите по одному кольцу истины. Положите на алтарь Знаний хотя бы два кольца — и он даст вам медальон с вашим именем, который и станет вашим пропуском в Храм знаний — Московский университет. Число попыток не ограничено, однако задачи каждый раз будут на каждую попытку свои. Перед вами три входа с цифрами один, два и три. Цифра один всегда ведёт к задаче русского языка, это главный предмет любой науки. Цифра два — математика, царица наук. Цифра три — это магия, основа и фундамент мира. Выход без цифры означает отказ от испытания. Там вас попросят показать кольца. Будет у вас два — сможете пройти к алтарю знаний, нет — дорога направит вас покинуть наш Храм. После решения каждой задачи у вас будет отдых, но не больше двенадцати часов. И удачи вам.
Призрак исчез. Михаил невольно подумал, что у людей на самом деле с альвами куда больше общего, чем кажется. Как минимум по части пафосных наставлений от «старших» к «несмышлёной молодёжи»: призрак из Храма легко мог поменяться местами с привидением из лаборатории. Причём, судя по выражению лиц Алисы и Оли, им в голову пришла та же самая мысль. Михаил посмотрел на товарищей и спросил:
— Ну что? С Богом и начали? Где мы…
— Там победа! — тут же закончила Оля.
— С Богом и начали, — согласился Святослав. — Предлагаю начинать с русского языка. Раз уж нам говорят, что это главный предмет всех наук.
Ещё обсуждая всё в лаборатории, Михаил, Алиса и Оля решили, что в их нынешней форс-мажорной ситуации рисковать на последнем этапе нельзя, а отсюда честно в индивидуальном порядке решать задачи — глупо. С собой взяли гарнитуры и системы экранирования, которые в принципе не распознавались и самой современной техникой людей и системами наблюдения, даже если в Храме чего-то поставили от подслушивания и списывания. Михаил заходил первым, одновременно транслируя всё, что видит и слышит. Решают задачу коллективно, потом первый человек с гарнитурой проходит дальше, а уже второй оставляет гарнитуру и экран в экзаменационной, где её возьмёт следующий абитуриент. Третья гарнитура всегда у ожидающих. Кроме того, благодаря оборудованию альвов, Михаил смог обнаружить, что хотя якобы вход на экзамен всего один и аудитория якобы одна — на самом деле их на этаже больше десятка, просто сразу на выходе стоит иллюзия, которая будет путать с выбором в том числе и сильных магов. Впрочем, этот вариант во время мозгового штурма ещё в лагере они тоже разобрали и учли. Под прикрытием систем маскировки альвов получается оставить маяк. Каждый, даже не маг, заранее получал компас-амулет: подходящее плетение нашлось в Библиотеке из набора Африканского корпуса, магов всё изготовить за долгую ночь тоже хватало. Маяк прикрывала защита альвов, а вот амулет наведения был пассивный, поэтому системы Храма его не опознавали. Мало ли какие магические предметы на испытание с
