Скорость движения будет максимально возможной, так что держитесь крепко. Вопросы есть? — Я оглядел всех. Никто, ничего, не сказал. — Вопросов нет. Десять минут на подготовку радиостанций и проверку оружия.
Набрав скорость еще в лесу, наш БТР буквально выпрыгнул из кустов и громко гудя моторами понесся к станции прямо через луг, оставляя за собой сизый шлейф выхлопа. Испуганные коровы, задрав хвосты, бросились врассыпную, стараясь быстрее убраться с дороги этого огромного, быстро несущегося и при этом страшно рычащего куста. Пастух, открыв рот от изумления, выронил свой кнут, а потом, опомнившись, бросился со все ног вслед за своими более шустрыми подопечными. Солдаты от этого, несмотря на всю серьезность момента весело скалили зубы. Подлетев к указанному месту, броник резко затормозил и солдаты, как горох ссыпавшись на землю, разбежались выполнять поставленные задачи. Через пару минут уже все были на заранее оговоренных местах. Небольшая заминка вышла только с водонапорной башней. Висящий на входной двери замок пришлось сбивать прикладом. Мы направились к зданию вокзала. Центральную часть здания занимал зал ожидания, он же и кассовый зал. В него было два входа. Один на перрон, второй на маленькую площадь перед вокзалом. Через этот мы вошли внутрь и осмотрелись. Несколько дверей из внутренних помещений были закрыты. Небольшое окошко кассы тоже.
Вдруг одна из дверей со небольшим скрипом, прозвучавшим как пулеметная очередь, открылась и в зале появился пожилой мужчина в форменной тужурке и фуражке с красным околышем. В его густых усах было несколько хлебных крошек. Скорее всего, своим появлением мы прервали его обед.
— Вы кто? — спросил я его.
— Я начальник этой станции, — с достоинством и сильным польским акцентом ответил он, — а кто пан будет?
— Лейтенант Скороходов.
— Чем могу помочь пану офицеру?
— Я хотел бы подробнее узнать о ящиках, сложенных на территории станции и осмотреть их.
— Те ящики целую неделю разгружали жолнежи. Как я знаю, они почти на каждой станции отцепляли от состава по одному, два вагона, а после разгрузки собирали в состав уже пустые. Последняя разгрузка была в пятницу. Обещали прислать солдат для охраны, но так никто и не появился. А теперь герман напал, то они никому наверно и не нужны!
— Мы осмотрим ящики.
— Как будет угодно, пан офицер.
Пройдя к штабелям, я стал рассматривать маркировку, нанесенную на ящиках. По ней выходило, что это были артиллерийские боеприпасы. Чтобы окончательно убедиться в этом, мы вскрыли один из ящиков. Действительно, в нем находились снаряды.
«Ну ни фига себе, — подумал я — если бы хоть одна бомба упала на эти ящики, то не только от станции, но и от села, остались бы одни головешки».
Оставив только пост наблюдения на водокачке, я собрал остальных своих солдат, роздал им по листку бумаги и карандашу, дав задание переписать маркировки и пересчитать ящики в каждом штабеле. Вызвав по радио дивизион, доложил обстановку и рассказал о снарядах, сказав что сейчас точно пересчитываем, каких снарядов сколько.
Почти час мы считали ящики. В результате оказалось триста ящиков стопятьдесятвторых, пятьсот ящиков нашего калибра, да еще пятьсот ящиков трехдюймовых снарядов. Результаты подсчета были доложены в дивизион.
Через пол часа меня вызвал Нечволодов и сказал:
— Машины за боеприпасами придут к четырнадцати ноль-ноль. К этому времени постарайтесь организовать людей для погрузки. Вывозить будем все, сколько успеем. В первую очередь грузить наш калибр. Задача ясна?
— Так точно!
Легко сказать, но где их взять, этих людей? Наши ящики весом почти по сто килограмм. А стопятьдесятвторые еще тяжелее. А ведь надо не только поднять их в кузов, но и хорошо уложить. Придется обращаться к начальнику станции. Очевидно увидев в окно, что мы опять направляемся в сторону вокзала, он сам вышел нам навстречу.
— Ну что, пан офицер, посмотрели?
— Посмотрели, хочу и Вам кое — что показать.
Подойдя к ранее открытому нами ящику, я приподнял крышку и спросил.
— Знаете, что это?
— Как не знать, воевал в прошлую войну!
— Представляете, что будет, если все это взорвется!
— Большая беда будет!
— Вы можете нам помочь с людьми для погрузки, наши машины придут к вечеру, а людей у нас нет. Ведь это и в Ваших интересах избавиться от такого опасного соседства. Чем больше будет народу, тем быстрей управимся.
— Я понял, пан офицер. Соберу сколько смогу. Вы правы, такое соседство нам ни к чему.
— Пока есть время, подготовьте и десятка два толстых досок, длинной метра по четыре, что бы по ним волоком затягивать ящики в кузов.
Он пошел к домикам станционных рабочих, через какое-то время оттуда выскочил мальчуган и побежал в сторону села. Только теперь я обратил внимание, что на окраине села собралась небольшая толпа любопытных, в основном женщин, которым хотелось узнать, что же происходит, но и подойти ближе они видно боялись.
Наблюдая в бинокль, я видел, как они окружили подбежавшего мальчугана, а через время стали быстро расходиться, опасливо оглядываясь на станцию.
Начальник станции сдержал свое слово. К тому времени, как должны были подойти машины, возле станции собралось человек пятьдесят. В основном крепкие мужики, лет сорок — сорок пять, но были и молодые парни. Принесенные доски были аккуратно разложены возле указанных мной штабелей.
Пока, суть да дело, подошло назначенное командиром время. Вскоре из леса послышался гул двигателей. Первой появилась ЗСУшка. Зная состав колонны, мной заранее были назначены регулировщики, которые должны были направлять технику к местам погрузки.
«Шилку», не дав ей дойти до станции они направили вправо к небольшому холму где на вершине она и заняла позицию. Крутнув туда — сюда башней, она замерла, только тарелка локатора продолжала вращаться. Следом за ней из леса показалась колонна «Уралов» и ЗИЛ-131. Подойдя к штабелям, колонна остановилась.
Из головной машины появился старший колонны, незнакомый мне офицер, которого я только мельком несколько раз видел в эшелоне. Доложившись ему, я указал, к каким штабелям подгонять машины. Началась погрузка. Все работали молча и сосредоточенно. Груженые машины немедленно уходили в ночь не дожидаясь остальных. Оказывается, Нечволодов приказал во всех точках поворота маршрута поставить регулировщиков, так что заблудиться было не возможно.
Как только погрузка снарядов наладилась, капитан Амбарцумян отозвал меня в сторону, и передал приказ командира дивизиона провести разведку железнодорожных станций в сторону границы.
Развернув карты, мы прикинули маршрут по которому моей группе предстояло двигаться. Первой станцией должна была быть
