в моих фантазиях. Это было дико, ошеломляюще, болезненно и захватывающе, так, что у меня до сих пор учащается пульс и сжимается сердцевина от потребности, хотя я сомневалась, что мне нужно повторение того случая.
— Мама, как и ожидалось, заплатит за свой билет сама, но я сказала ей, что мы заплатим за Финна.
Я сомкнула губы, осознав, что снова сказала — мы.
Медленно рот Лоркана растянулся в тень улыбки, почти ухмылки, но немного мягче. — Мы?
— Это твои деньги, так что ты, конечно.
— Но ты сказала — мы.
Я сказала, и я не была уверена, почему мой разум, казалось, был так готов снова принять мою связь с Лорканом. Когда меня отправили обратно в Дублин, я думала — скорее надеялась — что смогу вернуться к прежней жизни и подавить все воспоминания о Нью-Йорке и времени, проведенном с Лорканом. Очевидно, этого не произошло.
Я пожала плечами, как будто это не имело значения, но для такого человека, как Лоркан, небольшие промахи на языке не были пустяком. В своем деле он должен был обращать внимание на каждую мелочь, чтобы прочитать своего противника. И моя потребность в нем после нападения, вероятно, была довольно хорошим индикатором моего эмоционального состояния, когда дело касалось его.
Я подавила зевок, но едва могла держать глаза открытыми. Это были долгие и эмоционально истощающие сорок восемь часов.
— Иди спать, — приказал Лоркан. — Я потянулась за своей миской. — Просто приготовься ко сну. Я разберусь с этим.
Я слегка улыбнулась. — Ты имеешь в виду бросить ее в раковину, чтобы я положила ее в посудомоечную машину завтра утром?
Он приподнял бровь и показал на столешницу. — Ты видишь грязную посуду? Я поддерживал чистоту в этой квартире в течение десяти лет до тебя.
— Тогда почему ты не делал этого, пока я была здесь?
Он усмехнулся. — Наверное, я хотел увидеть твою домашнюю сторону, и было приятно, что о тебе позаботились для разнообразия.
Его слова были честными, даже если они были сказаны без эмоций.
— Ты имеешь в виду, что тебе нравилось, когда тебя обслуживали.
Лоркан отреагировал именно так, как и ожидалось. — О, мне нравится, когда ты обслуживаешь меня всеми способами.
Взгляд его глаз вызвал дрожь по моей спине, но я не была уверена, могу ли я, должна ли позволить физическую близость сейчас. Я быстро поднялась на ноги. — Я уже готовлюсь ко сну.
Лоркан ничего не сказал, но я почувствовала, как его взгляд проследил за мной до самой спальни. Усевшись, я поняла, что это была наша спальня. Я могла бы пойти в спальню для гостей. Разве это не имело бы большего смысла?
Сейчас это не имело значения. Лоркан, вероятно, все равно сказал бы мне переместить свою задницу в нашу спальню, но то, что я пошла туда без подсказки, вероятно, дало ему такой же знак, как и мое неосторожное использование слова — мы. Я взяла ночную рубашку из чемодана и пошла в ванную. Лоркан не выбросил ни мою зубную щетку, ни средство для снятия макияжа. Меня это странно тронуло. На сегодня с меня точно было покончено.
Как только я растянулась на кровати, и в нос ударил знакомый запах стирального порошка и Лоркана, мои глаза закрылись, и я задремала.
Я вскочила на ноги с подавленным криком, руки поднеслись к горлу.
Теплая рука коснулась моей щеки.
— Ты в безопасности, — прошелестел глубокий голос, знакомый и одновременно незнакомый в своем утешительном тоне.
Включился тусклый свет, и передо мной возникло лицо Лоркана. Он выглядел так, словно я вырвала его из сна. Я сглотнула. — Мне приснился кошмар.
Лоркан убрал несколько прядей, прилипших к моему потному лбу. — О твоей сестре?
Я кивнула. — Думаю, да, но я была в ее положении. Я была на лодке, и мужчина начал меня избивать, я пыталась бороться с ним, и тогда он столкнул меня в воду. Я помассировала горло. — Я не могла дышать и запаниковала. В воде повсюду была кровь. — Я вздрогнула, представив, что это может быть очень близко к тому, что пережила Имоджен в свои последние минуты бодрствования.
Лоркан подошел еще ближе. Как всегда, его запах оказал на меня висцеральное воздействие — не только сексуальное, но и заставил меня почувствовать себя защищенной. — Поверь мне, ничего подобного с тобой никогда не случится. Ты моя жена. Я буду защищать тебя. После того, что случилось в Дублине, даже больше, чем когда-либо. Никто и никогда больше не причинит тебе вреда.
— Если только ты не застанешь меня с другим мужчиной на яхте, — сказала я в попытке пошутить.
Он усмехнулся, но что-то темное наполнило его глаза. — Я бы сначала выбросил его в океан. Но у меня такое чувство, что та девушка, которая когда-либо изменит. Ты чистый человек, как и я.
Это была правда. Я никогда не понимала, почему люди просто не заканчивают отношения, если не могут быть верными. И даже когда я вернулась в Дублин, несмотря на то, что наш брак распался, я никогда не думала о других мужчинах. Теперь у меня появилось чувство, что, возможно, все еще не закончилось.
— Я даже не думала ни о ком, кроме тебя, пока была в Дублине. Странно, правда?
Одержимость наполнила глаза Лоркана, когда он схватил меня за шею. Он не притянул меня для поцелуя, но я видела, что он хотел этого. — Вовсе нет. С тех пор как ты появилась в моей жизни, я ни на одну другую женщину не взглянул.
Возможно, это была плохая идея, и мое тело было слишком измучено, но я хотела быть с Лорканом. Я знала, что он заставит меня забыть обо всем остальном.
— Мне нужно…
Мне не пришлось заканчивать предложение. Губы Лоркана прижались к моим, гораздо нежнее, чем я их помнила. Я коснулась его груди, позволяя его теплу просочиться в меня и прогнать все остатки моего сна.
Мягкое трение наших губ что-то всколыхнуло во мне, и когда его язык раздвинул мои губы и стал дразнить мой рот, я была готова передать весь контроль Лоркану. Я просто хотела чувствовать, не думать, не действовать. Хотела быть податливой в его руках. Лоркан сдвинул бретельку вниз, обнажив грудь. Его пальцы нашли мой сосок и потянули, сначала осторожно, потом сильнее. Он перекатывал мой сосок между большим и указательным пальцами, но наш поцелуй оставался медленным. Тем не менее, я чувствовала каждое движение его языка и каждое потягивание соска между ног.
