Сабель навалилась на него, схватив его за волосы, а его язык скользил и посасывал.
Он поднял её бедра и медленно вошёл, позволяя ей приспособиться к его величине, боль и удовольствие столкнулись внутри неё, когда он переключился на другую грудь, крепко сжимая руками её талию, как будто мог оставить на ней синяк.
— Черт побери. — Его хриплый голос звучал так, будто его зверь вышел поиграть, но черты лица Гевина оставались… потрясающими, как и всегда.
Закрыв глаза, Сабель двигалась вверх и вниз по его члену, наслаждаясь лёгким скольжением, которое наполняло её каждый раз, когда она тяжело опускалась вниз. Она отпустила его волосы и погрузилась в фантазии, которые звали её. Голоса танцевали в её голове. Заклинания. Жар обжигал её тело, она покачивалась и подпрыгивала, покачивалась и подпрыгивала. Грубо. Желанно.
— Сукин сын… — голос Гевина оставался далёким от голосов, что звенели в её голове.
Её стенки сжимали его каждый раз, когда она насаживалась на него, и она наслаждалась мышечным контролем, ощущением его внутри себя. Она ускорила темп, позволяя рукам блуждать по телу. Схватившись за грудь, которую она всегда считала слишком большой, они отскочили от её ладони. Она откинулась назад, представляя, как на них смотрит Гевин. Положив одну руку на его бедро, она потянулась назад и схватила его за яйца под собой.
Его проклятия вызвали улыбку на её лице, и она быстрее закачала бёдрами, массируя его, впившись пальцами в мышцы его бедра.
— Трахни меня, Гевин. Заставь меня кончить.
Её тело дёрнулось вперёд, и его руки обхватили её, прижав рот к её соску. Одна рука схватила её за затылок и водила её вверх и вниз, вверх и вниз.
Её тело напряглось. Мышцы горели от напряжения. Выше. Выше. Её желудок сжался.
Боль пронзила её сосок, и она вскрикнула.
— Да! О боги, да!
Свет ударил ей в затылок. Ослепла. Удовольствие пронзило её сердце, словно приливная волна, обрушиваясь на пульсирующий член Гевина. Она откинула голову назад и выкрикнула его имя, в то время как экстаз волнами пробежал по её мышцам, из-за чего она слишком ослабла, чтобы сидеть прямо. Она упала вперёд, у неё закружилась голова. Ещё один взрыв пронзил её тело.
Гевин вздрогнул и ругался снова и снова. Его пальцы впились ей в плечо, пока, наконец, она не сделала глубокий, тяжелый вдох и не положила голову ему у шеи.
— Чёрт возьми, — сказала она между тяжелыми вздохами. — Удивительно. — Если бы не его хватка вокруг неё, она бы счастливо соскользнула на пол грудой мягких костей.
— Никогда… за столетия… я не чувствовал себя… так… охеренно. — Его грудь поднималась и опускалась к её груди, и пот скользил по их коже.
Ей нравилось их общение. Прижав губы к его горлу, она провела языком по солёному привкусу его тела, вдоль красивой чёрной татуировки, змеившейся поперек его шеи. Его запах проник в её нос, и пульсация в её сердце заставила её сжать бёдра вокруг него.
— Гевин, я…
— Я тоже это чувствую. — Его руки коснулись её груди, а дыхание перешло от ленивого выдоха к тяжелому вдоху. — Мне нужно большее. Я хочу большего от тебя. Я не знаю, смогу ли я остановиться, Сабель. Я не хочу останавливаться. — Его лицо уткнулось в её шею. — Боги, я хочу остаться внутри тебя навсегда.
— Я хочу тебя, Гевин.
— Скажи это снова.
— Я хочу тебя.
— Обещай мне, что ты моя. Обещай мне, что завтра ты не трахнешь его. Не важно, что произойдёт.
— Я обещаю тебе.
— Я убью, Сабель. Я уничтожу любого ублюдка, который прикоснётся к тебе. — Он двинулся вперёд, схватив её за горло одной рукой. — Может быть, мы и не связаны узами, но ты принадлежишь мне, — прошептал он.
— Я знаю. — На её щеке прокатилась слеза. — Я, правда, знаю.
***
Вернувшись в особняк, Гевин развалился в своём офисном кресле, глядя на кубик сахара, который медленно капал из сложной серебряной ложки для абсента в зелёную жидкость внизу. Завитки танцевали, как шелк, и падали на дно рюмки в молочно-опалесцирующий оттенок, словно свет, струящийся вперёд.
Он уже принял душ вместе с Сабель и отнес её в свою кровать, прежде чем пробраться в свой кабинет в одиночестве. Ему нужно было подумать.
Дела с Сабель разрослись и распространились на территорию, на которую Гевин никогда раньше не ступал. Если не считать короткого романа с Айден, у него никогда по-настоящему не возникало чувств к женщине, которые заставили бы его задуматься об отношениях. Его стремление получить Сабель выходило за рамки его собственного понимания того, что это может означать. У неё были дети, а это означало, что в тот момент, когда он сделает её своей, он станет отцом. Станет ответственен за жизни других людей, кроме своей. Жизни, которые окажутся под угрозой, если его отправят обратно. Или убьют.
— Гавиус… — тёплые руки накрыли его, и глаза его матери стали серьёзными и в них появилась улыбка. — Ты мужчина в этом доме. Я хочу, чтобы ты помог присмотреть за своим братом. Научи его быть тем мужчиной, как ты. Человеком, которого я с гордостью называю своим сыном.
— Я обещаю.
Гевин вздрогнул при воспоминании и отпил напиток. В его мысли всплыл образ его брата Легаррода. Бледный. Рот раскрыт. Глаза закрыты. Так спококн, будто он спал. И он уснул — на вечность, потому что Гевин подвёл его. Не смог о нём позаботиться и не выполнил своего обещания.
Ничто в его жизни не имело бы такого эффекта, как вид его мёртвого брата, лежащего в одиночестве в лесу, брошенного падальщикам. Как быстро кто-то может стать таким ярким, полным жизни и чудес, а затем превратиться в ничто иное, как плоть и кости, чтобы кормить волков.
Гевин поклялся никогда больше не проигрывать. Он никогда больше не подведёт тех, кого любит. Ценные вещи всегда первыми подвергались гневу мести. Гевин не мог позволить себе снова обрести близкого сердцу человека.
Любил ли он Сабелль?
Должно быть, он полюбил, потому что каждая клеточка его тела жаждала её даже сейчас, и если бы она не спала, он бы взял её. Он никогда не удосужился проникнуть за поверхность женщины, в глубины её души, где она хранила свои самые ценные секреты. То, что он был вынужден остаться с Сабель, дало ему такую возможность, назовём это удачей, но он ею наслаждался. Хотел разгадать её тайны, пока она не окажется перед ним совершенно обнажённой изнутри, обнажая её самые тёмные тайны.
Незащищённая.
