добрались туда, дверь была открыта, а в элитной коммуналке царило напряженное оживление.
Эксперты уже закончили работу и уносили тело. Галина Курлагина рыдала в своей комнате. На кухне собрались полицейские, плотным кольцом окружившие соседей семьи. В этой суете на двух профайлеров поначалу не обратили внимания. Это было хорошо, ведь их не пытались выгнать, и одновременно плохо, потому что им не давали ответов.
Но второе Матвей быстро исправил. Лекарства, которые ему вкололи в больнице, действовали неплохо, он снова был собой – непробиваемо уверенным и всегда знающим, что сказать. Таиса не сомневалась, что ему придется заплатить новыми приступами боли чуть позже, однако изменить она ничего не могла и просто помалкивала, оставаясь рядом со своим спутником.
Они узнали, что Дмитрий Курлагин погиб вскоре после того, как вернулся домой. Хотел подключить зарядное устройство для ноутбука и коснулся оголенного провода, который якобы был там из-за его же недосмотра – Дмитрий действительно предпочитал заниматься ремонтом сам, его жена уже подтвердила это.
Его смерть пока считалась несчастным случаем, но она дала людям, давно уже следившим за квартирой, повод провести внутри обыск. Кое-что интересное они нашли почти сразу. Артем Замятин, которого подозревали в педофилии, как раз оказался чист – или на его устройствах просто ничего не обнаружили, не факт, что не найдут позже.
А вот Ольга Жукова, необъяснимо богатая предпринимательница, попалась сразу. В тех самых боксах, которые она составляла, обнаружили неожиданный подарок – наркотики. Она добавляла «тайный элемент» не во все наборы, а только тем пользователям, которые умели правильно составить запрос. Но именно от них она получала львиную долю дохода, который делала легальным, ловко манипулируя с показателями продаж.
Это делало ее преступницей – но не тем самым Оверрайдом, которого разыскивали спецслужбы. Их, вероятнее всего, подтолкнут к выводу, что администратором портала был Дмитрий, а мертвецы обычно плохо защищают свою репутацию. Однако допускать это Таиса и Матвей не собирались.
Они зашли в комнату Алекса, не спрашивая разрешения – а остановить их оказалось некому. Как и предполагала Таиса, парень спокойно работал за компьютером. Полиции он наверняка заявил, что потрясен и хочет остаться один. Поэтому к нему и не совались, даже не догадываясь, что для него это момент триумфа.
Алекс, услышав щелчок дверной ручки, развернул кресло и настороженно посмотрел на незваных гостей. Таиса видела, что Матвей готовится заговорить с ним, и перехватила инициативу. Она доверяла своему спутнику, признавала его превосходство во многом, но… Раз она все это начала, она должна и закончить.
– Тебя уже можно поздравить? – очаровательно улыбнулась она. – Мертвы теперь все – человек, который тебя покалечил, и человек, который получил жизнь, причитавшуюся тебе.
– Я не понимаю, о чем вы, – холодно отозвался Алекс. – Вы не могли бы уйти? Мне не до разговоров – сегодня умер мой отец!
– Так ведь это здорово, правда? Ты всегда знал, что он виновен в случившемся с тобой, и он это знал. Ты просто ждал шанса, когда можно будет убить его с максимальной пользой, и вот этот день наконец настал. Но знаешь, что удивляет меня больше всего?
– Что же? – Алекс старательно делал вид, что он растерян и вопрос задал автоматически. Однако взгляд у него был спокойный и слишком взрослый для его лет.
Он не понимал, что этим и выдает себя. Как бы умен он ни был, ему совсем по-мальчишечьи хотелось одержать верх над всеми, кто мог ему противостоять. Он разбирался в людях не плохо, но и не хорошо, не по-настоящему. Он бы никогда не придумал то, что произошло с Сергеем.
Но он же хотел, чтобы это произошло.
– Сергея Зараева ты ненавидел намного больше, чем своего отца, – спокойно пояснила Таиса. Матвей не пытался вмешаться, позволив ей вести разговор. – И вот это даже смешно. Ты никогда не встречался с ним. Он вообще не знал о твоем существовании. Ты был для него никем – но ты годами следил за его жизнью. Потому что ты считал, что это твоя жизнь, он ее просто перехватил. Тебе не нужна была теория заговора, в которую верил твой отец. Ты просто решил, что судьба отсыпала Сергею больше, и мстил ему за это.
Она не задавала Алексу вопросов, потому что к вопросам он был готов. Таисе требовалось разозлить его, и она понимала, что ее уверенность подействует на такого человека лучше всего. Она задевала его тем, что была права – и даже ошибками, ведь и в них она была уверена.
Она помнила, как он отреагировал на прошлое упоминание имени Сергея. Тогда Таиса сочла это всего лишь случайностью, проявлением болезненного состояния Алекса. Но теперь она знала гораздо больше и все толковала верно.
Ненависть, настоящую, искреннюю ненависть, можно спрятать, однако она все равно найдет путь на свободу.
– Может, ты чего-то добился, приспособился к новой реальности, стал могущественным Оверрайдом, – продолжила Таиса. – Только знаешь, что? Тебе это особого удовольствия не принесло. Ты действительно не педофил – ты просто не способен желать другого человека, никакого человека. Или гулять. Или наслаждаться моментом. Ты оказался погружен в собственную беспомощность, пока Сергей готовился покорять мир. И трамплином для него должно было стать место в той самой школе, которое ты считал своим – вот что ты ему так и не простил!
Она никогда бы не сказала такое обычному парализованному парню, Таиса потом не простила бы себя за это. Однако она видела, что Алекс сделал свою травму оправданием, индульгенцией за любые грехи. Да, не он придумал пытки Сергея, но лишь потому, что не мог. Мог бы – сделал бы все сам.
– Ты не отомстил ему раньше только потому, что не получилось, – завершила она. – Но потом появился Любченко – и у тебя просто мечты сбылись! Только смерть Сережи ничего для тебя не исправит. Ты так и останешься злобным огрызком, ломающим судьбы!
Алекс смотрел на нее, не отрываясь. В том, что у него только что появился новый личный враг, Таиса даже не сомневалась. Ее это просто не волновало.
– Во-первых, я не знаю, кто такой Любченко, – сообщил он. – Хотя и догадываюсь. Во-вторых, я мог бы точно так же заявить, что не представляю, кто такой Оверрайд, но вы ведь мне не поверите? О том, что вы не простые психологи, я прекрасно знаю. Думаю, вы добьетесь того, чтобы за меня взялись всерьез. И я, полагаю, пару доказательств пропустил, так что меня даже признают «тем самым». Только хотите узнать будущее? Мне за это ничего не будет.
– Надеешься на жалость к инвалиду? – сухо спросила Таиса.
– Нет, на инвалидов всем плевать, в этом я убедился давно. Я надеюсь на сделку со следствием
